Глава 22

Наш небольшой обоз состоял из двух фургонов. В первом, кроме меня, Ареналя и Донагана, путешествовал еще один тирн по прозвищу Вереск. Его настоящего имени я так и не узнала. Во втором было шестеро мужчин, но они всегда ехали впереди, поэтому видеть их я могла только на привалах. Бородатые, молчаливые, в невзрачных серых сюртуках мастеровых, они могли оказаться кем угодно. Магию я в них чувствовала, но не слишком много, так, для бытовых нужд. Больше меня удивляли эмоции, которые шли от них: мужчины держались настороже со мной, без дела не заговаривали, но при этом не могли скрыть своего восхищения. Как будто то, что я фейри, одновременно и пугало, и притягивало их. Раньше я никогда не замечала на себе столько горящих взглядов, как сейчас.

К вечеру второго дня мы пересекли Аранейский лес и достигли хребта Эрвеона. Донаган приказал сделать остановку и разбить лагерь. Я тоже вышла из фургона размять ноги. Ареналь почувствовал близость водоема, и мы оба направились туда, подхватив котелки.

Нам повезло, за густым кустарником оказались пологий берег и широкая река с изумительно прозрачной водой.

– Ну, так что, искупаемся? – келпи задорно подмигнул мне.

– Я не против.

Скинув платье, чулки и обувь, я осталась в льняной сорочке без рукавов, подобрала подол и смело шагнула в воду. Она оказалась холодной, но недостаточно, чтобы испугать меня. Волны Северного моря были намного холоднее.

– Смотри! Там водопад! – Ареналь указал в сторону высокого обрыва, с которого низвергался поток воды.

Учитывая сочную зелень по берегам и уже распустившиеся первоцветы, зрелище было великолепное.

Чувство легкости и бесшабашности накрыло меня, голова слегка закружилась, появилось беспричинное веселье, захотелось жмуриться от удовольствия, как большая кошка.

– А давай, кто первый к нему доплывет? – предложила я, глядя на водопад.

– А выигрыш?

– Ну… проигравший тащит назад оба котелка.

– Принято!

И келпи, больше не говоря ни слова, прямо с берега нырнул в воду, в воздухе принимая свой естественный вид. Потрепанные штаны и рубаха сиротливо остались лежать на траве.

Вот хвастун. Я хмыкнула и спокойно поплыла, не торопясь и давая себе возможность насладиться покоем. Достигла глубины и нырнула, желая разглядеть дно. И в этот момент услышала тихий голос, зовущий меня из темных вод: «Мианель! Мианель!»

Прислушалась. Кто мог меня звать моим настоящим именем, да еще со дна реки? Голос явно был женским, но это ничуть не добавило понимания. Быстро заработав руками и ногами, я поплыла вверх, стараясь как можно быстрее вынырнуть. Оборачиваться ведь еще не умела, а потому долго находиться под водой не могла, и, как и всем людям, мне нужен был воздух.

И в тот момент, когда я уже почти достигла поверхности, что-то произошло. Яркий свет, льющийся с неба, неожиданно исчез, все погрузилось во тьму, и в этой тьме вокруг меня забурлила вода.

«Мианель! Иди сюда, к нам! – голос звал меня, не давая сосредоточиться. – Мы ждем тебя! Мы нуждаемся в тебе!»

Я почувствовала, как меня закручивает в водоворот, неизвестно откуда взявшийся посреди реки. Воздух в легких кончался, я напряглась, призывая водных элементалей, но они не откликнулись. Сильфы тоже молчали. Да что это такое? Неужели в этой реке кто-то, кто сильнее меня?

«Кто ты?!» – мысленно закричала я в пустоту.

«Не сопротивляйся нам, расслабься, мы не причиним тебе вреда», – голос успокаивал и ласкал.

Легкие горели, я задыхалась. О, Мананнан, что за несправедливость? Я, морская фейри, сейчас умру, захлебнувшись в какой-то реке!

Тихий смех ворвался в тоскливые мысли. Меня подхватил подводный поток и потащил, уже не сопротивляющуюся, куда-то вверх. Некая сила вытолкнула меня на поверхность, вот только поверхность эта уже не была гладью реки.

Я стояла на чем-то твердом и бессмысленно взирала на каменную стену, расположенную буквально в двух шагах от меня.

– Присаживайся к огню, погрейся, – раздался за моей спиной женский голос.

Я обернулась.

Передо мной горел костер, над которым в небольшом блестящем котелке что-то булькало, распространяя душистый запах трав. С правого боку от него сидела женщина, точнее, это была фомор – демоница. Смуглая до черноты, с заросшими шерстью ногами и довольно внушительными рогами на голове. Одета она была в короткую тунику пурпурного цвета, расшитую золотыми узорами, такая же лента перехватывала ее лоб, удерживая пышные волосы цвета воронова крыла.

