Глава 23

К лагерю мы вернулись как раз тогда, когда Донаган уже собирался идти нас искать. Сильфы высушили мне рубашку и волосы, я заплела аккуратную косу, и теперь никто не смог бы догадаться, что я только что купалась.

– Этьерна, не стоит так пропадать, никому не сказав, где вы, – недовольно заметил маг. – А если бы с вами что-то случилось?

– Я фейри, – пожала плечами в ответ. – Что со мной может случиться?

Улыбнувшись своим мыслям, обошла мага и уселась возле костра, протянув руки к огню.

– Все равно. Я общался с друидом. Он ждет тебя, маленькая фейри.

Я хмыкнула. Каким бы магом ни был Донаган, но он точно не видит той Силы, что бурлит во мне. Его сбивает с толку моя внешность – внешность восемнадцатилетней девчонки.

– И когда же я увижу его?

– Мы можем отправиться прямо сейчас, но тебе стоит хотя бы перекусить, – ответил он с добродушной насмешкой.

– Я с вами! – тут же заявил Ареналь, устраиваясь рядом со мной.

– Конечно, об этом и речи быть не может, – я похлопала его по руке.

Кожа у келпи на ощупь была холодная и влажная, будто он только что вышел из воды, но при этом выглядела абсолютно сухой.

– Он это тоже предусмотрел, – пробормотал Донаган.

Я не стала спрашивать кто, и так поняла.

Остальные члены нашей компании тихо переговаривались между собой, обсуждая последние новости из столицы. У кого-то из них имелся амулет связи: амулеты эти всегда шли в паре, и с их помощью можно было общаться на расстоянии, расстояние же напрямую зависело от мощности амулета.

Я невольно прислушалась к разговору.

Говорили о смерти короля, о том, что королевский замок, выстроенный в центре Кадарна в незапамятные времена, не выдержал землетрясения, накрывшего город, и ушел под землю по самые шпили. Что вместе с королем в замке погибли все члены ордена Предзнаменования, много лет занимавшегося чисткой рядов и поиском недовольных.

Что многие рядовые дознаватели покончили с собой, когда это случилось, а те, что остались в живых, ничего не помнят: последнее воспоминание – это радость от получения диплома и зачисления на королевскую службу.

Еще говорили о восстаниях отступников, волной прокатившихся по всем городам. Маги-отщепенцы захватывали префектуры и магистраты практически без борьбы – дознаватели, лишившиеся памяти, были бессильны как дети, их брали голыми руками. Обыватели прятались по домам, чиновники пытались бежать из страны, везде пылали пожары и вершился самосуд. Те, кого столько лет преследовали и уничтожали, теперь получили неограниченную власть и как могли упивались ею. Это был даже не переворот, это была революция.

Я слушала и думала о том, что маги, погибшие в святилище, и были тем самым орденом Предзнаменования. А те, что потом ворвались туда? Кем были они? Перепуганными дознавателями, лишившимися памяти, или отступниками, пришедшими вершить самосуд? И главное – выжил ли Рурк? Я так хотела, чтобы он остался в живых!

После короткого перекуса, состоявшего из жареного тетерева, подстреленного здесь же в кустах, я привела в порядок свою одежду и уложила волосы короной, надеясь, что так они будут меньше мешать.

– Ну, – Донаган окинул меня внимательным взглядом, – дальнейший путь предстоит пройти пешком. Только ты, твой спутник и я в качестве провожатого. Но я буду с вами только до подножия горной гряды, дальше ты уж сама.

– Почему? Тебе нельзя туда?

– Нельзя. Этот твой путь, и пройти его ты должна сама. И кстати, использовать магию здесь строго запрещено. Это священное место, отмеченное самими богами.

