Глава 17

— Ничего себе, — сказала Яна на мое признание, что со мной смогла связаться лучшая подруга. — Круто… У меня там, конечно, никого такого близкого не было, но я бы тоже, может, паре девчонок написала, не будь это так дорого.

— Разве это не удивительно? — сказала я, щелкая по ссылкам. — Я жутко боюсь, что механизм забвения сломается совсем. Мои родители в полицию побегут, Костю первого же и подозревать начнут… Илюшка реветь будет…

— Ты что ищешь? — поинтересовалась Яна, широко зевнув.

— Наши фото с драконом. Из тех, что журналисты наснимали… Подготовлю несколько. А то вдруг Юлька не поверит.

— А не скажет, что фотошоп? — засомневалась Яна.

— Не скажет. Она знает, что я не умею. Зато она, кстати, умеет. Обложку для моей книги такую нарисовала… — вздохнула я, испытывая смешанные чувства. — Кстати, а как тут фотки сжать посильнее, но чтоб качество при этом не совсем плохое? Трафик тут — особо не разгуляешься.

— Видео точно не потянет, — кивнула Яна. — Давай, подвинься, я сейчас найду…

Я уступила ей место, а она в два счета нашла нужную программу и сжала фотографии.

— А ничего так вы вместе смотритесь. Мужа-то покажешь для сравнения?

— Ой… Я и не сохраняла ничего, — виновато сказала я.

— Да я так. Если получится… Тут вообще удивительно, что связь есть. В Семидолье магические источники такие, что особо не включишь. Рыж говорил, в Авиланде и в Славии с этим попроще. Все, готово. Тебе что-то еще нужно?

— Нет вроде… Я сама спать хочу. Извини, что разбудила тебя.

— Да фигня. Работа такая… Ты, главное, все запомнила? Могу завтра сюда притащиться и помочь, если что. В монитор подглядывать не буду — сама не люблю, когда мне кто-то через плечо таращится…

— Спасибо, — снова поблагодарила я, и мы разошлись досыпать. Была уже практически половина пятого.

Утром (вернее, уже почти днем) меня снова осмотрел доктор, принес своих самодельных пилюлек и опять завел речь о том, что я сама себе все испорчу с такими нарушениями режима и постоянными волнениями.

— У меня тоже есть дети, я вас понимаю… — попытался убедить меня он.

— Нет, вы не понимаете. Вот ваша жена бы меня поняла, — скривилась я.

После его ухода я принялась подъедать фрукты из вазы, думая, как быть дальше. Интересно, что мне муж написал, что Юлька ответила? И что скажет, когда я ей пришлю фотографии?

Глубоко вздохнув, я решила устроить себе большой сеанс воспоминаний. В конце концов, зря я эти таблетки пью, что ли? Да еще и кое-что из переписки успела прочесть.

Звонком я вызвала Эмилию с Ларой.

— Пожалуйста, проследите, чтобы меня никто не беспокоил в ближайшие пару часов, — попросила я. — И где я могу взять ручку и бумагу?

И то, и другое было мне подано, а я устроилась в кресле. Доверять свои воспоминания бумаге было страшновато, но я решила записывать только ключевые слова, а потом листки сжечь, благо каминов по замку было сколько угодно. Вечерами их растапливали, и смотрелось это по-киношному красиво. Ну или размочу их в воде и в туалете смою, на худой конец.

Я, отщипывая сладкий виноград, принялась вспоминать и записывать, вспоминать и еще раз вспоминать. Каждую мелочь, которая всплывала в памяти, я пыталась раскрутить в клубочек воспоминаний. В голове мелькали то обрывки песен, то смешные фразы, то не относящиеся к делу ассоциации… Труднее всего дались воспоминания о сыне. Наконец я более-менее восстановила общую картину.

С Костей мы познакомились на рок-концерте, который устроили наши местные группы в живописном местечке на берегу реки. Я приехала с подругами, он со своей компанией, потом он поделился с нашей компанией двумя тетрапаками сока, потому что наш запас быстро кончился, потом я помогала ему протрезвить перепившего приятеля… В общем, романтичнее некуда.

Мы провстречались четыре года, прежде чем пожениться. Илюшка у нас появился через восемь месяцев после свадьбы. Костя был дико рад, носил меня на руках и притаскивал мне килограммами болгарские перчики, которые я грызла, как яблоки… Ссоры, конечно, тоже вспоминались. Один раз мы поругались, что Костя рубился в онлайн-игрушку и забыл сходить в магазин. Вспомнилось и то, что муж неоднократно подшучивал над моей привязанностью к компьютеру. Но вот ссору из-за неприготовленного ужина, приснившуюся мне, я так и не припомнила.

