Глава 13

Она стояла перед экзаменационной комиссией, уверенная и спокойная. Стриженый затылок приятно холодило.

Кира не жалела, что сделала стрижку: последние полгода её преследовали видения, будто чьи-то руки перебирают её волосы, гладят, ласкают рыжий шёлк, и она решила избавиться от этого ощущения раз и навсегда. Оно не было неприятным, просто… странным.

Ведь у неё никогда никого не было. Она ни с кем не встречалась. Да и кто бы заинтересовался безродной адепткой, пусть и талантливой, ради её самой, а не ради её донорских способностей?

Никто. А корыстный интерес её не привлекал.

Возможно, если бы кто-то случайно встретился бы с ней и понял, что любит её, а не её силу…

Почему-то от одной этой мысли на глаза наворачивались слёзы.

О чём она только думает?

Кира перевела взгляд на заместительницу главы экзаменационной комиссии, мадам Кински.

— Я готова, — кротко произнесла Кира.

— Хорошо, мисс Риаз, но вам придётся подождать. Лорд-ректор опаздывает.

Кира лишь безразлично пожала плечами. Лорд-ректор Деннет её не интересовал. Он был блестящим преподавателем, но с недавнего времени вместо его занятий она ходила на индивидуальные семинары по ритуальной магии к очень пожилой, очень строгой и необыкновенно искусной преподавательнице из Министерства. Лишь двум другим адепткам это было позволено: должно быть, у них троих и впрямь был немалый талант.

Её будущее было обеспечено, Кира знала. Преподавательница не раз и не два обмолвилась, что Киру ждёт увлекательная работа в Министерстве, где никто не навяжет ей постоянного мага, если она не захочет, и никто не преступит черты в ритуале, пока этого не пожелает она сама. И если ей так захочется, намекнула та, Кира может отказаться быть чьим-то донором вообще и просто преподавать.

О Кире и впрямь заботились. Словно у Киры вдруг появилась любящая бабушка, которую она неожиданно нашла. Или которую кто-то тихо и незаметно нашёл для неё.

Но кто?

«Никто», — грустно и просто сказала она себе. Кире просто повезло.

Вот только новостями об этом везении делиться было не с кем. Нет, у неё были хорошие отношения с другими адептами, которые вполне можно было назвать дружбой: и с Шоном, и с Александрой…

Вот только того, самого главного, кто выслушал бы её…

Его не было. Вообще не было в её жизни. Никогда.

У неё даже никогда не было мужчины. Не было воспоминаний, что её тело отзывалось на чьи-то ласки… чьи-то поцелуи. Она никогда не просыпалась на чьём-то плече.

Ей просто было очень одиноко.

За её спиной хлопнула дверь, и раздались быстрые шаги.

— Мадам Кински, господа, — послышался холодный спокойный голос лорда-ректора. — Мисс Риаз. Прошу прощения за опоздание: я был уверен, что вы начнёте без меня.

— Поскольку мисс Риаз — лучший донор Академии, я решила подождать вас, — растерянно сказала мадам Кински. — В конце концов, мы должны следить за её успехами особенно пристально, и раз уж вы сами назначили ей индивидуальные занятия…

— Достаточно, мадам Кински, — коротко прервал её лорд-ректор Деннет, усаживаясь. — Я понял вас. Начинайте.

Он не смотрел на Киру. Впрочем, с чего ему вообще было на неё смотреть?

Кира без особенных проблем выполнила первое задание. Короткие всплески рун, чёткие слоги магических формул. Преподавательница по ритуальной магии требовала от неё многого, уж точно не меньше, чем лорд-ректор Деннет от своих адептов. И научила её многому. Тому, чему лорд-ректор отказался её учить, раз уж это он спихнул её другой преподавательнице…

Почему он выкинул её со своих занятий? Что такого она ему сделала?

Неважно. Кира была готова показать, чего она стоит.

— Лорд-ректор? — негромко позвала мадам Кински. — Ваше задание.