– Кто ты? Где я? – тревога холодком скользнула вдоль спины.

Женщина подняла руки, поднося ладони к огню, и я увидела множество золотых колец на ее пальцах и браслетов на запястьях, тихо звякнувших при этом движении. Она сидела на атласной широкой подушке, и точно такая же подушка лежала с другой стороны костра. Как я поняла, это место предназначалось мне.

– Я Шаарат – жрица Балора, и ты сейчас находишься в моем доме. Садись, нам нужно поговорить, дочь Океана, – и она указала рукой на пустую подушку.

Я подчинилась.

Не знаю, что это был за дом, но пещера оказалась похожей на шатер сказочной принцессы. Пол здесь был выстлан пушистыми коврами, везде разбросаны атласные подушечки, в маленьких нишах, вырубленных прямо в стенах, горели магические огни, давая ровный холодный свет. Посреди пещеры в небольшой яме, обложенной камнем, горел костер, тот самый, у которого я сейчас присела. И только теперь обратила внимание, что моя рубашка и волосы абсолютно сухие, будто я и не вынырнула только что из воды.

– Это вы меня звали в воде? – я уставилась в антрацитово-черные глаза женщины. Где-то я такие уже видела… – Что вы сделали с моими силами?

– Абсолютно ничего, не бойся, девочка. Я не сильнее тебя, просто старше намного и мудрее, – она усмехнулась. – Ну, и я обратилась к отцу своему, Балору. Боги, они такие, испытывают слабость к своим потомкам. Разве тебе это незнакомо?

Я вспомнила, как дважды взывала к богу морей Мананнану и его отцу Ллиру – воплощению Океана, и оба раза они отвечали мне, помогая спастись самой и спасти тех, кто нуждался в этом. Неужели только потому, что испытывали слабость ко мне, как к единственной оставшейся в живых носительнице их крови?

– Зачем я вам? – снова посмотрела на демоницу. Она закрывалась щитом, и потому я не могла понять, какие чувства она сейчас испытывает.

Та помешала в котелке серебряной ложкой с длинной витиеватой ручкой, поднесла варево ко рту, подула и немного пригубила. Только потом подняла на меня глаза и сказала:

– Скоро будет готово.

– Что «готово»? Вы скажете, зачем я здесь?

– Имя Райн Райзен тебе о чем-нибудь говорит?

Я вздрогнула под ее прожигающим взглядом и невольно закрылась ментальным щитом. Вряд ли она эмпат или менталист, но защита не помешает.

– Да, я его знаю… знала, – пробормотала вполголоса, опуская ресницы и пряча взгляд. Щеки предательски заалели – я почувствовала, как прилила к ним кровь. – Зачем он вам?

– Мне? – она хмыкнула. – Я и так знаю, где находится мой сын. А вот тебе нужна моя помощь.

От изумления я вскочила на ноги. О, Садб Ясноокая, так это мать Райзена! Как же я сразу не догадалась? Он же мне говорил, что мать его фомор, жрица Балора в храме на острове Ллин-Тивилл. Вот так встреча!

– Тише ты, – Шаарат недовольно нахмурилась, – еще перевернешь котелок, а я всю ночь ползала по своим сундукам, искала рецепт.

– Вы мать Райзена, – выдохнула я, изумленно глядя на демоницу, которая продолжала меланхолично помешивать варево. – Но как?..

– Как я тебя нашла? Или как привела сюда? Или как я вообще узнала о твоем существовании? – она бросила на меня короткий взгляд и опять с вниманием уставилась в котелок. – Я провидица, разве мой сын не сказал тебе?

– Д-да, – я растерянно села на подушку. Что-то такое он говорил, кажется, припоминаю. Тогда мы пробирались через лес в Брингвурд, и однажды ночью мне приснились шелки. Именно тогда Райзен предложил пойти с ним в Торнвуинн, подземную страну дуэргаров. Сказал, что там есть ясновидящая, которая может разгадать мой сон. Позже признался, что эта ясновидящая – его мать. Но потом столько всего случилось.

– Я знала, что мой мальчик встретит свою половинку, когда отправляла его на поиски украденного эриллиума. Знала, что из всего отряда только он один выживет и вернется домой. Вот только даже мне не позволено видеть всего, когда речь идет о силе, более могущественной, чем моя.

Шаарат подняла голову и внимательно посмотрела на меня.

– Вы знали… что он встретит меня?

– Не совсем. Я знала, что это его судьба. Он добудет эриллиум и вернет его в храм, а в пути встретит свою половинку… и знала, что она понесет от него…

Последние слова она произнесла, не отрывая от меня пристального взгляда. Я инстинктивно прикрыла живот руками.