Как и не смогла вспомнить ни одну из подруг, к которой бы Костя при мне приставал. А ведь это мне тоже снилось. Может, это была не моя подруга, а случайная знакомая?

Но по правилу этого магического перемещения я должна была забыть как раз самых близких (что мне успешно и удалось), а вот случайных людей я должна была помнить прекрасно. И я действительно успела припомнить кучу попутчиков в поезде, случайных знакомых со студенческих тусовок, бабу Жужу из нашего подъезда, ворчливую, но в целом-то добрую в глубине души старушку и даже тетеньку с горящими глазами, которая каждый раз при встрече совала мне каталог каких-то духов…

Нет, что-то тут не сходилось.

Я вспомнила ссоры из-за Илюшки. Он оказался очень беспокойным и крикливым, плохо спал, и мы, злые и невыспавшиеся, орали друг на друга. Я помню, что несколько раз Костя прикрикивал и на сына… Но чтобы бил — нет, такого моя память не выдала.

Я несколько раз перечитала записанные воспоминания, записала в заметки телефона несколько дат и событий, шифруясь, словно шпионка. Бумагу же я порвала на мельчайшие клочки и размочила в ванной. Надеюсь, что у них тут сантехника нормальная, один листочек выдержит.

Определенно, у меня появились нехорошие подозрения. Теперь уже точно Костя и Юлька получат от меня по десятку вопросов!

Не успела я выдохнуть после тяжелой умственной работы, как ко мне прислали модную портниху с подручными — снимать с меня мерки для платья в честь помолвки. Она суетилась вокруг меня, сыпля вопросами, словно горохом из дырявого мешка. И кажется, ее очень беспокоило мое равнодушие к платью.

— Леди, это очень важно, — настаивала она, показывая мне веер цветных фотографий, а худенькая девушка держала в руках образцы тканей нежных мерцающих оттенков, демонстрируя мне все богатство выбора. — Вы должны будете выглядеть безупречно!

— Я недавно попала в этот мир, — взмолилась я. — Я не разбираюсь в местной моде! И полностью доверяю вашей опытности!

— Но хотя бы любимая ткань у вас есть? Любимый цвет?

— Серебряный, — ляпнула я наугад, потому что взгляд упал на серебряный кулон портнихи.

— Серебряный не подойдет, — нахмурилась она. — У вас в наряде должен быть золотой как один из родовых цветов Эйден-феллов. Алый будет чересчур, все же это только помолвка, да и столь насыщенный цвет не будет сочетаться…

— Ну вот видите! — Я закатила глаза. — Вы же сами лучше меня представляете цвет и фасон! Честное слово, я не буду капризничать и надену то, что вы сошьете!

Портниха вздохнула.

— Ладно, надо попробовать несколько вариантов.

Когда она со своими подмастерьями наконец-то покинула мои покои, я буквально упала на кресло. У меня просто голова гудела от названий воротничков и рукавов, я перещупала кучу лоскутов — атласных и бархатных, плотных и кружевных. Перед глазами вставал блеск стразов и драгоценных камней.

Ну очень насыщенный день.

Я собиралась поужинать и лечь немного подремать, чтобы ночью опять вылезти в сеть, однако за ужином мой избранник вел себя немного странно. Я то и дело ловила на себе его непонятно что выражающий взгляд, а спросить было неловко. Редьярд был молчалив, а его матушка — совсем наоборот. Она оживленно расспрашивала меня о спектакле, который мы посетили в столичном театре, рассказывала про забавную комедию, которая скоро выйдет на экраны, — в общем, вела светскую беседу, то и дело безуспешно пытаясь вовлечь сына в разговор.

Под конец ужина Редьярд словно спохватился и тоже разговорился. Да что там с ним такое происходит, интересно? Слава богу, за десертом драконица оставила нас наедине, а сама отправилась к себе.

Мы пересели поближе друг к другу, как полагается влюбленной парочке. Редьярд наклонился ко мне, словно собирался поцеловать, и прошептал еле слышно:

— Сегодня после ужина идем ко мне в спальню и отпустим прислугу. Кокетничай со мной. Это важно!

— Что случилось? — так же тихо спросила я.

— Не сейчас. Веди себя так, словно мы пара.