Лорд-ректор поднял голову, словно очнувшись от глубокого сна. Выглядел он неважно: глубокие тени под глазами, бледные губы, нервные пальцы.

Но впервые с момента, как он вошёл в аудиторию, он смотрел в глаза Киры.

А она глядела на него.

Странное ощущение. Словно они уже обменивались взглядами много раз, но она не помнила об этом, забыла совершенно. А он…

…Помнил ли он? Если отстранил её от своих занятий, нанял ей отдельного преподавателя, позаботился о её карьере и по какой-то странной причине до последнего не хотел идти на её экзамен?

— Высшие ритуалы — странная штука, — медленно произнёс он. — Например, возвращение памяти. В каких случаях оно возможно, мисс Риаз?

— Нужна… сила мага, — нерешительно сказала Кира. — Талант. Умение.

— А ещё?

— Донор, — твёрдо сказала она. — Такой, как…

— Такой, как вы. Не скромничайте. Да, вы могли бы участвовать в подобном ритуале. — По его лицу скользнула усмешка. — И победить, видимо. Вы бы хотели этого, мисс Риаз? Вернуть чью-то память, спасти чью-то жизнь? В этом была бы странная симметрия.

Симметрия? Что он имел в виду?

По спине Киры вдруг прошла дрожь.

Она никогда не участвовала в высших ритуалах. Ни при снятии, ни при наложении. Иначе… иначе она бы это помнила, верно?

— Не хотела бы, — чужим голосом сказала она. — Потому что… такое наказание не применяется просто так. Если кому-то стёрли память, значит, он был страшным убийцей или не должен был разглашать то, что не следовало.

— То есть, если бы вы потеряли память, — спокойным голосом спросил лорд-ректор, — вы бы смирились со своей судьбой?

Кира чуть пошатнулась. Она не ожидала такого вопроса.

— Я не тороплю вас, мисс Риаз. Но я хотел бы, чтобы вы ответили.

От ответа зависело её счастье.

Почему она так думала? Почему?

И что было такого в бесстрастном лице лорда-ректора, что она внезапно поняла, что ему очень больно?

Должно быть, на её лице явственно отобразилась мука сомнения, потому что он поднял ладонь.

— Оставим эту тему. Покажите мне формулу охлаждающих чар на максимально возможном для вас объёме, будьте любезны. Я хочу оценить ваши силы.

Это было куда проще. Кира выдохнула с облегчением, становясь в позицию.

Но, даже когда она произносила нужные формулы, она чувствовала нечто странное. Будто некая сила воздвигла между нею и лордом-ректором невидимые стены и, даже если бы он по какой-то нелепой и непонятной причине хотел бы приблизиться к ней, он не мог этого сделать. А она…

Глупо, нелепо. Кира встряхнула головой. Она и лорд-ректор? Да ей ближе до луны.

К тому же резкое, острое и горькое чувство внутри, то же самое, что нашёптывало ей про невидимые стены, говорило ей, что им не быть вместе.

Никогда.

Когда перед ней наконец возник ледяной куб, Кире показалось, что в нём было заточено её сердце.

— Очень хорошо, мисс Риаз, — тёплым голосом произнесла мадам Кински. — Лорд-ректор, ваше задание по ритуальной магии…

— Отменяется, — сухо произнёс лорд-ректор. — Нет смысла нагружать мисс Риаз ненужными ей и бессмысленными для неё заданиями, особенно когда речь идёт о подготовке к высшим ритуалам. Ей это понадобится, но у неё уже есть превосходный преподаватель. Я не думаю, что мне есть смысл её учить.

Почему-то Кире сделалось грустно.

Она бы хотела, чтобы лорд-ректор дал ей задание. Чтобы учил её.

Чтобы…

Чтобы она потеряла память, а он вернул её. Чтобы стал её рыцарем, спасшим её от одиночества. Чтобы хотя бы пригласил на чашку кофе, забыв о пропасти между ними.