– Не бойся, – тут же сказала она, – я хочу тебе только помочь. Выносить дитя дуэргара не так-то просто, особенно если ты сама еще ребенок. Смотри, это я сделала для тебя, – и она протянула мне небольшой черный камень каплевидной формы, вставленный в оправу из серебра. Он висел на тонкой блестящей цепочке, и отблески огня играли на его гладкой поверхности.

– Что это? – я не торопилась брать эту вещицу.

– Амулет от порчи и сглаза, и от враждебной магии, направленной против дитя. У меня был такой же, когда я вынашивала своего сына. Бери и не бойся. Балор защитит и тебя, и дитя, ведь ты носишь его прямого потомка.

Я неуверенно протянула руку, и мне в ладонь упал амулет. На удивление, он был теплым, а в камне ощущалась еле заметная пульсация. Я почувствовала магию, клубившуюся в нем, подобно туману, но эта магия не вызывала тревоги, наоборот, ласкалась ко мне, словно котенок.

Вздохнув, надела цепочку на шею, и, как только застегнула, кулон замерцал и исчез, слившись воедино со мной.

– Как это? – изумилась я.

– Теперь он доставлен по назначению: малышу, – хмыкнула довольная Шаарат, набирая в ложку содержимое котелка и сосредоточенно дуя на нее. – А теперь пей, моему внуку нужны силы.

И она протянула мне ложку с варевом.

Пару секунд я размышляла, глядя на душистую жидкость неестественного голубоватого цвета, потом послушно открыла рот. Вряд ли мать Райзена хочет вреда своему внуку, к тому же единственному. Да и мои инстинкты молчат, не ощущая угрозы.

– Как я сюда попала? – спросила, проглотив горячее варево, которое жарким потоком пробежалось по венам.

– Эриллиум Балора, – Шаарат протянула мне еще одну ложку.

– А почему я не прошла через Сумеречные земли?

– Я же сказала, он заботится о своих потомках. Это его единственная слабость.

Заставив меня проглотить еще несколько ложек, демоница поднялась с подушки, сняла котелок с огня и совершила над ним несколько пассов. Удивительно, но от ее действий пар, поднимавшийся от котелка, сделался гуще, плотнее, превращаясь в сплошную стену.

– Смотри! – приказала она неожиданно резким голосом. – Что ты видишь?

Я до рези в глазах всматривалась в эту стену тумана, не понимая, что должна в ней увидеть.

– Смотри внимательнее! Что видишь?

Да куда уж внимательнее…

– Райн!

Да, это был он! Я видела его среди клубов пара – полупрозрачную проекцию, вот только будущее это или прошлое? Он сидел на каком-то камне, опустив голову, и чистил длинный кинжал. Когда я вскрикнула, дуэргар дернулся, будто услышал, клинок выпал из его рук, с тихим звоном ударяясь о камень, и Райн поднял голову, оглядываясь вокруг. Всего одну секунду он смотрел в мою сторону, но этой секунды хватило, чтобы я поймала его взгляд и задохнулась от той боли, которая плескалась в его глазах. Всего одно мгновение, а потом его взгляд потух, став непроницаемыми, он равнодушно подобрал клинок и вернулся к своему занятию.

– Что это было? – выдохнула я, не веря своим глазам.

– Настоящее.

Шаарат взмахнула рукой, разгоняя пар, и передо мной снова стоял ничем не примечательный котелок.

– Райн… – я опустила голову, – он ушел от меня, оставил записку… Тогда я еще не знала, что беременна от него.

– У него были причины оставить тебя. Ты же знаешь, что главное для дуэргара? – она подошла ко мне, присела рядом и ласково провела рукой по моим волосам, гладя и перебирая их. На ее руках тонко звенели браслеты, свет от костра и светильников отражался в многочисленных перстнях.

– Знаю… потомство…

– Да. Ему сообщили, что одна из его прежних пассий ждет ребенка. Эта весть была для него настоящим шоком, он даже не подумал проверить ее на подлинность. Хотя проверять было нечего: письмо сгорело, едва он его прочитал.

– И поэтому он ушел? – я почувствовала, как мое сердце сжимает горечь. – Даже не попрощавшись?

– Ему сообщили, что она умирает. Он воспользовался эриллиумом и ушел в Сумеречные земли. Вот только вместо умирающей женщины его встретил вооруженный отряд и фоморы во главе с Неар, которые уже давно шли по его следам.

– Это послание было подделкой! – не сдержавшись, я ударила кулаком по колену. – Это маги Гленнимора постарались, чтобы нас разделить! И он бросил меня… Он, который дважды давал мне клятву и еще раз сто обещал, что поможет. Ушел темной ночью, как вор, даже не подумав, что станет со мной.