Он с улыбкой пододвинул мне коктейль и принялся рассказывать светский анекдот, иногда касаясь моей руки с многозначительным взглядом. Я вежливо улыбалась и хлопала глазками. Мой уставший мозг перебирал один вариант за другим. За нами кто-то подсматривает, как это делала я? Но кто? Матушка? Ей вроде бы незачем, она и так знает, что я неправильная попаданка. Редьярд подозревает, что за нами шпионят люди наглого лорда Амангаса? Но ведь нам не придется раздеваться и изображать страсть в его постели? Или, хуже того, и в самом деле провести вместе ночь?

Когда мы справились с десертами, Редьярд многозначительно подмигнул мне. Я встала, он подхватил меня под локоток и повел из столовой, прижимаясь все теснее и приобнимая за талию. Мне было немного стыдно, но я хотя бы не должна была изображать страсть. В конце концов, я считаюсь леди и вполне могу вести себя скромнее.

— Оставьте нас, — повелительно рыкнул он, сжимая меня в объятиях, едва за нами закрылась дверь, ведущая в его покои. Он подхватил меня на руки, я ахнула. Сердце мое заколотилось быстро-быстро, когда он бросил меня на кровать и закрыл дверь — не только на ключ, но и сделав еще один пасс рукой, словно творя заклинание.

— Теперь мы точно наедине, — сказал он ровным тоном, и я облегченно выдохнула. Кажется, он не настолько сгорал от страсти, как могло бы показаться людям, видевшим нас со стороны.

— Объясни мне…

— Минуточку.

Он быстро проверил меня на всякие подслушивающие заклинания и подброшенные амулеты и, не обнаружив таковых, признался:

— Мы сейчас пойдем к магу.

— Что, прямо на ночь глядя? — удивилась я.

— Да. Но все должны думать, что эту ночь мы провели вместе. Ты сможешь притвориться или тебе иллюзию внушить?

— Не надо. Я не скажу, — поспешно сказала я. Вот уж моей бедной памяти иллюзий только не хватало! — Только объясни, почему такая секретность? И что за маг такой?

— Я хочу проверить, действительно ли мы избранники, — нехотя признался он.

— Отличная идея, — одобрила я. Надо же, что же такое случилось, что Редьярд решил наступить на свою гордость и все же выяснить, почему у нас все так странно складывается?

— Это перестраховка, — сказал он. — Ошибки быть не может. Это будет просто небольшая консультация, о которой никто никогда не узнает.

— Клянусь хранить молчание, — сказала я. — А это далеко? И долго?

Мне очень не хотелось пропускать сеанс интернет-связи, но, конечно, визит к магу важнее. Потерплю. А то мало ли, вдруг Редьярд снова решит, что он самый крутой маг и обращаться к кому-то еще за консультацией ниже его достоинства.

— Не очень, — расплывчато ответил Редьярд. — Ну что, ты готова?

— Да, — выдохнула я, сползая с кровати и бросая на себя взгляд в зеркало. — А как мы выберемся?

— Подойди ко мне вплотную, — предложил он. — Я наложу чары, чтобы нас никто не заметил. Пойдем телепортом.

— Хорошо, — кивнула я, шагая ближе. — Я готова.

Дракон достал для меня плащ — видимо, свой, потому что подол волочился по земле, затем укрыл нас невесомыми чарами, и мы через потайную дверь выскользнули в комнатку без окон, где по мановению руки засветилась арка телепорта.

— Ух ты, это твой личный?

— Редко пользуюсь. Для особых случаев, — кивнул дракон.

Мы оказались в каком-то темном, неприветливом переулке, и дракон слегка сжал мне локоть.

— Не бойся. Со мной тебе ничего не грозит.

Хотя он и сам заметно нервничал. Рука его слегка дрогнула, создавая какое-то заклинание, но я не решилась спросить, что он делает.

Идти пришлось минут двадцать.

— А ты быстро ходишь, — сказал он, метнув на меня одобрительный взгляд.

— Да? — удивилась я. — Вообще-то в туфлях дико неудобно. Кроссовки бы, в них гораздо быстрее. — И вздохнула. Как я соскучилась по такой простой и непарадной одежде!

— Мне это как-то не приходило в голову, — задумчиво бросил дракон.

— Мужчинам это редко в голову приходит, — проворчала я. — Далеко еще?

— Мы уже на месте. — Дракон кивком показал мне обычный каменный трехэтажный дом из темного камня. Таких на этой улице стояло много, различаясь лишь названиями на вывесках.

Мой взгляд заметался по вывескам: кофейня, парикмахерская, магазин… Куда нам?

Дракон свернул в темную, неосвещенную подворотню, обошел здание кругом и подвел меня к неприметной дверце в подвал.

