Глава 16

– Милорд, это так любезно с вашей стороны заказать для нас парные маски, – с восхищением заявила леди Мелисса, с присущей наигранностью одарив Орсена приторно-сладкой улыбкой. Он ответил ей холодно-любезной улыбкой. В иной ситуации герцог Ретт даже не стал бы думать о предстоящем бале, но, как оказалось, в его же интересах сделать всё, чтобы леди Оберия ни о чем не догадалась. Ему нужен надежный план на то, как избавить Эйвери от пут и спасти служанку, которой пришлось столкнуться с настоящей несправедливостью и жестокостью своих хозяев. Сердце Орсена обливалось кровью. Он хотел бы схватить леди Мелиссу за шиворот и выволочь ее из Мелори-парка, место, в котором больше не будет злодеяний, как однажды поклялся Ретт. С другой стороны, он понимал, что если поступит так, то не убережет Эйвери. А просто похитить ее означало обречь на жизнь в полном страхе за ее судьбу. Она была не просто служанкой, которая могла бы неожиданно исчезнуть, и никто бы не стал ее искать. Эйвери – Отмеченная. Та, кого Нестор Оберия будет искать. Он объявит награду за ее голову, лишь бы обречь Эйвери на новые муки. Навряд ли семья Оберии так просто позволит Орсену забрать Эйвери. Поэтому ему нужен был надежный план, ведь он обещал Эйви, что спасет ее. Герцог Ретт никогда не отказывался от своих слов. – Ох, это будет мой первый бал в Энтарио, – продолжала щебетать леди Мелисса, совсем не обращая внимания на задумчиво молчаливого герцога. – Я так взволнованна. Неужели я встречу королеву? Ох, я не могу совершить ни единой ошибки, чтобы не разочаровать королеву. Орсен едва не подавился. Его рассмешили рассуждения леди-пустышки, от которой его собственная голова напоминала шар, набитый ватой. Возможно, дело было в недостатке сна, а может, потому что все мысли были лишь об Эйвери. Кто знает, что именно не давало покоя герцогу, но он определенно мог сказать, что прошлую ночь едва ли сомкнул глаза. Эйви почти ничего не сказала, и все же Орсен, задавая ей вопрос за вопросом и получая в ответ молчание, услышал даже больше, чем рассчитывал. Он догадывался, что леди Оберия знает об издевательствах над своей служанкой. Даже поощряет их. А теперь сидит с герцогом за одним столом и щебечет о каких-то там бальных платьях, гостях и королеве. Это последнее, что он хотел бы слышать сегодня. И все же Орсен держался из последних сил. Он почти не спал. Ему сложно было закрыть глаза и погрузиться в мир грёз, когда совсем рядом была хрупкая, нуждающаяся в его защите девушка. Орсен видел, как отогреваясь и успокаиваясь, Эйвери клевала носом. Она едва не уснула, сидя на кушетке. Тогда она вздрогнула, резко выпрямилась и взглянула на герцога испуганными глазами. Как бы он хотел, чтобы Эйвери больше не знала страха! Всё его нутро кричало об этом! Сон одолел. Эйвери уснула, не заметив, как положила голову на плечо герцога. Ретт не мог пошевелиться. Да он дышать боялся, потому что Эйвери ему доверилась. Рядом с ним она наконец-то могла перестать дрожать от каждого звука. Намного позже, когда Орсен убедился, что Эйвери крепко уснула, он поднял ее на руках и отнес в свою кровать. Уложив девушку в постель, Орсен взглянул на нее и мягко улыбнулся. Когда в последний раз кто-то помимо хозяина Мелори-парка спал в этой кровати? Впрочем, все темные мысли герцогу пришлось тут же отмести, хотя, признаться честно, Эйви в его постели смотрелась прекрасно. Накрыв девушку одеялом, Орсен развернулся и покинул спальню. Сам же устроился на кушетке, где и провалился в короткий тревожный сон. А рано утром проснувшись и убедившись, что всё, что случилось ночью – правда, принял окончательное решение. Больше Эйвери не вернется в дом Оберии. – Милорд, как вы считаете, а королева… – Прошу меня извинить, – перебил Мелиссу Орсен, резко вставая из-за стола. Салфетка упала на пол, а ножки стула, царапнув по паркету, издали неприятный скрипучий звук. Леди Мелисса удивленно изогнула брови. Похоже, что она не