Горный хребет, закрывавший полнеба, оказался намного дальше, чем я думала. Да и идти к нему было непросто по холмистой местности. Когда мы добрались до камней, наваленных у скалистого подножия, у меня уже почти не осталось сил. Я задыхалась, сердце билось как сумасшедшее, натруженные ноги гудели, отказываясь меня держать. Усевшись на одни из камней, я прислонилась спиной к другому и шумно вздохнула, переводя дыхание. Рядом со мной свалился обессиленный келпи. Донаган еще в самом начале пути выстрогал себе подходящий посох и теперь смотрел на нас сверху вниз, пряча усмешку.

– Долго еще? – протянула я, оглядывая горный склон насколько хватало глаз.

– Можете отдышаться. Здесь я покину вас. Людям, даже магам, дальше нет хода. Вам же нужно идти на запад, в сторону заходящего солнца. Только успейте до темноты. Ночью в этих краях очень небезопасно.

Я посмотрела на небо. Да, пока мы сюда добирались, солнце уже начало опускаться за верхушки гор. Хорошо еще, что сейчас весна, а в это время года день прибывает.

– Почему людям дальше нет хода? – удивился келпи.

– А что ты знаешь о Драконьих горах? – ответил маг вопросом на вопрос, усаживаясь рядом с нами.

– Э-э… здесь раньше водились драконы, – Ареналь скосил глаза в мою сторону и подмигнул.

Ну да, он-то уж точно знает почему, как и я теперь. Интересно послушать версию человека.

– А кто такие драконы?

– Крылатые ящерицы?.. Ну, очень большие крылатые ящерицы.

Я сжала зубы плотнее, едва сдерживая рвущийся из груди смех. Таким я келпи еще не видела. Он словно нарочно издевался над человеком.

– В нашем мире существует несколько природный стихий, которыми в той или иной степени управляют маги, – тоном лектора пояснил Донаган, – это вода, огонь, металл, дерево и прочее. Маги-целители управляют стихией жизни, некроманты – стихией смерти. И у каждой из этих стихий есть свое воплощение: у воздуха сильфы, у огня саламандры, у земли каменные тролли и так далее. Это все изучают на первом курсе Академии. Но есть еще одна стихия, воплотившаяся в драконов. Это сама магия. И здесь ею пропитано все. Но драконов больше нет, магия спит, и разбудить ее некому, – закончил он с тяжелым вздохом.

– Драконы ушли, когда в Гленниморе появился эриллиум Балора, – тихо заметила я. – Драконы это воплощение света, Брайден Бесстрашный принес в эти земли воплощение тьмы. Дух, заключенный в этом артефакте, настолько силен, что сумел захватить целое королевство, оплести своими путами каждого мага… почти.

– И где он сейчас?

Я пожала плечами:

– Откуда мне знать? Я всего лишь маленькая фейри.

Несколько минут Донаган изучал мое лицо, словно надеялся уличить меня во лжи. Но теперь, когда ко мне вернулась память и мое изначальное «я», во мне не осталось почти ничего человеческого. Теперь я была тем самым коварным фейри, мерзким существом и тварью, которым столько лет в Гленниморе пугали детей. И ни один человек, даже если он могущественный архимаг, не смог бы прочитать то, что таилось у меня на душе. Вот только Донаган об этом не знал.

– Надо идти, – голос Ареналя нарушил гнетущую тишину. – Солнце садится.

– Хорошо, – маг поднялся, опираясь на свой посох, – будем надеяться, что эриллиум Балора спрятан в надежном месте. На человеческих землях таким вещам точно не место.

– Даже не сомневайтесь.

Мы не прощались. Человек развернулся и начал медленно спускаться в долину по каменистой тропе. Я молча смотрела ему вслед, пока его силуэт не затерялся среди деревьев.

– Ты прав, Донаган, – прошептала, отворачиваясь, – таким вещам здесь не место.

И потом уже Ареналю:

– Идем!

Почти два месяца я потратила на то, чтобы добраться сюда, и теперь, стоя на самом пороге неизбежного, почему-то вдруг начала вспоминать, что случилось со мной за это время.