Я опасливо поежилась.

— Нам точно сюда?

— Точно, точно, — немного раздраженно ответил Редьярд. — Это тайная встреча.

Я спустилась по узкой лестнице вслед за своим провожатым и очутилась в ярко освещенном коридорчике. Аж зажмурилась.

— Нас ждут, — сказал Редьярд, помогая мне снять плащ. — Грандмастер? Мы пришли.

Он не назвал имени. Грандмастер — так обращались к очень умелому магу. Я читала, что для этого звания надо было сдать сложный экзамен.

— Приветствую вас, господин и госпожа.

Голос мага был хриплый и как будто искаженный — не женский и не мужской.

— Какой странный голос, — сказала я шепотом.

— Это под действием чар. Мы здесь инкогнито, но побочный эффект этого заклинания — оно немного маскирует тех, кто рядом.

— А ты точно уверен, что это тот самый маг?

— Конечно. Я-то прекрасно вижу магическим зрением, а ты пока не умеешь.

— Чувствую себя глупой, — призналась я, — словно безграмотная.

— Потерпи немного, так и должно быть поначалу, — ответил Редьярд. — Грандмастер? Ну что, вы готовы?

— Пару минут, и начнем, господин. Садитесь пока, располагайтесь поудобнее.

— А какое может быть инкогнито, если он все равно ауру будет считывать или как ее там? — прошептала я. — По ней разве не видно, что ты дракон, например? И чары, что на нас, — разве они не будут мешать?

— Конечно, видно. Это просто знак уважения к тайне клиента. И чары я уже снял. А маг дает нерушимую клятву — он не сможет сообщить, что я приходил к нему, даже под пыткой.

— М-да… — протянула я.

Мне показалась излишней эта вся конспирация и какой-то ханжеской: ну и к чему все эти тайны разводить, если маг все равно рассказать никому не способен? Но Редьярд, похоже, получал удовольствие от следования традициям.

— Сначала вы, господин. — Маг вышел из-за занавеса в углу. На нем был темно-синий балахон без каких-то отличительных знаков. Он поднес к Редьярду какой-то светящийся жезл, немного напомнивший мне мою волшебную палочку для подслушивания.

Через несколько минут маг обратился ко мне:

— А теперь прошу вас, госпожа.

Я сидела молча, ожидая, пока специалист закончит водить этой палочкой.

Потом он попросил разрешения ненадолго удалиться, а мы остались сидеть. Сначала мы не говорили ни слова, но потом мне надоело молчать. Да и мурашки по коже уже бегали, если честно. Что же скажет нам маг? За последние дни я уже начала как-то привыкать, что мы пара, но что, если нет? Если я не избранница, то я отправлюсь немедленно домой? И сказка, в которой я обучусь магии и стану волшебницей, закончится?

— Как ты думаешь, что он нам скажет? — полюбопытствовала я, осторожно касаясь руки Редьярда. Волнение заставляло мое сердце стучать, как после хорошей пробежки.

— Что мы избранники. И после этого ты уже никуда не денешься, — немного нервно пошутил дракон.

— А что, если нет?

— Этого просто не может быть. И я намерен доказать тебе это.

— Думаешь, бумажка с печатью улучшит наши отношения? — усомнилась я.

— Да. Ты перестанешь рваться пообщаться с бывшим и учить меня, что музыка лучше магии, — скривил уголок рта он.

Он что, до сих пор думает о нашем с ним разговоре?

— Я вовсе не говорила… — начала я возмущенно, но меня прервал голос мага:

— Господин, госпожа, вы готовы меня выслушать?

Дракон резко встал и царственным кивком произнес:

— Говорите, грандмастер. Мы вас внимательно слушаем.

— Вот, взгляните, я нанес рисунок линий ваших аур на кристаллическую основу. — Он положил перед Редьярдом на невысокий столик неровный полупрозрачный прямоугольник с бугорками и впадинками, на котором были прокрашены линии, словно тонкой кистью. — Для госпожи я должен пояснить, поскольку она не владеет магией, чтобы увидеть самостоятельно…

Он не успел договорить, как дракон взревел и со всего маху шваркнул вещицу об пол. Я зажмурилась и инстинктивно закрылась руками от стеклянных брызг, но с виду хрустальная штучка оказалась на редкость крепкой.

Неужели…

— И вы туда же, грандмастер? Вы выжили из ума? — ядовитым тоном прошипел дракон. — И вы сейчас-с хотите мне с-сказать, что Шар Рингейхайма притащил мне из параллельного мира вовс-се не избранницу, а какую-то с-случайную девушку?!