Глаза защипало, задрожали на ресницах злые слезы, скатились по щекам.

– Он не хотел причинять тебе боль долгим расставанием. Не хотел видеть твои слезы, – Шаарат покачала головой. – Но ты не должна его винить, он дуэргар, и поступил, как дуэргар. Думаешь, у нас с его отцом было иначе? Я ведь была для него одной из сотен других, чьи имена и лица он даже не запоминал. Наша встреча оказалась случайной, страсть вспыхнула, как огонь, опаляя нас обоих, и так же мгновенно прошла, оставив у меня в душе только пепел. Я удалилась на остров, продолжать жреческий удел, но когда узнала, что беременна… он приехал за мной.

– Как он узнал?

Демоница печально усмехнулась:

– Как все мужчины узнают? Я сказала ему.

– Подождите. А как же сказка об истинной паре и любви на все времена?

– Не знаю, где ты набралась подобной чуши, – хмыкнула она и быстро провела рукой по глазам, словно стирая непрошеные слезы. – Все, что дуэргарам нужно от нас, это ночь любви и потомство. Они неспособны на привязанность и любовь, разве что к матери, и то редко. Пока ты носишь его дитя, он будет заботиться о тебе и пылинки сдувать, но как только родишь – все. Они забирают свое потомство туда, куда нет хода ни солнечному свету, ни нам. В тайное убежище, наполненное их магией. Именно там младенец будет расти в магическом коконе, пока не получит достаточно сил, чтобы разорвать его.

«Иногда, на пике страсти, соединяются не только тела, но и переплетаются ауры, тогда магические потоки формируют невидимый кокон, в котором зарождается новая жизнь, – вспомнила я слова Райзена, сказанные однажды на привале. – У каждого дуэргара есть только один шанс зачать потомство, и только одна женщина, способная его выносить. И каждый из нас ищет ее – иногда всю свою жизнь».

Да, в его словах не было и намека на любовь. Я сама ее придумала. Размечталась: только расскажу о своей беременности, как он тут же падет к моим ногам, будто спелый фрукт.

– Не огорчайся, – Шаарат взяла мое лицо за подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза, – мой сын привязался к тебе и очень тоскует.

– Почему же он не отправился искать меня, когда узнал, что его обманули? – прошептала я, чувствуя на губах соленые слезы.

– Потому что я сказала ему, что ты умерла.

– Что?!

Я хотела отпрыгнуть, но она не дала, вцепившись руками мне в плечи.

– Успокойся! – слегка встряхнула меня. – Так надо было! Я не хотела, чтобы мой единственный сын ринулся за тобой в пасть к королевским магам. В отличие от всех вас я знала, кто управляет ими, но боги запретили мне вмешиваться.

– Я вас не понимаю…

– И не поймешь. Боги дали мне возможность видеть прошлое и будущее, но не дали возможности выбирать, когда и кого предупреждать. Это их право.

Она тяжело вздохнула, глядя на мое лицо, по которому катились тихие слезы. Потом примирительно произнесла:

– Сейчас ты вернешься обратно. Тебе предстоит встреча, которую ты давно ждала. Иди, маленькая шелки, прими свою судьбу. И когда это случится, мой сын найдет тебя.

Я увидела, как свет меркнет вокруг меня – и костер, и светильники – все, что меня окружало, начало пропадать в темноте.

– Стой! Подожди! – закричала, пытаясь ухватить Шаарат за руку, но вместо этого схватила лишь воздух.

И снова чувство стремительного падения, меня тащит куда-то воздушный поток, не давая даже вздохнуть. Всплеск. Я погружаюсь в холодную воду все глубже и глубже, достаю руками до дна и тут же начинаю грести назад, помогая себе всеми конечностями.

Вода постепенно светлеет, я вижу солнце далеко над головой и плыву к нему изо всех сил. Выныриваю, поднимая тучи брызг, хватаю ртом лесной воздух, вдыхаю аромат луговых трав. Ошарашенно осматриваю берега.

– Эй, ты как там оказалась? – Ареналь стоит от меня в десяти шагах, по пояс в воде. Я еле слышу его из-за громкого шума у меня за спиной.

– Что?

Оглядываюсь. Позади меня с обрыва сплошным потоком падает вода. Садб Ясноокая! Да я сижу у водопада!

– Я выиграла? – недоверчиво уставилась на Ареналя.

– Скажем так, тебе повезло, – проворчал он, подходя и присаживаясь рядом.

Я спрятала улыбку. Не нужно ему знать, где я была и что делала. Никому не нужно. Я встречусь с друидом, узнаю, что ему нужно, а потом отправлюсь в Северное море и приму свой трон. И вот тогда, Райзен, тогда мы поговорим…