Глава 11

– Ну, и кто из нас ей первым скажет об этом?

– Только не я. Это вообще твоя забота – информировать Хозяйку обо всех изменениях.

– Зато ты, как верный рыцарь, первым бросаешься на ее спасение. Причем, где надо и где не надо. В основном, где не надо.

– Если ты про вчерашнее, то тебе еще мало досталось. Надо было вообще отгрызть тебе копыто и посмотреть, как ты будешь скакать на одном, пока второе не отрастет.

– Дурень! От меня хромого больше пользы, чем от тебя здорового. Только и умеешь, что лезть под руку да болтать без толку.

– Зато я здесь по своей воле!

– Ну, вот ты ей по своей воле все и расскажешь. А я пошел.

– Куда?!

– Искать укрытие на случай непредвиденных обстоятельств. Я, правда, шелки в гневе еще не видел, но все может быть.

Скрипнула дверь. Я услышала обреченный вздох и поняла, что этот диалог мне не приснился. Открыла глаза, приподнялась на локте и обнаружила, что лежу на своей кровати, укутанная в одеяло по самый подбородок, а рядом на колченогом стуле с отрешенным видом покачивается Ареналь. Подперев голову руками, келпи так глубоко о чем-то задумался, что даже не заметил моего пробуждения.

– Ареналь? – позвала я, удивляясь, какой хриплый у меня голос. В горле будто застрял острый комок. – Где все?

Келпи встрепенулся. Он где-то раздобыл чистую одежду и сейчас выглядел вполне прилично, не считая подбитого глаза и опухшей челюсти.

– Принцесса, ты только не нервничай! – заявил он, вскакивая и суетливо поправляя мне одеяло.

– О чем это ты? – я нахмурилась. Неприятное подозрение зародилось в моей душе. Слишком уж бегающим был взгляд у парня, слишком уж явственно подрагивали его руки. – Что-то произошло? Сколько я спала?

– Больше суток. Мы с Тайругом сторожили тебя, никого не пускали. А то эти смертные прямо паломничество сюда устроили. Особенно один наглый маг – сел на пороге и заявил, что никуда не уйдет, пока не поговорит с тобой. Еле отделались. Тайруг накинул на дверь полог невидимости, так что теперь пока не откроем – ее не найти.

Ну, что это за наглый маг, я даже не сомневалась. Только зачем я ему снова понадобилась? Неужели чтобы еще раз высказать благодарность? Или хорошенько подумал и решил добить мерзкое существо?

– А Тайруг где?

– Да вышел прогуляться. Он же кот, да еще невидимка.

– Подожди, – я уселась поудобнее. Одеяло соскользнуло с плеч, и я едва успела подхватить его, с изумлением обнаружив, что лежу абсолютно голая. Райзен!

Воспоминания накатили горячей волной, заставив судорожно сжать колени и скомкать в руках край одеяла. Я замерла, прикрыв глаза, и задышала медленно и глубоко, пытаясь усмирить бешено бьющееся сердце.

– А Райзен где?

Келпи замешкался, скребя ногтем пятно, плотно въевшееся в ветхую ткань простыни. Мне это совсем не понравилось.

– Ареналь? Ты мне ничего не хочешь сказать?

Он изобразил на лице радушную улыбку, которая смотрелась весьма странно, учитывая форму и размер зубов.

– Мы нашли этого мага! Только он проходит в списках, как колдун и артефактор средней руки. Ну, амулеты там разные, пляски с бубном вокруг костра, приворот-отворот, готовые зелья, травяные сборы…

– А…

– Правда, пришлось попотеть! К зданию магистрата оказалось не так просто подступиться. Смертные постарались вложить охранное заклинание в каждый камень и каждый куст. Без особого ордера с королевской печатью к воротам ближе чем на двадцать футов не подойти. Думаю, даже бургомистра ежедневно проверяют.

– Проверяют?

– Ну да, там такая защита, что взломать ее просто нереально, какой бы силой мы ни обладали. Войти невозможно ни под каким видом. Даже если проскользнуть невидимкой в открытую дверь, все равно через мгновение оказываешься за воротами!