Чтобы её глупая мечта, вдруг вспыхнувшая в голове, перестала быть глупой мечтой.

Но по какой-то причине он не хотел этого делать, а она не могла попросить его сама. Невидимые стены давили на неё всё сильнее, ещё минута — и она кинулась бы прочь.

Бросив взгляд на его лицо, она вдруг поняла, что он ощущал то же самое.

— Зачёт по моему предмету сдан, — ровным голосом проговорил лорд-ректор. — Вы свободны, мисс Риаз. Сдайте оставшиеся задания по ритуальной магии вашей наставнице, и уверен, она проставит вам высший балл сама.

— А вы… — Кире доставило немало труда выдавить эти слова. — Правда думаете, что я могла бы вернуть кому-то память? Завершить высший ритуал?

Лорд-ректор стремительно встал.

В его глазах вдруг что-то вспыхнуло. И одновременно кожа над её грудью полыхнула огнём так, словно вот-вот загорится мантия. Кира охнула, прижимая к груди ладонь…

…И проснулась.

В объятьях того, кого она помнила. Кого никогда не смогла бы забыть.

Кира почувствовала, как по щекам у неё текут слёзы. От увиденного, пережитого, от призрака собственного одиночества.

От облегчения, что они всё-таки были вместе.

— Тише, мисс Риаз, — раздался негромкий знакомый голос. — Лететь ещё не менее получаса, и я вовсе не собираюсь тонуть в ваших слезах.

Кира всхлипнула, не сдержав улыбки. Подняла голову.

Профессор смотрел на неё серьёзно и нежно. Не выпуская её волос из рук, пропуская пряди между пальцами. Длинные, шелковистые… живые.

— Это ждёт нас, если мы не справимся, — просто сказал он в ответ на её вопросительный взгляд. — Вы обретёте магию, я получу жизнь, но никто не сохранит за нас нашу любовь. Алтарь разделит нас, и вполне возможно, что и навсегда.

— А я, — прошептала Кира, — потеряю память. И забуду вас.

— Вполне возможно, что и навсегда.

Кира закрыла лицо руками. Слёзы текли и текли сами, и в этот раз она уже не могла их остановить, всхлипывая всё громче.

Пока тёплые и твёрдые, как сталь, руки не подхватили её и не подняли, вынуждая встать.

— Посмотрите на меня, мисс Риаз.

Кира отняла руки от лица, вытирая слёзы.

— Посмотрите, — мягко произнёс профессор. — Вы хотите чего угодно, кроме того, что только что произошло в видении?

— Да, — прошептала Кира.

— Тогда будьте моей. Будьте моей всеми возможными способами, здесь, сейчас. Формально мы не заключили даже помолвки: я исправлю это немедленно.

Он коснулся её бриллиантового кольца.

— Совершенная красота, — тихо сказал он. — Но сейчас вам нужно другое.

Лорд-ректор Академии не позаботился встать перед ней на одно колено. Вместо этого он подхватил Киру на руки, и у неё замерло дыхание от бесконечной высоты, открывшейся перед ними.

Яркий воздушный шар, летящий над джунглями высоко в безупречном голубом небе. И далеко впереди — серая громада, отсюда кажущаяся лишь крошечным пятнышком.

Кира перевела взгляд на того, кого она так любила. Своего Тёмного Лорда.

Хрупкий ободок кольца был в его руке. Тонкий белый металл, в тон её цепочке. Никакой гравировки.

Она уже видела это кольцо на своей руке. В видении, где они запускали воздушного змея. То есть — это уже сбылось? И станет её будущим?

Но сейчас это было совершенно неважно. Важна была лишь эта минута.

— Наша сказка обязана быть доброй, — произнёс тот, кого она не звала по имени. — Иначе остановится солнце. Мисс Риаз, вы станете леди Деннет?

Кира ахнула.