Долгое угасание и смерть моей приемной матери, встреча с Райзеном, смерть отца. Бегство из дома, сражение с ведьмой в заброшенной деревушке и знакомство с Тайругом. Эриллиум, призыв келпи, долгий переход сквозь лес и безумная скачка под градом огня. Подпольная лекарня, неряшливая Оска и старый Менро. И Рурк, умирающий от черной метки. А потом тот же Рурк, дающий мне клятву паладина. Что ж, он исполнил ее, когда отдался в руки дознавателей, чтобы спасти меня.

– Линн, – голос Ареналя заставил очнуться от грустных воспоминаний, – смотри, это оно?

Я подняла голову и увидела на отвесную скалу, преградившую нам путь. Все это время я брела вслед за келпи, глядя себе под ноги, и потому не заметила сразу этого препятствия. И прямо перед нами в этой скале чернело отверстие, из которого слышались отголоски музыки, словно далеко в глубине пещеры кто-то играл на флейте.

– Садб Ясноокая! – ноги словно примерзли к земле, отказываясь двигаться дальше. Подсознательный страх завладел мною. Здесь, дойдя до конца своих поисков, я вдруг поняла, что боюсь узнать правду. – Да, это оно…

Шаг за шагом, превозмогая саму себя, я пошла вперед, на пение флейты. Замерла на мгновение, у черты между светом и тенью, которая пролегла поперек порога пещеры, и, более не колеблясь, переступила ее.

Глава 24

В тот же миг темнота окутала меня теплым, удушливым покрывалом. Но испугаться я не успела – впереди взвилось оранжево-красное пламя, рассыпаясь тысячью искр, и в пещере стало светло, как днем.

– Я ждал тебя.

Тихий мужской голос заставил вздрогнуть и резко обернуться.

За моей спиной, там, где оставался вход, сейчас была только каменная стена и маленький алтарь, выдолбленный из цельного куска базальта. У алтаря стоял тот самый старик-менталист из Кадарна. Только теперь его распущенные седые волосы и борода выглядели намного длиннее, да и одет он был как друид, а не как воин или торговец. Лоб старика украшал широкий серебряный обруч, на котором поблескивали в свете огня непонятные руны.

Ареналя нигде не было видно, я осталась один на один с таинственным незнакомцем.

– Вы? – мой взгляд заметался, ища пути к отступлению. – Это что, чья-то шутка? Или ловушка для грязной фейри?

– Нет, Мианель, никаких ловушек.

Он покачал головой, и я увидела, как его рука потянулась вверх по направлению к горлу. Только тогда я обратила внимание на неприметную тусклую цепь, украшавшую его шею.

– Откуда вы знаете мое имя? – пробормотала, следя, как завороженная, за его рукой.

– Я все о тебе знаю, принцесса Северного моря и Ста Скалистых островов.

Его пальцы сомкнулись на тонкой цепи и резко дернули вниз. И в тот же миг меня словно обдало искрами огня и сухим горьким ветром, заставляя отшатнуться и зажмурить глаза. В одно мгновение я выстроила вокруг себя непроницаемый купол, а сильфы и водные духи заметались под сводами пещеры, воя на разные голоса.

– Не бойся, посмотри на меня. Я не причиню тебе вреда, юная шелки, – услышала я низкий рычащий голос, подобный раскатам грома, и этот голос никак не мог принадлежать человеку. – Открой глаза. Клянусь, тебе нечего здесь бояться.

Я осторожно приоткрыла глаза, а потом в изумлении распахнула их во всю ширь.

Прямо передо мной, обвив алтарь своим телом, лежал дракон футов двадцать длиной и шесть – высотой. Его узкую морду украшал венец из роговых наростов, и эти же наросты спускались вниз по хребту до кончика хвоста. Огромные кожистые крылья, похожие на крылья летучей мыши, были расправлены, и под ними его чешуя горела ярким золотым пламенем, отражая языки костра.