ожидала, что однажды Орсену надоест ее пустая болтовня. – О, да, – вымолвила сквозь зубы, – я понимаю. У вас много работы. Орсен молча кивнул. Слушать ее, быть рядом и знать, что она виновата в боли Эйвери, герцог Ретт больше не мог. Откланявшись, он покинул столовую, оставляя леди Мелиссу с кислой миной ковырять свой обед. Орсен был уверен в том, что девушка отошлет обратно на кухню свои блюда и заставит всё переделать. Что же, стоит немного потерпеть. И да, дать указания поварам, чтобы не переделывали для леди Мелиссы ее блюда. Пусть ест то, чем угощают. *** Эйвери не привыкла отдыхать. Она просто забыла, как это делается, ведь с ранних лет, еще будучи ребенком, Эйви только и делала, что трудилась на благо господ. Теперь же Эйви прислушалась к совету герцога и отлынивала от дел. Точнее говоря, пыталась. А еще она старалась не попадаться на глаза Порции или других служанок. Но кажется, те вовсе позабыли о Грязнушке, полностью погрузившись в хлопоты леди Мелиссы, готовящейся к балу. Да и в Мелори-парке то и делали, что перешептывались о предстоящем событии, и никто, конечно же, не обращал внимания на служанку, сбежавшую из дома и прогуливающуюся по саду. Эйвери знала, что в этот час все слуги заняты делами и сюда, куда она пришла, навряд ли кто-то сунет нос. Зато Эйви могла расслабиться, по крайней мере попытаться, и проанализировать события прошлых дней. С того самого момента, как ее обманом заманили в ту темную, холодную и страшную комнату, и откуда ее словно рыцарь в сияющих доспехах спас герцог Ретт. Девушка все еще не могла поверить, что он сделал для нее. Та комната напоминала Эйвери о погребе в родительском доме, где девочке пришлось прятаться от войск Арвингстона, которые были посланы, чтобы уничтожить Красные бастионы и поселение, что находилось рядом. Эйвери пряталась в погребе, как велела ей мать. Она жмурила глазки, обнимала себя тонкими ручками за холодные плечи, а наверху кто-то безжалостный и свирепый прирезал сначала ее отца, а потом заколол мать. Хотела бы забыть, но Эйви будет помнить ту страшную ночь до конца дней своих. А то, что сделали Порция, Золя и Минна по наставлению Мелиссы лишь разбередило раны. Эйвери ощутила всю боль пережитых в неволе лет и поняла, что ей нужно освободиться от семейства Оберии. Там ее не ждет ничего хорошего. Герцог Ретт обещал защиту, да вот только Эйвери усомнилась, что он сможет ее спасти. А если получится, то что будет потом? Она все равно остается Отмеченной, – той, кому нет места среди жителей Арвингстона. Что сделает герцог Ретт после того, как заберет ее у Оберии? Эйви продолжит служить, но уже новому господину? Она останется в Мелори-парке и будет до самой старости начищать окна, зеркала и стирать бесконечные простыни, полотенца да скатерти? Именно такой жизни желала себе Эйви? Нет. Впервые девушка пожелала для себя свободы. Настоящей. Не приправленный красивыми речами или благородными поступками. Эйвери пожелала освободиться и найти свое место в этом мире, где ей не придется вечно прислуживать господам, пока те будут издеваться над ней, глумиться и бить. – Вот ты где, – ворвавшийся словно порыв ветра мужской голос заставил Эйвери вздрогнуть и резко обернуться. Раздвигая ветки, Тео улыбнулся Эйви. Она удивленно выдохнула. Не думала, что ее могут здесь найти. – Хорошее же ты себе местечко выбрала, – хмыкнул Тео, забравшись в небольшой пустынный уголок, образовавшийся между зарослями кустарников. – Так сразу и не найти. – На то и был расчет, – прошептала Эйви, не понимая, раздосадована ли она, что ее нашли, или же рада, что это сделал Тео. В прошлый раз, когда они виделись, Тео был задумчив и молчалив, а Эйви не знала, какие мысли терзают помощника герцога. А еще тот ужасный вопрос, который задал ей Тео: сделал ли то-то плохое с ней герцог Ретт. И как он только мог о таком подумать?! Эйви негодовала, почему молодой альв усомнился в герцоге и в ней. Пожалуй, им все же нужно было