Глава 34. Отдай мне силу

Пятна перед глазами наконец-то перестают мельтешить. Каждая раздваивающаяся колонна сливается в одну. Я ощущаю прохладный мрамор под руками и обнаруживаю себя сидящей на полу в тронном зале.

Дворец?

Льен и Гардур отправили меня сюда?

— Отец?! — тут же вскакиваю, кидаю взгляд к золотому трону, только вот встает с него совсем иная фигура.

Изящная, тонкая, женственная.

Лин-си.

— Ваше Высочество, с прибытием. И соболезную, — выдает брюнетка.

Соболезнует в чем?

— Наш великий король съел что-то не то, и несколько дней назад его не стало. Но мы не стали объявлять это народу, пока не найдем вас, истинную наследницу трона, — выдает она, усмехаясь, наслаждаясь и ждет моего ответа, а я не силах не то, что говорить, я не в силах даже думать… ведь она сказала... она сказала....

Король… мой отец мертв!

— Ты лжешь! — вскрикиваю, едва придя в себя, вскакиваю с пола, но руки и ноги обжигают плетения.

Гарудр?!

Обнаруживаю мага-обманщика стоящим позади меня. И это он, не дав прибить наложницу на месте, связал меня магическими путами!

Здесь, в тронном зале, где магия не должна работать. Неужели, он снял печати? Помогал этой женщине убить короля? служил ей? А она... она опаивала отца уже давно. Поэтому он был так слаб. А я, глупая, пошла читать про зелья к магу.

— В тебе есть, хоть что-то святое? Я тебе верила! — с ненавистью гляжу на Гардура, а он почти равнодушно на меня.

Почти, потому что в черных глазах блестят слезы, которые он хочет скрыть. Значит, с совестью еще не до конца покончено?

— Я хотел быть верен вам, принцесса. Хотел служить вам, но меня связывает клятва, данная задолго до того, как вы решили обнажить клыки, — выдает он и тут же корчится от боли.

В него влетает молния, которая сорвалась прямо с руки Лин-си.

Она тоже маг?

— Ты еще перед ней оправдываешься, пес подзаборный? Если бы ты не помогал ей в тайне, все давно бы случилось, как нам нужно! — рычит она.

Гардур падает в судорогах на пол, но путы на моем теле остаются. Они опаляют кожу и плоть при каждой попытке пошевелиться, но больно вовсе не от этого. Больно оттого, что в дальнем конце зала я замечаю Льена.

Стоит статуей, наблюдая за всем со стороны. То же самое лицо, те же глаза, волосы… но будто другой человек. Его последние слова эхом проносятся в голове. Я не понимаю, что заставило его так поступить? Почему он сплелся с Лин-си.

Ай!

Боль сковывает сильнее, простреливает ноги, заставляя упасть на колени. Лин-си… Она и на меня свою молнию не пожалела, стерва!

— На меня смотри, принцесса, когда я с тобой разговариваю, иначе не смогу удержаться от удовольствия подпортить это смазливое личико…

— Лин-си! Ты обещала!

Боги, кто подал голос. Сам Льен!

Что же она ему обещала?

— Я помню, не надо нервничать. Отдам ее тебе в наложницы в целостности и сохранности.

Так вот какой был уговор? Да, братец... и как же давно ты с ней спелся?

Кидаю в Льена такой взгляд, каким убить можно. А как же дружба? Как же наше детство? Хочу спросить, но решаю просто отвернуться. Хватит с меня диалогов с предателями...

— Терпение, мой друг. Я заберу то, что мне причитается, лишу ее памяти, чтобы не вздумала претендовать на трон, а потом имей ее, как хочешь, — выдает она, касаясь моего подбородка когтистыми пальцами.

Сейчас стошнит… Но не позволяю себе проявить даже толику слабости.

— Что есть у меня такого, что нужно тебе? — с усмешкой спрашиваю наложницу. Хочу знать, что в этом мире есть такого, ради чего все творят невообразимые безумия. Трон ведь и так у нее. Зачем же искала меня?

— Сила, та самая, которую ты отняла у истинного наследника, когда помогала ему бежать из дворца, — выдает Лин-си.

Погодите...

— Что за сила? — не понимаю я. Может, наложница умом тронулась. Я человечка и только... И при чем тут наследник?

— Та самая, которая случайно угодила в тебя. Та, что позволяет тебе пользоваться артефактами, доступными лишь наследникам крови истинной королевской четы, как кольцо императрицы. Жалкая безделушка. Тут есть вещицы намного мощнее и опаснее! И твоя сила даст мне к ним доступ! Отдавай! — рявкает Лин-си.

— Она не помнит, Ваше Величество. Она утратила эти воспоминания. — спешит объясниться Гардур, будто бы даже вступаясь за меня. И это после того, что сам сюда заманил? Предатель...

— Но сила все равно в ней. Приступай! — командует Лин-си.

— Я же говорил, вам не забрать эту силу, пока память принцессы разломлена на части. Нужно восстановить все воспоминания, активировать спящую частицу магии, а это небыстрый процесс...

— Опять дуришь мне голову, Гардур? — рявкает Лин-си. — Однажды ты меня уже подвел, обманув даже клятву на крови, чтобы помочь этой девчонке. Думаешь, я поверю тебе вновь? Ты просто тянешь время, чтобы ей помочь! Может, мне пустить кровь твоей драгоценной принцессе?

— Лин-си! — вновь подает голос Льен, даже рыпается вперед, однако больше двух шагов не делает.

— Остынь, безумец! Чего ты так вцепился в эту шлюху? Она предпочла не тебя. Дважды притом! Тебе мало играть со мной в ее образе? Даже если эту шлюха умрет, ты ничего не потеряешь, я тебе таких, как она сотню сделаю! — выплевывает брюнетка, а я застываю на миг.