— Вы…

— Стал лордом, да. Это происходит, когда становишься лордом-ректором Академии. Как-то не дошли руки вам сказать.

Её глаза сияли в эту секунду, она знала. И вовсе не от неожиданной новости.

— Да, — прошептала Кира в ответ. — Я уже ваша. И я буду вашей всегда.

Кира лежала у него на руках, лёгкая и невесомая, и профессор придерживал её всего лишь одной кистью, используя свою магию. А пальцами второй руки он надел тоненькое кольцо, о котором она всегда мечтала, туда, где ему всегда будет место. Кольцо, которое он давным-давно обещал подарить ей — и не забыл своего обещания.

— Мы поженимся немедленно после возвращения, — выдохнул он в её губы. — К дьяволу препятствия, к чёрту проклятия. Я собираюсь украсть вас с церемонии, разложить на кафедре и разорвать к чертям ваше свадебное платье, даже если вам придётся возвращаться к гостям голой, в моём фраке и в чулках.

— Без чулок дело не обойдётся, — шепнула Кира.

И закрыла глаза, когда губы её жениха нашли её.

Поцелуй, обещающий, что они преодолеют всё. Проклятие фон Вюрнера, алтарь, даже новое лишение памяти, если оно вдруг произойдёт.

Но его губы обещали, что этого не случится. Он любит её и защитит от чего угодно.

— Вы когда-нибудь занимались любовью на воздушном шаре? — задумчиво произнёс профессор Деннет. — Я, как ни странно, пропустил в своей жизни это прекрасное занятие. Предлагаю это исправить.

Он провёл пальцем по её груди.

— Прямо сейчас.

Он вновь поставил Киру на пол корзины, и она сама дёрнула за шнуровку, распуская платье до талии.

— Помните, когда вы первый раз велели мне раздеться? — спросила она. — Теперь, когда я стала вашей невестой по-настоящему, вы всё ещё будете отдавать мне приказы?

— Ну что вы, мисс Риаз. Я буду смиренным просителем у ваших ног.

Его лицо было совершенно серьёзно.

— И выполнять мои приказы? — уточнила Кира. — Выпрыгнуть из корзины и облететь дважды вокруг неё, например?

Глаза профессора блеснули.

— О, я даже могу отжаться на полу этой корзины несколько сотен раз. Особенно если вы, лежащая прямо подо мной, будете моим вдохновением.

Профессор с опасным видом шагнул вперёд, и Кира невольно отступила. Он покачал головой.

— Поздно, мисс Риаз. Теперь, когда вы стали моей невестой, желание делать с вами всё, что я хочу, только возросло. Снимите одежду. В храме пусто, и она вам больше не понадобится.

Кира попятилась и упёрлась в кабину, придерживая платье на талии.

— А если там кто-то есть?

— Пусть завидуют, — легко сказал профессор. — Так вы будете раздеваться или мне заломить вам руки за спину, накрыть ваше прелестное личико подолом и поступить с вами как с боевой добычей? Судя по блеску ваших глаз, вам очень этого хочется.

— Мне не хочется ходить голой в храме!

— А это, мисс Риаз, уже не ваша печаль. Как ваш будущий муж и господин, я держу вашу судьбу в своих руках, и вы будете меня слушаться.

Кира прикусила губу. Кажется, и впрямь будет, и с наслаждением. Будет даже умолять о суровых приказах, если он вздумает обращаться с ней уважительно и тоскливо.

Но сейчас она собиралась бунтовать. Пусть оставит ей платье, в конце концов!

Кира помотала головой.

— Я не буду раздеваться. Захочу — так вообще не буду вашей до первой брачной ночи. Уверена, алтарь поддержит моё стремление не жить во грехе. Может, я раскаялась!

Он расхохотался.

— Стоило бы, пожалуй, проверить вашу выдержку. Но вместо этого я, пожалуй, воспользуюсь правом вашего лорда и феодала… и потребую первую ночь сеньора заранее.