поговорить, ведь она не хотела терять друга. – Я же не помешал? – вдруг уточнил Тео, стряхивая с сюртука прилипшие листочки. Эйви покачала головой. Она сидела на траве и разглядывала растущий здесь одинокий цветок. Прямо как она – окруженная и запертая, словно в клетке. – Я присяду рядом? – Зачем ты спрашиваешь? – удивилась девушка. – Потому что не хочу нарушать твои границы. Эйви едва не рассмеялась. Тео, наверное, первый, кто вспомнил о приличиях. Даже сама Эйви никогда об этом не думала. Ее не воспитывали как благородную девицу, но Тео вел себя с ней так, словно в ней была хотя бы капля аристократической крови. Тео пожал плечами и опустился на траву. Теперь они вместе смотрели на цветок. – Я должен извиниться перед тобой, – спустя заминку произнес альв. – Я наговорил гадостей. Еще и злился, хотя ты ни в чем не виновата. – Не стоит… – Нет, стоит, – упрямо продолжил Тео, переводя взгляд на Эйви. Она чувствовала, как он внимательно смотрел на нее, хотя сама не рискнула отрывать взгляд от созерцания цветка. – Меня несколько обескуражило то, что я услышал от герцога, и, признаться честно, до сих не верю ему до конца. Это правда, что они сделали с тобой? Эйвери ощутила, как комок забил ее горло. Сглотнув, она качнула головой. Тео прошипел какое-то ругательство, которое девушка не разобрала. Она была уверена, что будь у Тео под рукой какая-нибудь твердая поверхность, он бы ударил по ней кулаком. Вот так сильно он был зол. Зато Эйви ощутила, как груз недопонимания наконец-то упал с ее плеч. – Как жаль, что меня не было рядом. Я бы не позволил им притронуться к тебе пальцем! Как много «бы» мешало Эйви жить полноценной счастливой жизнью. Но ей понравился порыв Тео. Он был ее другом, и теперь она в этом не сомневалась. – Обещай, если опять что-то случится, ты придешь ко мне и все расскажешь, – промолвил Тео, положив ладонь на плечо Эйви. Та вздрогнула от прикосновения и взглянула на альва. – Им пока нет дела до меня. Леди Мелисса готовится к балу, – криво улыбнувшись, отозвалась Эйви. Она была благодарна за поддержку, но вспоминать раз за разом о том, что произошло ночь назад, девушка не хотела. Ее раны все еще болели, а синяки разлились фиолетовыми пятнами на боках. Тео скривился в ответ. – Кстати, о делах, – сказал он, опуская ладонь в траву. – У меня есть к тебе маленькое дело, Эйви. Она изумленно уставилась на Тео. Он загадочно улыбнулся. – А еще подарок. Вот теперь у Эйви глаза полезли на лоб. – Обещай, что не откажешь мне в маленькой просьбе и обязательно примешь подарок. – Я не… – Обещай. Я настаиваю, – лукаво подмигнул Тео. – Должен я же как-то загладить вину за свое отвратительное поведение. – Но ты ничего плохо не сделал. Тео покачал головой. – Я усомнился в тебе, Эйви… и не поверил герцогу Ретту. – Наверное, у тебя были на то причины. – И все же я должен был поверить тебе. Эйви робко улыбнулась. – Так ты обещаешь помочь мне с маленьким делом? Девушка быстро кивнула в ответ. Тео улыбнулся. – И примешь подарок? – Я уже и не помню, когда мне кто-то что-то дарил. В глазах Тео появился озорной огонек. Похоже, что ему понравился честный ответ Эйви. По крайней мере, он приободрился. Разве что Эйви не знала, как реагировать на то, что ей еще предстояло услышать. Но когда Тео все-таки перестал увиливать и рассказал ей о просьбе, Эйвери перестала дышать. – А если нас поймают? – Не волнуйся, – подмигнул он и протянул Эйви ладонь, – я все предусмотрел. Страх паучьими лапками заскользил по коже девушки. Но она быстро отогнала сомнения прочь, ведь Эйви решила, что пора что-то менять в своей жизни. Почему бы не согласиться на авантюрный план Тео и не отправиться в маленькое путешествие, пока она все еще находится вдали от дома Оберии. Вкусить немного свободы и посмотреть на мир, которому Отмеченная никогда не будет принадлежать. – А подарок? – спросила она, чувствуя, как Тео крепко сжал ее ладонь. – Всему свое время, – шепнул он и лукаво подмигнул.