— Так это ты! — слетает шепот с моих губ, а затем и рык, полный гнева. — Ты надевала на себя иллюзию и ходила к Льену!

— Что поделать, он ослеплен жаждой тобой обладать, потому и приходилось натягивать на себя твой жалкий облик, — только и смеется наложница.

— И как ты это делала, когда весь дворец запечатан от магии древними печатями?

— Древнее хоть и сильное, но наш маг тоже неглуп. Он давно поснимал печати во всех помещениях, где я ему приказала. А по сколько магов тут больше нас нет, никто об этом даже не догадался. Твой отец сам себя переиграл, — хохочет Лин-си, а я... я искренне не могу понять одного.

— Ради чего все это? Ради трона? Ради власти?

— Ради мести. Как тебе такой ответ? — сверкает глазами Лин-си. — Думаешь, я всегда была такой? Я мечтала о свободе и счастье, пока твой отец не объявил тайную охоту на магов. В моей деревне перебили всех, но Гардур меня спас. Сказал им, что я человечка, а я притворилась пленницей. Тогда и родился этот план.

— Восемь лет назад? — подсчитав, сколько Лин-си, пребывает во дворце, подытоживаю я.

— Долгих и ужасных восемь лет я ублажала твоего отца, пока мы собирали наш план по крупинкам.

— Тебя заставили?

— Меня не нужно заставлять делать правильный выбор! Думаешь, работать где-нибудь в таверне лучше, чем быть при дворце, где враг у меня на блюдечке? Пока твой отец пытался ослабить всех, кто представлял для него угрозу, я плела паутину у него за спиной. И если бы не ты… — она стреляет взглядом в меня, а затем и в королевского мага. — И не твое благоволение ей, все давно бы получилось!

— Если бы не слетела с катушек! — рычит Гардур и тут же получает удар молнией, но не сдается. — План был другим Лин-си! Ты должна была устранить только короля и наладить справедливый мир без гонений, но ты свихнулась в погоне за властью! Стала вредить всем, кто тебе не нравился. Ты убила десятки тысяч людей своей хворью! Этого не было в договоре!

— Люди, Гардур?! Тебе не стыдно за них вступаться? А иначе на троне и не удержаться! Вы ничего не понимаете! — расходится громовым раскатом голо . — Они даже не почесались, когда маги начали исчезать! Так пусть подохнут! Как и все, кто думает стоять у меня на пути!

— Жажда крови и власть совсем ослепили тебя, Лин-си! — качает головой Гардур.

— Заткнись! Приступай к ритуалу, разбуди ее силу и передай мне! А если обманешь ещё хот раз, видят боги, я разорву тебя на части! — орет брюнетка, и Гарудуру ничего не остается, кроме как повиноваться.

Он делает ко мне пару шагов, смотрит в глаза, а я вижу там слезы. Все еще злюсь на него, но теперь понимаю, что он сам в ловушке. Или, как сказала Лин-си в ее паутине. Он хотел мира для всех, согласился помочь в ее справедливом начинании, а в итоге оказался инструменты съехавшей с катушек психопатки, и теперь не может разорваться с ней связь. Хотя и хочет... по глазам вижу, что хочет.

— Чего ты медлишь?! Мне тебя принудить?! — гаркает Лин-си, и пальцы мага зажигаются белыми икрами.

— Больше не сможешь! — выдает он, затем кидает на меня взгляд, словно прощаясь, и опяляет вспышкой...

Но не меня, а самого себя.

— Не-ет! — кричу в ужасе, видя, как тело мага падает на холодный мраморный пол.

Зал погружается в тишину. Слышу лишь стук собственного сердца.

Что же ты наделал, Гардур…

— Слабак, — только и выдает вердикт Лин-си, чуть ли не плюя в сторону мага. — Знала, что он не сможет, потому и подготовилась. Ты сама освободишь свою силу, а я ее заберу, — скалится она, а в следующий миг, выпускает плетение, которое огнем впивается в руки и ноги, обвивая верёвками. И веревки эти держит Лин-си.

— Эмоции лучше всего пробуждают магию, девочка. Даже если магия в тебе чужая и спящая, — выдает ведьма, а затем щелкает пальцами, и с одной из колонн падает полотно, в котором та была зачем-то завернута.

Теперь понятно зачем.

— Иви! — боль криком срывается с моих уст, когда я гляжу на истерзанное тело служанки, примотанное к колонне тело. Рыжая голова опустилась на плечи. Но сомнений нет… Это она. Моя Иви!

— Твоя любимая девочка на побегушках мертва. Я разорвала ее сердце изнутри, что чувствуешь? — хмыкает Линси, а я почти не дышу, глядя на Иви…

Не двигается, совсем не двигает. Не дышит!

— Убью… я тебя убью!

— Ну так призови силу, разбуди ее, — советует ведьма.

Хочу, еще как хочу, зубами грызть готова. Ну же путы, рвитесь!

— Видимо, жизнь служанки для тебя недостаточный мотиватор. Тогда… что насчет него?

Лин-си щелкает пальцами еще раз, падает еще одна простыня, и за ней я вижу...

Нет! Не может быть!

Эрдар?

— Мы устроили шесть засад, и как думаешь, в какую из ловушек он попался? В ту, где приманкой была ты, якобы сбежавшая. Две дюжины магов и дюжина драконов полегла, чтобы взять его. Увы, живым не удалось. Он на последнем издыхании. Хочешь спасти?

Тварь! Монстр! Чудовище! И это чудовище запускает в Эрдара молнию…

Не-е-ет!

Молния входит в почти бездыханное тело Раг-Арна, а чувство, что она пронзает меня…

Меня разрывает изнутри, испепеляет, а после происходит невообразимое.