Два быстрых шага, и Кира оказалась развёрнутой к нему спиной с руками, заведёнными за спину. Она инстинктивно прижалась к нему, откидывая голову Тёмному Лорду на плечо. И охнула, когда он опустил её на дно кабины, вынуждая прогнуть спину и прижаться грудью к полу. Подол юбки задрался, и Тёмный Лорд небрежно набросил его Кире на голову.

— Настоящее гнездо разврата эта корзина воздушного шара, — насмешливо произнёс холодный голос. — Кто бы мог подумать? Ну же, маленькая лгунья, скажите, что вы возмущены таким жестоким оборотом событий. Я жду.

— Я… — Кира сглотнула. Рука, поглаживающая её спину и ягодицы, не очень-то оставляла места для раздумий. — Если вы хотя бы подумаете о том, чтобы повторить это с другой адепткой, я опою вас, прикую в подвале и заставлю исполнять все мои прихоти.

Короткая пауза. А затем удивлённый смех.

— Не знал, что вы способны на такую жестокую месть, мисс Риаз. Что ж, когда мы вернёмся, нам придётся совершить несколько экскурсий в подвал, чтобы укротить вашу ревность. А пока…

Раздался щелчок ремня, звук расстёгиваемой молнии, и в следующую секунду он сдвинул тонкую полоску её трусиков в сторону и вошёл в неё. У Киры перехватило дыхание.

— Пожалуйста, — взмолилась она, — не останавливайтесь.

— Должен же я показать вам, — прошептал он ей жарко, — на что будет похожа наша супружеская жизнь. Но уверяю вас, такой однообразной она не будет. В брачную ночь вы будете моей королевой.

Кира застонала от дикого болезненного удовольствия, начавшего охватывать её. Коленями на полу жёсткой корзины, она лежала, вытянутая вперёд, и её полуобнажённая грудь тёрлась о жёсткое дерево снова и снова, возбуждая соски, уже твёрдые от желания. Она была мокрой, ошалевшей от высоты и головокружения, только подстёгивающего удовольствие, и единственное, чего Кира хотела, — чтобы это продолжалось подольше.

— Не смейте… умирать, — выдохнула она. — Я… только попробуйте.

Руки, лежащие на её бёдрах, сжались крепче.

— И упустить такой приз? — прошептал он. — Вы меня недооцениваете.

Он ускорил скользящие рывки в ней, и Кире показалось, что пол кабины уходит в сторону и под ней раскрывается небо.

Когда он ворвался в неё в последний раз — резко, сильно, утверждая своё право, — Кира охрипла от стонов. И когда он наконец повалился на пол кабины рядом с ней, обняв её обнажённые бёдра, Кира могла только блаженно выдохнуть.

А потом она почувствовала, как профессор встаёт, как жар от горелки становится меньше и корзина наклоняется под ней.

Кира приподнялась, оправляя юбку.

— Мы снижаемся?

— Почти прилетели. И, кстати, я велел вам раздеться.

— Вам не стоит со мной спорить на этот раз, — серьёзно сказала Кира. — Нас ждёт алтарь, и мы должны быть едины.

Профессор хмыкнул.

— С каких это пор вы так поднаторели в искусстве дебатов, мисс Риаз? Что ж, ваша взяла — на этот раз. Имейте в виду, если бы не ваше прекрасное тело, я бы не сдался так просто.

— Хотите сказать, что вам только одно от меня и нужно?

Его голос сделался мягким, почти вкрадчивым.

— Ну почему же только одно, мисс Риаз? Я бы насчитал в этом списке по меньшей мере дюжину пунктов, и это лишь то, что я мог бы сделать с вами без магии.

Кира вздохнула.

— Вы безнадёжны.

— А вы очаровательны. Уверен, вы сохраните своё обаяние на долгие годы. — Между его бровями легла складка. — Надеюсь только, я смогу этим воспользоваться.

— Гнусно?

— Гнуснее не бывает. Мы приземляемся.