– Но вы же как-то вошли?

Я понимала, что Ареналь нарочно меня заговаривает, но мне и самой хотелось немного отвлечься от мыслей о Райзене, а история ночных приключений была как нельзя кстати. Тем более, с некоторых пор я начала ощущать, как мое ожерелье буквально душит меня. Раньше оно почти не ощущалось на шее, а сейчас лежало тяжелым камнем, холодное и враждебное, точно тюремный страж. И я знала, что если не найду способ избавиться от него, оно станет моим палачом. Каждый день был у меня на счету, ведь я не знала точно, когда мне исполнится восемнадцать. В тот день моя магия войдет в полную силу и, если я все еще буду человеком, она уничтожит меня, выжжет мое сознание, как лесной пожар выжигает дотла целые чащи.

– Ну-у, – протянул келпи с загадочным видом, – у нас была одна вещичка, которую не учли при создании охраны.

– И? – кажется, я догадалась.

– Дуэргар где-то спер эриллиум Балора! – заявил Ареналь с таким видом, будто сообщал мне вселенскую тайну. – Мы прошли через Сумеречные земли, еле отбились от засады, которая точно его ждала! Потом прятались от родственничков Тайруга. Как они его унюхали, понять не могу! Но это все ерунда. Вынырнули в какой-то каморке, наглотались пыли и едва не задохнулись, пока кашель успокаивали. Потом уже легче было. Полог невидимости – и вперед. Внутри здания находилась только обычная стража, да на некоторых дверях охранки, а магов не было. И я вот думаю, зачем людям столько комнат в одном доме? Да еще коридоры, галереи, анфилады? Я так запутался во всех этих поворотах и переходах, что едва не потерялся! Настоящий лабиринт! А лестницы? Там же ноги поломать можно!

Келпи с таким искренним удивлением возмущался, что я не смогла сдержать улыбки. Речному духу вряд ли раньше приходилось бегать по лестницам, прятаться от вооруженной стражи и разыгрывать из себя шпиона. Да и мне, в принципе, тоже. Но что поделать, моя судьба сделала такой крутой поворот, что теперь только жажда жизни и желание найти свой дом заставляют меня идти вперед.

– Ну, так вы все же справились?

– Еще бы! Зря, что ли, фоморам в пасть лезли? Но там оказалось столько бумажек! Я думал, мы месяц в них рыться будем. Повезло, что все записи в архиве в строгом порядке, иначе бы не нашли.

– Ну и?

– О, сейчас!

Ареналь поднял вверх один палец, а потом начал шарить у себя по карманам, бормоча сквозь зубы:

– Так, где эта балорова бумажка? Я точно знаю, что положил ее именно сюда… А! Вот! – и он с довольным видом протянул мне скомканный и пожелтевший листок.

Это была пронумерованная страница, вырванная из регистрационной книги чьей-то грубой рукой. Такие книги были на каждом таможенном посту у городских ворот, но когда страницы в них заканчивались – они отправлялись в архив. С одного края текст оказался немного оборван, с другого – бумага выглядела рыхлой и влажной. Мелкие строчки пестрели разными завитушками. Книгу писали от руки, тщательно выводя каждую букву. Судя по почерку, писарь не торопился, украшая текст затейливыми вензелями.

– "… Дуалад, – прочитала я вслух, – сорок семь лет, колдун-артефактор второй категории. Зарегистрирован как член Кадарнской гильдии колдунов и чародеев. Словесный портрет… Характер… Образование… Наличие судимостей и проблем с законом не обнаружено. Меток нет, крамольных мыслей нет, запрещенных предметов нет. К правящей династии лоялен… Вердикт: в силу скромного магического дара дальнейшая разработка объекта нерентабельна…" – я ошеломленно подняла голову и уставилась на келпи. – Это что такое?

– Ну, это смертным виднее. Ты дальше читай.

– "Дата въезда…" Так он ездил в Брингвурд несколько лет подряд еще до моего рождения! И каждый раз только на время ярмарки. А потом куда? Почему тут пишут, с какой целью прибыл, а куда отбыл – не указывают?