Случайную девушку?

Я — просто случайная девушка. Никакая не избранница. Я попала сюда по ошибке.

Я не знала, что и думать. С одной стороны, в душе вспыхнула радость: наконец-то я могу со спокойной совестью вернуться к сыну, а в отношениях с мужем уж как-нибудь разберусь. С другой, мне стало немного страшно: отпустит ли меня Редьярд? Его уязвленная гордость, его вспышки гнева — все это предвещало неприятности…

— Проверьте сами, — оскорбленным тоном заявил маг. — И, думаю, вы и сами имели такие подозрения, иначе не пришли бы сюда.

— Но этого не может быть, яс-сно? — вскричал дракон. — Это чьи-то козни! Чужое колдовс-ство, морок, иллюзия! Вы же знаете, что артефакт призыва на то и артефакт призыва, что он не ошибается!

— Однако на этот раз получилось исключение.

— На что это вы намекаете? — заорал Редьярд, потеряв самообладание окончательно. — Что я — бездарность, не способная воспользоваться магической вещью, которая служит для одной-единственной цели?

Воздух едва не потрескивал от напряжения, ощущался густым и плотным. Батюшки, как бы он тут не превратился со злости, а то раздавит нас всех…

— Тише! — рявкнул маг, и я ощутила, что кругом повисла ледяная, неестественная тишина. — Успокойтесь. Я был вынужден активировать магическую блокировку, леди, прошу прощения, — извинился он передо мной. — Вы же, молодой господин, держите себя в руках. Ваше высокое положение обязывает вас к достойным манерам, а вы ведете себя… как дикий ящер!

Редьярд шумно дышал — вернее, я не слышала ни звука, но вся его поза, раздувавшиеся ноздри и сжатые кулаки, свидетельствовали о том, что только эта самая блокировка обеспечивает тишину.

— Я не сомневаюсь в ваших умениях настроить Шар Рингейхайма, — произнес непонятное слово маг. — Но здесь мы имеем дело с уникальным случаем. Возможно, в момент призыва произошла какая-то аномалия магической природы, скачок сил, что-нибудь в этом духе. Или в ваши намерения вмешалась сама Судьба. Вы верите в Судьбу? — И, не дождавшись ответа, спохватился: — Снимаю блокировку. Только учтите, при первой же попытке проявить неучтивость я повешу ее заново.

— Вы же знаете все про ритуал… — горько сказал Редьярд. — Как я могу быть спокоен, если такое случилось? У меня на днях помолвка, о которой известно всему свету! Во всех газетах и в сети наши портреты! И тут… Да надо мной во всю пасть будут смеяться!

— Выход есть всегда, господин. Нет, я не издеваюсь. И вам следует прежде всего обсудить его с вашей прекрасной спутницей. Уверен, она не заслуживает вашего пренебрежения, поскольку уж точно ни в чем не виновата.

Я подняла на мага взгляд, полный благодарности.

Редьярд шумно и медленно выдохнул, придавая своему лицу обычное высокомерно-непроницаемое выражение.

— Ну что ж, благодарю вас-с, грандмас-стер, за ценную консультацию… — Змеиное присвистывание у него все еще не исчезло полностью.

— Ступайте, господин, и помните — я никому не скажу. Вы даже можете заплатить мне отдельно, и я сотру из памяти этот крошечный эпизод.

— Давайте так и сделаем, — кивнул дракон.

После короткой процедуры по стиранию из памяти мага темы нашего визита, дракон сунув карточку под плащ и вышел. Я, бросив на ходу “До свиданья, грандмастер!”, выбежала за ним.

— Постой… — позвала я. — Я боюсь тут одна… Я не найду дорогу назад!

— А… — Он обернулся, с горечью посмотрел на меня. — Моя неповторимая фальшивая избранница! Не бойся… Я тебя пальцем не трону.

— Я надеюсь. — Я все же опасливо приблизилась к нему.

— Я доставлю тебя в мои покои, — сказал он. — Побудешь там до утра. Не уверен, что нам стоит признаваться всему свету, что мы… — Он не договорил, резко подошел ко мне, грубо схватил за руку. Я ойкнула.

На этот раз он чуть ли не волоком меня тащил. Я вся продрогла без плаща и едва не стучала зубами.

— Ну, все. Я пошел, — сказал он, доставив меня в свою спальню, и вышел вон, видимо, решив куда-то уйти телепортом.