– Дракон, – выдохнула я и начала медленно оседать на пол, то ли от священного ужаса, то ли от восхищения.

– Эрвеон, – прогрохотал он и, шумно дыша, нагнул свою голову. – Последний дракон Гленнимора.

– Но… как?..

Я смотрела на него снизу вверх как на чудо и не могла понять, снится мне это все или нет. Глаза дракона сверкали, словно два синих сапфира, и узкие серповидные зрачки, казалось, смотрели мне прямо в душу.

– Сними ментальные щиты, юная шелки, – его морда оказалась буквально в трех футах от меня, обдав горячим дыханием. – Мне трудно в этом обличии говорить с тобой человеческим языком.

Я подчинилась, снимая щиты, убирая защиту, успокаивая элементалей, тихо завывавших по углам. Последний дракон – последний источник магии в Гленниморе. Разве есть такая защита, которая выдержала бы рядом с ним?

«Ты очень выросла, юная наследница Океана, – раздался в моей голове голос старика-менталиста, и дракон немного прикрыл глаза. – Я ждал нашей встречи последние тринадцать лет».

– Но… я искала друида, мага.

Я не могла понять, как же так получилось, что маг, закончивший Королевскую Академию и столько лет ездивший по ярмаркам и городам под видом дешевого артефактора и колдуна, вдруг оказался самым настоящим драконом.

«У меня сотни имен и сотни обличий, – усмехнулся Эрвеон, – я живу уже больше тысячи лет».

– Твое имя… я уже слышала его где-то, – да, оно определенно было мне знакомо.

Дракон насмешливо фыркнул, заставив затрепетать пламя костра:

«Горная гряда, где мы сейчас находимся, так и называется – Хребет Эрвеона. Так назвали ее люди в незапамятные времена, когда приходили ко мне. Видишь этот алтарь? – он указал кончиком хвоста на базальтовый куб. – На нем они оставляли свои подношения, а взамен просили мудрости и сил. И я давал им и то, и другое, каждому по мере его. Пока однажды не пришел человек с золотой короной на голове. Его руки по локоть были в крови, сердце очерствело от причиненного им зла, а душу обуяла жажда власти. За его спиной стояли ряды мертвецов, которых он принес в жертву своей гордыне».

– Брайден Бесстрашный! – это мог быть только он, я даже не сомневалась.

«Да, юная шелки. И в руках у него был источник Тьмы».

– Эриллиум Балора!

«Когда началась война между людьми и фейри, драконы ушли. Близость Тьмы ослабляет нас, кровь и смерть не наша стихия. Мы дети Света, мы создаем, а не разрушаем. И потому мы создали новый мир – Траг-вуд-Дол, страну вечной юности, где только одно время года – весна».

– Я слышала о ней, но думала, это сказки.

«Нет, принцесса, это наш новый дом. Туда же ушли и фейри, ведь они не могут без нас. Мы даем им силы, наполняя пространство магией».

– А что же было со мной? Как у меня оказался амулет, сделанный тобой? Ведь это был ты – Крейс Дуалад?

«Я, – он кивнул. – Я чувствую всех фейри, которые все еще есть в Гленниморе, и знаю, где находится каждый из них. И твое появление на северном побережье тоже почувствовал. К сожалению, быть в своем истинном обличии мне позволено только здесь. За границами пещеры я кто угодно, но не дракон. Это простое правило много лет сохраняло мне жизнь. Поэтому люди Гленнимора знают меня как посредственного мага средней руки, скромного артефактора и колдуна. Я нашел тебя в доме рыбака Иммерли. Представь мое удивление, когда я понял, кого он поймал. Наследную принцессу Северного моря, шелки королевских кровей, несущую в себе частицу богов! Пришлось немного подстраховаться и внушить его супруге материнскую любовь к тебе. А уж он ради счастья жены был готов даже шелки себе оставить. Иначе тебя ждала бы незавидная участь в лабораториях Магической Академии».