– Может, в Кадарн? Он же вроде к столичной гильдии приписан.

– Точно. Тут еще указано, что последний раз он был в Брингвурде два года назад. Сейчас его в городе нет. Что делать?

Я уронила руки на колени и выжидающе уставилась на парня, который задумчиво почесал затылок, взъерошив и без того торчавшие в разные стороны волосы.

– Ехать в Кадарн? – он озвучил мою собственную мысль.

– Скорее всего.

Вздохнув, я поерзала в кровати, разминая затекшую спину. Обыскала взглядом комнату, но ничего похожего на платье не обнаружила. В животе заурчало.

– Слушай, где моя одежда? Да и подкрепиться бы не мешало перед дорогой. Нам придется опять топать ножками. Не хочу, чтобы Райзен использовал артефакт, я его и так еле спасла в этот раз.

Келпи как-то заискивающе заглянул мне в глаза:

– А может, еще полежишь?

– Не выйдет, – я покачала головой, – даже не уговаривай. У меня совсем мало времени.

Он вздохнул. Поднялся со стула, будто невзначай пряча взгляд, и неохотно двинулся в сторону громадного сундука, видневшегося в углу.

– Тут Райзен раздобыл кое-что для тебя, – сказал, не оборачиваясь, – смена одежды, нижнее белье, обувь… Ну и всякие женские штучки.

Я заулыбалась, чувствуя, как меня наполняет тепло. Райн не остался равнодушным! Что бы он ни говорил, как бы ни отнекивался, но его действия говорят за себя. Пусть он каждый раз твердит, что я ему не нужна, но если бы это и в самом деле было так, стал бы он заботиться обо мне? Вряд ли! Я точно знаю, что заняла свой уголок в сердце этого дуэргара.

– На вот, возьми. Я пока выйду, завтрак тебе поищу.

Ареналь бросил на кровать разноцветный ворох из тонких тканей, кружев и лент.

– Хорошо, – я выдернула из кучи шелковую сорочку и зарылась носом в гладкую, прохладную ткань. Пахла она просто божественно – свежестью весеннего утра, цветочной росой и, едва заметно, клейкими почками. – Да, и скажи этирну Райзену, что я ему благодарна… Или нет, я скажу сама.

Келпи вышел, бросив на меня искоса странный взгляд, которому я не придала значения. Правда, краем мысли подумала над таким загадочным поведением, но решила, что сначала нужно одеться и поесть, а уже потом выяснять, в чем дело. В конце концов, в дороге у нас будет уйма времени, но сейчас мне следовало бы поторопиться.

Мысли о Райне не покидали мою голову, пока я с умилением и восторгом примеряла обновки. Никогда в жизни мне не приходилось не то что носить, даже трогать подобные вещи. Шелковые нижние сорочки, отороченные нежным кружевом; тонкие, как паутинка, рубашки из полупрозрачного батиста, с пышными рукавами, перехваченными на запястьях узкими лентами; нижние юбки из тафты и органзы, верхние – из тонко выделанной шерсти и гладкого сукна, окрашенные в благородные цвета: темно-бордовый, изумрудно-зеленый, нежно-лиловый и голубой. Я знала, что не каждый мастер способен сделать ткань такой насыщенной и яркой и закрепить краску так, чтобы она не вымывалась при стирке. Подобная ткань стоила недешево, а платья из нее были доступны только богатым этирнам да приближенным короля. И вот теперь Райн раздобыл все это великолепие именно для меня! Разве это не говорило о силе его чувств?

Окрыленная надеждой, я оделась в считанные минуты и бросилась к сундуку в поисках обуви. Под такое великолепное платье цвета первой листвы совсем не хотелось надевать старые стоптанные башмаки, выделенные мне тирном Менро.

