Глава 28

Весь оставшийся день тетя занималась делами, ездила с визитами, посетила заседание Государственного Совета и вернулась поздно вечером уставшая и довольная.

— Все решено, — радостно сообщила она мне. — Завтра Император подпишет указ о конституционной монархии. Наши усилия были не напрасны.

— Это хорошо.

— Чем занималась, пока меня не было? — тетя села в кресло и начала разбирать какие-то бумаги, что принесла с собой.

— Просидела полдня в библиотеке. Под чутким руководством Були совершенствовала умение генерировать плазму всех сортов и регулировать силу защиты.

— Замечательно, — одобрительно кивнула тетя.

— По правде говоря, куда интереснее зажигать огонь с помощью щелчка пальцев или вызывать дождь в отдельно взятой местности. Но Буля сказал, что эта кустарщина не достойна внимания мага. Этим занимаются ведьмы и знахари. И мне до их уровня опускаться не стоит. Могу испортить репутацию.

— Он прав, — тетя пробежала глазами какой-то документ и поморщилась. — Ладно, дела подождут. На днях нам надо будет заняться твоим свадебным туалетом. И о приданном надо подумать. Постельное белье с вензелями сейчас очень популярно.

— А по-моему пошло, — заметил Буля.

Он смотрел в окно и как всегда прислушивался к разговору.

— Мне все равно, — призналась я. — Пусть будут вензеля, если это модно.

— Нельзя быть такой равнодушной, — осуждающе произнесла тетя. — Свадьба — это прекрасно.

— Да, когда жениха любишь.

— Ты привыкнешь к Ренару, — снова встрял Буля. — Молодой Урбан вполне симпатичный. Безвольный, правда. Но это только мое впечатление. Зато будешь им руководить. Тебе это может даже понравиться.

— Да уж, великое счастье руководить мужем! Я хочу равного себе, а не тряпку.

— На тебя не угодишь. Один старый, другой юный, этот полудурок, тот охоту любит. Хватит копаться в женихах. Ну, не ест он мяса, зато ты ешь. Вот и дополните друг друга. Поверь, в семейной жизни это не главное.

— Ага, нашелся опытный семьянин! — усмехнулась я.

— Собаки разбираются во многих вещах лучше людей. Точно тебе говорю.

Тетя страдающе слушала нашу перепалку.

— Хватит, — наконец сердито оборвала нас тетя. — Ты сама выбрала Ренара. Так чем теперь недовольна?

- Всем я довольна. Просто мечтала о любви. Но обойдусь и без нее. Не я первая, не я последняя.

* * *

Утром следующего дня я с тетей пила чай в ее кабинете на втором этаже. Через приоткрытое окно в комнату проникал теплый ветерок. Он трепал занавески и игриво звенел хрустальными подвесками на люстре.

На улице было подозрительно шумно. Как грачи кричали разносчики газет.

— Да что они, с ума посходили? — недовольно заметила тетя. — Что там происходит? Похоже, Совет принял новый указ. Неужели вчера поздно вечером? Странно, должны были собраться сегодня во второй половине дня.

Тетя позвонила в серебряный колокольчик. Приказала горничной принести свежую газету.

— Так хотелось провести утро спокойно, — заметила тетя. — Но нет, от новостей скрыться невозможно.

Она с шумом развернула газету и побледнела как полотно.

— Что случилось? — у меня противно заныло внутри.

— Буля напророчил, — у тети дрогнули руки. — Опубликован указ Императора. Государственный Совет распущен. Великий Канцлер отправлен в отставку. Конституции не будет.

— И чем это грозит? — я поняла, что у Грега могут быть неприятности. Ладони покрыла испарина, на душе стало муторно.

— Теперь нас точно объявят государственными изменникам. За то, что хотели ограничить власть Императора. Так, собирайся, — решительно заявила тетя. — Надо немедленно покинуть Столицу. А потом решим, что делать.

В дверь постучали, и на пороге появилась растерянная горничная.

— К вам господин Канцлер, — неуверенно доложила она. Видимо, горничная уже была в курсе происходящего и не знала, как теперь правильно именовать Грега.

Грег стремительно вошел в кабинет. Тетя поднялась ему навстречу. Я тоже встала из-за стола. Грег поцеловал тете руку. Она присела в глубоком реверансе.

— Не до церемоний, метресса Анна, — отмахнулся он и помог ей подняться.

— Что же теперь будет? — растеряно спросила тетя.

— Не знаю. Император вероломно нарушил свое обещание. Мы обеспечили ему поддержку, не допустили волнений в стране. А он решил сосредоточить всю власть в своих руках. Вам обеим лучше покинуть наш мир. Возвращайтесь назад. Я сообщу, когда все утрясется.

— Но как же артефакт? — во мне проснулся патриотизм. Очень не вовремя. — Кто будет поддерживать его?

— Возможно, никто. Боюсь, при таком Императоре страна развалится на части раньше, чем иссякнет энергия камня. Вам опасно оставаться здесь. Отправляйтесь на вокзал немедленно.

— Поздно, — вздохнул Буля, заходя в кабинет. — Только что по своим каналам узнал, вокзал заняла Императорская гвардия. Остались зеркальные коридоры. Пока остались. Но скоро и их закроют. Придворные маги Императора работают над этим. Оказывается, он отлично подготовился.

— Но этот путь опасен, — заметил Грег.