Я посидела пару минут, но ложиться спать у меня не было никакого желания. Сам ушел куда-то, а я тут томись? Мне бы выпить горячего чаю, и вообще, я с Юлькой хочу поговорить! И с мужем, я про сына ничего не слышала уже целый день!

Я ведь никогда не покидала своего ребенка с тех пор, как он родился. В отпуск мы ездили вместе. Максимум, что мы расставались, — это то время, когда он был в садике.

В общем, приду сюда, как все узнаю. А слухи пойдут — мало ли, поссорились перед помолвкой, ведь даже у истинных пар могут быть разногласия…

— Ой! Леди! — вскочила Эмилия, потирая глаза. — Мы думали…

— …что вы останетесь у милорда, — закончила Лара.

— Я к нему еще вернусь, — сказала я. — Можно мне горячего чаю, побольше? И ванну горячую?

— Конечно, леди.

Служанки принялись дисциплинированно исполнять мои приказания. Надеюсь, они не будут распускать слухи, где это милорд так заморозил свою возлюбленную.

Я же схватила ту самую серебряную палочку и прикоснулась ей к сердечку. Что там уже не мой избранник делает?

Дракон сидел в каком-то отдаленном месте сада с выражением боли на красивом лице. Рядом с ним лежал кристаллофон, а в руках у него была самая обычная гитара. Он легонько перебирал струны — и делал это довольно умело.

Я облегченно вздохнула. Ну ладно. Пусть лучше музыкой душу изливает, а не полетел куда-нибудь драться или напиваться, или и то, и другое сразу.

Напившись как следует горячего чая с ягодами и погревшись в ванной минут двадцать, я прикинула время — как раз к сеансу связи успеваю. Пожалуй, даже вернувшийся дракон не смог бы меня отговорить. Я включила компьютер и установила соединение.

Сообщений от мужа было много. И теперь было ясно, почему он на связь не выходил — у него была очень веская причина.

“(Блииин), у него ротавирус походу этот сраный”.

“Всю ночь возле его кровати сидел (блин), с тазиками (очень плохими) бегал, как в (мягкое место) клюнутый”.

“Пипец. Он уголь не ест, что ему дать-то (блин)”.

“Нагуглил, короче, хз как в аптеку бежать, его ж не оставишь”.

“Вроде полегчало. С утра бабку Жужу попросил посидеть, а сам сгонял, вот эта (фигня). Полегчало вроде. Температуры нет, а сам он как тряпочка такой лежит”.

Бабка Жужа — это Светлана Петровна с первого этажа, женщина ворчливая, но в целом добрая. Пару раз она присматривала за сыном, он ее знает. Я облегченно выдохнула.

“Ожил, мультики смотрит, машинки гоняет, вроде пронесло”.

“Опять блевал. Да е-мое”.

“Ответь, пожалуйста. Очень хочу тебя услышать”.

“Скажи, как тебя найти. Я там всех прибью, только вернись!!!”

“Пипец, а если за выходные не пройдет? Придется отгул (блин) брать”.

“У нас порошок кончился. Купил какой-то, а он полное г... Или машинкабарахлит, не выполаскивает. Короче, все вещи в порошке, два раза переполаскивал руками (блин). Воду еще завтра отключить собираются (нехорошие люди)”.

“Температура у него”.

“Сколько? — напечатала я, мгновенно позабыв про свою недоизбранность. — У нас там на холодильнике сироп стоит, его дай.”

“ЖЕНЬКА!!!”

“Тебя там в плену держат и к компу не подпускают??”

“Сбилась температура. Сироп давал. Ща нормальная”.

“Рвало?” — уточнила я самое главное.

“Один раз сегодня. Я спать хотел уже. Давай колись, что ты и где?? Скучаю как пипец”.

“Илюшка меня не вспоминал?”

“Неа”.

“Вот и не напоминай ему пока, сколько получится. Я вернусь!”

“А сколько ждать-то? С тобой хоть все в порядке?”

“Почти. Тут что-то странное произошло. Меня по ошибке утащило к местному лорду-дракону, — напечатала я, от волнения не попадая пальцами по клавишам. — Он меня отпускать не хотел, думал, я избранница его, не верил, что я замужем и с ребенком. Теперь точно подтвердилось, что это ошибка, и он меня отпустит”.

Я, конечно, далеко не была уверена, что Редьярд меня отпустит и вообще — что попасть назад в свой мир будет просто. Но мужу говорить этого не стала.

“Не понял. То есть я тут сижу, тазики туда-сюда ношу, подтираю Илюхе жопку, а к тебе какой-то рептилоид хренов лапы тянет?”