Сундук оказался с сюрпризом: на внутренней стороне его крышки я обнаружила большое овальное зеркало, окаймленное позолоченным орнаментом. И что удивительно, сделано оно было из настоящего стекла. Не бронзовое, не медное, а именно стеклянное, отполированное до блеска и без единого пятнышка. Я присела на корточки и заглянула в него. Бледная девушка с темными кругами под глазами и растрепавшимися каштановыми волосами смотрела на меня из холодной глади стекла. Ее глаза сияли, как два драгоценных камня, губы припухли от поцелуев, а на лице царило выражение блаженной усталости. Кажется, эта девушка провела чудесную ночь с любимым… Или это было утро? Я глупо хихикнула, ощущая себя на седьмом небе от счастья.

В сундуке, помимо одежды, лежало несколько пар башмачков и шкатулка из слоновой кости. Не веря собственным глазам, я взяла в руки это великолепие и, затаив дыхание, откинула изящную крышку. Внутри оказался целый набор: серебряное зеркальце на длинной ручке, такая же расческа, несколько черепаховых гребешков, украшенных разноцветными камнями, нитка крупного жемчуга и пара шелковых лент, вышитых золотом, для волос. Я настолько растрогалась, что не выдержала и всхлипнула от избытка чувств. По щеке скользнула слеза умиления, но тут же была стерта дрожащей рукой.

"Он ждет меня! – пульсировала в голове одна и та же мысль, заставляя меня млеть, как кошку на солнце. – Он все это достал для меня! Мой Райн! Мой любимый Райн!"

Еще вчера я готова была навсегда забыть о нем, но сегодня душа моя пела, переполненная любовью.

Едва не напевая от переполнявшего меня счастья, я быстренько расчесалась, заплела косу, сложила ее на затылке восьмеркой и закрепила одним из гребешков. Верхняя часть гребешка, выполненная в виде ветки плюща, теперь возвышалась над макушкой, точно корона. Натянув на ноги чулки и кожаные башмачки, я глянула на себя еще раз, пощипала щеки, чтобы придать им немного румянца, облизнула припухшие губы и решительно встала.

Оглянулась вокруг себя, словно хотела запечатлеть в памяти этот миг. Маленькая убогая комнатушка, ставшая мне убежищем на эти несколько дней. Бедный тирн Менро! Если б он только знал, кто к нему пожаловал, то вряд ли пустил бы. Хотя теперь-то он знает. Интересно, почему он не вызвал королевских магов? Не захотел связываться с законниками или кто-то ему помешал? Думаю, стоит проведать несчастного старика и успокоить. Заодно и узнаю, как дела у того шпиона, которого поймал Эбелайн.

Эбелайн!

Мысль о маге неприятно кольнула. Ареналь сказал, что тот хотел увидеть меня и о чем-то поговорить. Но о чем ему со мной разговаривать? Фейри и маги – два извечных врага, стоящих по разные стороны баррикад, теперь я чувствовала это как никогда. Но встретиться с ним все же придется, хотя я с удовольствием избежала бы этого события.

За окном вовсю сияло солнце. Судя по всему, время давно перевалило за полдень, и на дворе царила настоящая весна. Дверь комнаты на удивление легко поддалась. Я даже замешкалась на пороге от неожиданности, но потом поняла, что в замках потребности не было: Ареналь же сказал, что вход в комнату невидим со стороны коридора, плюс охранные плетения, навешенные Райном. Здесь я была как в крепости.

В коридоре меня встретила абсолютная тишина, только в самом конце слегка поскрипывала приоткрытая входная дверь. В узкую щель сочился яркий солнечный свет, ложась на грязный пол тонким лучом. Двери в другие комнаты оставались плотно закрытыми. Я замерла, не отходя от порога, и прислушалась, напрягая все свои чувства.

Нет, я здесь не одна. В дальней комнате кто-то был. Человек, которому нужна помощь. Я это явственно почувствовала, но привычный зуд не появился, видимо, этому человеку я помочь ничем не могла.

Вот еще один. Где-то совсем рядом. От этого исходили волны уверенности, и в то же время он был озадачен. Такое ощущение, что он никак не мог выбрать между двумя и даже тремя решениями. А еще в нем ощущалась такая внутренняя сила, что по моей спине невольно пополз холодок. Я почувствовала присутствие Эбелайна.