— А здесь оставаться не опасно? — парировал Буля. — Вы уходите, я остаюсь. Меня не тронут. Я всего лишь пес. Сейчас выйду на улицу и затеряюсь в толпе. Да и кому я вообще нужен?

Тетя открыла две панели на противоположных стенах кабинета. За ними размещались зеркала. Они отражались друг в друге, образуя бесконечно длинный коридор.

— Идти надо на свет в конце, не оглядываться, не смотреть по сторонам. Думать о том, куда хочешь попасть. Будет страшно, но с дороги сворачивать нельзя — потеряешься в бесконечности, — взволнованно и торопливо тетя давала наставления. — Идти можно только по одному. Первая ты, Элинор. Потом вы, господин Канцлер. И я последняя.

— Я останусь. Не могу предать людей, которые верили мне, — ответил Грег.

— И я останусь, — не могу я оставить Грега. Хотя это и глупо. Я ему не нужна, но он мне нужен. Нужен, как воздух.

— Ты с ума сошла! — воскликнула тетя. — За тобой давно охотятся. Тебя дважды пытались похитить. Забыла? Идешь немедленно.

Она схватила меня за руку и подтолкнула к зеркалу.

— Нет, я приняла решение. Никуда не пойду, — я вырвала руку.

— Тогда и я останусь, упрямая девчонка.

Мы стояли у зеркала. Если тетя останется, неизвестно, чем для нее закончатся интриги, которыми она так активно занималась. Император ее точно не простит. Так же, как и Грега. И еще полторы сотни членов Совета.

— Прости меня, — произнесла я и с силой толкнула тетю в проем зеркала.

Магия придала мне сил, и тетя Аня оказалась по ту сторону. В то же мгновение раздался тихий хрустальный звон. Зеркала начали осыпаться мелкими осколками к нашим ногам.

Скоро все стихло.

— Ну вот, и этот портал закрыли, — вздохнул Буля. — Очень оперативно работают, не находите? — обратился он к Канцлеру.

Грег молча кивнул.

— Пора уходить, — пес двинулся к выходу. — На кухне есть подземный ход. Выйдем в парке, попробуем пробраться за город.

В дверь торопливо постучали, и, не дождавшись разрешения, в кабинет влетела бледная горничная.

— Простите, но на улице военные. Человек пятнадцать. Требуют их пустить. Ищут метрессу Анну, вас, метта Элинор и господина Канцлера.

— Мы можем применить магию, — с надеждой заметила я.

— Их слишком много, долго не продержимся, — ответил Грег.

— Они обрушат здание. Твои родители погибли так же, — вздохнул пес.

Раздался топот ног в коридоре. Видимо солдаты не посчитали нужным ждать разрешения войти. Дверь распахнулась, горничная в испуге прижалась к стене. В кабинет без церемоний ввалились гвардейцы.

— Где метресса Анна? — спросил старший офицер.

— Не знаю, — пролепетала я. Мне стало страшно. — Она не сказала, куда ушла.

Я слышала тяжелые шаги, громко хлопали двери — дом обыскивали. Офицер увидел на полу осколки зеркал и все понял.

— Господин Грегори Маграт, — обратился он к Грегу, — Вас обвиняют в государственной измене. Мы должны препроводить вас к следователю. Будет лучше, если вы не окажете сопротивления. Иначе могут пострадать ваши сторонники. Они уже арестованы.

Такого поворота я не ожидала. Ладно, отставка, но арест? Я просто остолбенела от неожиданности. Не верилось, что такое возможно.

— Прощай, Лисичка, — обернулся ко мне Грег. — Береги себя и свой дар. Не трать его понапрасну.

Надо попробовать вырваться. Может, моей магии хватит для того, чтобы противостоять военным? Даже если ничего не получится, попробовать стоит.

Грег понял, что я собиралась предпринять.

— Не надо, — улыбнулся он мне. — Не бойся, тебя не тронут. Не посмеют. Ты — избранная. И выше нос! Все будет хорошо.

— Нет, подождите, это неправильно, — мой голос срывался. — Он же столько сделал для страны! Так нельзя!

Старший офицер смутился.

— Это приказ Императора. Не нам обсуждать его, метта Элинор.

Грега увели.

Офицер почтительно поклонился мне:

— Метта Элинор, Император желает видеть вас немедленно. Он велел передать, что вы в полной безопасности и вам ничто не угрожает. Вы не будете отвечать за действия метрессы Анны. Наш Император бесконечно мудр и милосерден.

Буля ткнул носом в мою ногу:

— Пусть позволят мне остаться с тобой, — попросил он.

— Можно? — с надеждой взглянула я на офицера.

Офицер сделал знак одному из гвардейцев. Тот подошел к Буле, протянул над ним руку и подержал ее так несколько мгновений.

— Животное агрессивной магией не обладает, — сообщил он. — Магические способности слабые.

— Животное?! Слабые? — возмутился Буля, но тут же осекся и замолчал.

— Мне надо переодеться, — заметила я.

— Хорошо, но поторопитесь. Не заставляйте Императора ждать.

Через четверть часа мы вышли из дома. У крыльца стояла карета с императорским гербом. Лакей помог мне сесть в нее. Напротив расположился офицер. Буля лег у моих ног, положил голову на лапы и замер. Он был тих и печален.

Хорошо, что тетя в безопасности. Я надеялась, что она благополучно миновала зеркальный коридор и добралась до места.

Думала о Греге и на душе скребли кошки. Я должна помочь ему, но как? Ведь сама под охраной направляюсь в Императорский дворец. И кто знает, что ждет меня там?