О господи, мне еще ревности не хватало.

“Не тянет он ничего. Он джентльмен”, —слукавила я. Не знаю, смогу ли скрывать, что целовалась с драконом, но лучше признаться в личном разговоре, чем вот так, с нестабильной связью.

“Ну смотри, а то я ему хвост оторву и тебя назад заберу. Хрена себе нашелся — чужих жен утаскивать. Давай я с ним лично разберусь, перетрем по-пацански”.

“Он в интернетах не общается”, — пошутила я.

“Ну, ты скажи, как тебя утащило. Может, я тоже быстренько сгоняю, втащу ему (блин) малость, и домой вместе. Или ты там жить остаться хочешь?”

Последняя фраза излучала такую сильную тревогу, что я почувствовала ее через экран.

“Я скоро вернусь, обещаю! Как там, температура не поднялась?”

“Щас проверю”.

“(Блин)”.

“Опять”.

.Я вздрогнула, не понимая — опять температура или опять рвота. Я знала по опыту, что ротавирус у ребенка — штука неприятная. В прошлый раз я три ночи не спала и ужасно измучилась…

“Ну что там?” — написала я, но ответа не было, а потом значок рядом с именем мужа погас. Видимо, ему не до разговоров. Ладно, пусть лучше с ребенком побудет.

Зато Юлька как раз была онлайн, и я послала ей фото.

“Вау, красавчик!”

Юлька выдала пяток стикеров с глазами-сердечками

“Я бы с тобой поменялась, — написала она, приправив сообщение смайликом. — Ну где справедливость, а? У тебя уже семья есть. А мне бы муж не помешал! И там так красиво!”

Я аж подскочила.

А что, это идея! Это бы все решило… Я вернусь к сыну и мужу. Дракон получит себе жену… Ну пусть не избранницу, но Юлька классная, такую девушку еще заслужить надо. И ей бы здесь понравилось, она обожает сериалы всякие про прошлые века, чтоб платья красивые у дам, аристократы эти все во фраках…

Но… но…

Этично ли вообще такое проворачивать? Надо Юльке рассказать побольше. Может, она вообще шутила, а я тут планов настроила.

Если же она действительно готова со мной поменяться, то как это сделать? Призвать ее артефактом? Портал найти? А вдруг он ее закинет к чертям на рога куда-нибудь? В Земли драконов, например?

И еще: меня дракон уже успел представить всем как избранницу… А тут — хоп, прошу прощения, не та девушка. Не носить же Юльке иллюзию моей внешности всю жизнь… До помолвки-то мы точно не успеем… Угораздило его поторопиться с ее объявлением!

Ох, как все сложно!

Но надежда на возможность такого обмена зацепилась в моем сердце.

“А ты бы согласилась замуж за дракона? Серьезно?” — спросила я, ожидая услышать, что это была просто шутка.

“Ну, Жень, ты издеваешься?”

Эх, так я и думала…

“Это же твой дракон! Твоя судьба! А мне чужого не надо, ты же знаешь. Я просто жалела, что со мной такого не случилось. Вот если у него холостой друг есть, тоже красивый и галантный, то познакомь”.

А, так вот в чем дело!

“Ты знаешь, — быстро ответила я, — вот в том-то и проблема, что не мой это избранник. Путаница произошла, это точно. Я у магов узнавала. Мы совершенно точно не избранники”.

“Ну и что? Ты сравни, где твой Костя-гопник, мат через слово, и этот вежливый, обходительный, да еще и маг? Пришли еще фоток ваших! — Здесь сияла алым целая стайка сердечек. — Илюшку себе заберешь, и все будет хорошо! Я, конечно, скучать буду…”

“Он не мой избранник, — повторила я. — И вообще, он сейчас настоящую избранницу ищет. Вот я тебе и предложила, раз ты у нас незамужняя, и дракон тебе понравился. А может, он твоя судьба?”

“Да ну, скажешь тоже”.

Я вздохнула. Может, и правда Юльку убедить? А что, у нее из родителей только мама, и та больше занята новой семьей, чем дочерью. И на мозги Юльке капает, что она в ее годы уже замужем была, на внуков намекает. Юлька даже одно время думала “для себя родить” — вернее, для мамы, но, посмотрев на меня с Илюхой, все же передумала быть матерью-одиночкой.

“А ты подумай…”

Я не успела дописать сообщение, как связь снова разорвалась. Программка показывала, что до ближайшей ночи мне ловить нечего.