– Значит, мой приемный отец на самом деле меня не любил? – прошептала я, пораженная словами Эрвеона. – Это было внушение?

«На начальном этапе – да. Мне пришлось это сделать, чтобы защитить тебя. Но потом его чувства к тебе стали самыми настоящими».

– Тогда почему он предал меня? Мне об этом сказали…

«Не вини его, Мианель, так устроены люди. Тайны душат их, – дракон вздохнул и положил голову так близко от меня, что я почувствовала жар, исходящий от его чешуи. – Вот и твой приемный отец столько лет носил в себе эту тайну и однажды не выдержал, поделился ею в узком кругу. Его слова никто не принял всерьез, посмеялись над стариком и забыли. И не его вина, что среди слушателей оказался один дознаватель».

Мое сердце сжалось от печали и сожаления.

– Значит, все дело в случайных словах, сказанных не в том месте и не в то время? Значит, всего этого могло и не быть, если бы мой приемный отец не проговорился?

«Не вини его. Это судьба».

Судьба… Какое страшное слово.

Я несмело протянула руку и положила ладонь на кончик драконьей морды, она удобно легла в выемку между ноздрями. Эрвеон фыркнул и прикрыл глаза, словно прислушиваясь к чему-то.

«Маленький дуэргар растет в тебе, юная шелки. В нем смешались кровь Балора и Мананнана. Я чувствую, он станет великим воином».

– А что мне делать теперь? – я осторожно провела рукой вдоль драконьего носа, удивляясь, что чешуя совсем не шершавая, а наоборот, мягкая и шелковистая на ощупь. – Я столько времени добиралась сюда… и что теперь?

«Здесь конец твоего пути, юная шелки. Оставь Гленнимор людям, уходи в Траг-вуд-Дол. Там тебя давно уже ждут».

– Кто? – удивилась я.

«Твои подданные. Те, что сумели спастись и сохранить свои жизни».

– Значит, я не одна такая? – мысль о том, что я могу увидеть существ, подобных себе, заставила меня задрожать.

«Ты наследная принцесса, твоя свита и подданные ждут тебя много лет, чтобы посадить на трон и увидеть, как возродится Северное морское королевство».

– Но… как я попаду туда? Новое путешествие, назад, к побережью?

«Нет, все закончится именно здесь. Я открою для тебя портал в Траг-вуд-Дол».

Это было невероятно. Тысячелетний золотой дракон привел меня в свою пещеру, чтобы отправить в страну, о которой я слышала только в сказках. Как я могла поверить в это с первого раза? Меня охватили сомнения.

– А… вернуться оттуда в Гленнимор я смогу? – прошептала чуть слышно.

«Нет. Границы закрыты, и никому не дозволено их нарушать».

– Тогда как же портал?

«У каждого дракона есть только один шанс пройти сквозь границу. Я не воспользовался им тогда, когда уходили мои соплеменники. Если бы ушли мы все, оставшиеся здесь фейри погибли бы без магии».

– Но если ты уйдешь сейчас, они тоже погибнут.

«Здесь никого не осталось. Все фейри ушли. Ты последняя».

– А Ареналь? – вспомнила я про келпи.

«Духи привязаны к своим вотчинам. Его ждет родная река. Он затоскует далеко от нее».

Я задумалась.

Дракон мягко боднул меня лбом в плечо и умостил голову на моих коленях. Его маленькое остроконечное ухо прижалось к моему животу, сапфировые глаза закрылись и… дракон заурчал!

Инстинктивно я прижалась к нему еще плотнее, обхватила мощную шею руками, а вокруг нас начал искрить и потрескивать воздух. Шкура Эрвеона засияла, будто в каждой чешуйке вспыхнул свой собственный огонек. Запах магии, как запах дождя, наполнил пещеру. Я вдыхала его, впитывала всей кожей и каждой частичкой своей души. Чувствовала, как неведомая Сила наполняет меня, и эта Сила была воплощением Света…