Позевывая, я поплелась в свои покои, запоздало сообразив, что Яна не пришла, хоть и обещала. Может, слухи пошли, что дракон отвел меня в спальню развлекаться, и до нее тоже дошло? Ну да ладно, я с ней днем поговорю, а технических проблем у меня не было.

Только заявившись к себе и завалившись на кровать прямо в платье, я вспомнила, что вообще-то должна была провести время в драконьей спальне. Вздохнув, встала и, поправив немного волосы перед зеркалом, поплелась туда.

Стражники у входа вытаращились на меня, но пропустили. Надеюсь, не донесут своему господину, что его избранница где-то тусовалась полночи.

Я валялась на кровати, жалея, что не прихватила с собой телефон. Хоть фоток дракона бы поискала, будет чем Юльку заинтересовать. Эх, и ее фоток надо было сохранить — может, она дракона зацепит?

Но телефон я не взяла, потому что боялась, что дракон обнаружит там что-то, пока я сплю. Мои заметки с воспоминаниями. Переписку с Яной. Или следилку какую-то поставит мне, пока я спать буду.

В платье валяться было неудобно, но и раздеваться я не горела желанием. Мало ли, придет пьяный с горя, а тут я в одном белье. Хотя если захочет пристать — пристанет. Обездвижит каким-нибудь заклинанием, платье тут не поможет.

Я долго лежала, думая о том, как справляется Костя и как чувствует себя Илюшка. Наконец сон все же одолел меня, когда за окнами стало совсем светло.

Когда я проснулась, рядом со мной лежал Редьярд — лицом вниз, — и мирно спал. В отличие от меня, он не постеснялся раздеться до трусов. Я осторожно потянула носом. Алкоголем от него не пахло.

Я поморщилась, вспоминая неприятный сон про мужа.Мне снова снилось, что он изменял мне. На этот раз — переписывался в интернете с какими-то девицами и выпрашивал у них фотки в голом виде. А еще донатил деньги в онлайн-игрушки, а сыну купить зимний комбинезон отказывался — слишком дорого.

Я потерла рукой лоб, Мне все больше стало казаться, что Костя из снов и Костя из нашего с ним общения — это два разных человека. Тот, что мне снился, не стал бы ночами просиживать у постели сына с тазиком и бутылочкой жаропонижающего сиропа.

И в голову почему-то лезло, как Костя приехал ко мне на такси, когда мне было плохо. Как мы с ним смотрели кино и хохотали в голос. Как он к моему приезду из роддома собрал детскую кроватку и купил мне любимых пирожков из местной пекарни.

Да, он часто матерился, разбрасывал повсюду свои инструменты, поддразнивал меня, что я слишком много сижу за компьютером, прикрикивал на сына, когда тот начинал вести себя ужасно… Но он заботился обо мне, гулял с ребенком, да и подгузники менять не брезговал, когда Илюха был совсем малышом. И на фитболе его укачивал, когда я, измученная бессонницей, валялась на кровати.

Он не был идеальным. И все-таки я думала о нем с большей теплотой, чем о Редьярде.

Дракон же казался мне каким-то чужим и далеким со всеми его традициями, самолюбованием и желанием постоянно доказывать, что он круче всех. Он купался во внимании журналистов и обожал публичность. Меня порой коробили его фразочки про женщин. Редьярд однозначно не был плохим, нет. Будь он засранцем, я бы скорее удавилась, чем попыталась свести его с подругой. Я бы могла дружить с ним. Но стать его женой и прожить с ним всю жизнь — теперь я могла с чистой совестью признаться себе, что нет. Мы не слишком хорошая пара, как ни притирайся.

И здорово, что тот таинственный маг сказал это. Давно надо было к нему сходить! Ведь сразу было ясно, что произошла ошибка, но я не смыслю в магии, а Редьярд вел себя как чертов упрямец, который сам лучше всех все знает и в чужом мнении не нуждается. Ведь все мои сомнения он принимал за женские капризы. Мол, добавить немножко романтики, вина, полетов, красивых платьев — и эта неправильная женщина, то есть я, все забудет и влюбится.

Не вышло.

Я села на постели и пошла искать уборную. Вообще очень хотелось есть, но я не решилась покинуть покои Редьярда. Надо его разбудить, конечно, но это я тоже сделать побаивалась.

Однако Редьярд избавил меня от принятия решения — сам проснулся, пока я пыталась в уборной без помощи горничных умыться, причесаться и привести в порядок помятое платье. Последнее мне не удалось, а волосы выглядели вполне прилично.

— Привет, — сказала я. — Как будем выходить отсюда? Давай позавтракаем и решим, что нам делать дальше.