Глава 23
Дверь открылась, когда она давно спала и в крошечном окошке, вмурованном под потолком, виднелась лишь темнота. Кира сонно заморгала, когда магический свет рассеял полумрак.
— Вставай, — коротко сказал Арчибальд фон Вюрнер. — Я бы сказал: «одевайся», но ты мне нужна такой, какая есть.
Кира замотала головой. Если она задержит ритуал хотя бы на минуту, это уже будет победой.
— Когда мы освободим амулет от влияния моего сына, — хищно усмехнувшись, произнёс фон Вюрнер, — следующим ритуалом я попробую лишить его магии. Помнишь, как вы пытались запечатать мою? Надеюсь, тебя будет греть мысль, что в этот раз мне поможешь ты. Встань и подойди.
В этот раз в его голосе прозвучала магия, хлестнув её. Кире хотелось встать настолько, что её ступни будто жгло.
Но она продолжала упрямо лежать под одеялом.
— Что ж, хорошо, — холодно произнёс фон Вюрнер. — Тогда не жалуйся.
Взмах руки, и одеяло отлетело в сторону. Ещё один, и согревающие чары слетели с Киры, как шкурка с апельсина. Властная жёсткая рука вцепилась в неё, вздёргивая на ноги. Другой рукой Арчибальд фон Вюрнер набросил петлю ей на шею, стянул, и Кира захрипела, вцепившись в неё пальцами свободной руки и пытаясь ослабить, но безрезультатно.
— Он душил тебя? — с насмешкой осведомился Арчибальд фон Вюрнер. — Думаю, да, раз уж у нас схожие наклонности. Но он щадит тебя, как хрупкую статуэтку. Я же не шевельнусь, даже если ты будешь корчиться в агонии. Идём. Время пришло.
Он выпустил её руку и дёрнул за петлю. Кира инстинктивно сжала на ней пальцы, забыв о любых попытках прикрыться. И невольно сделала за ним шаг и другой, когда он начал удаляться к двери.
— Не надо, — выдавила она. — Я пойду… сама.
— Не пойдёшь. Ты думаешь, что эти жалкие минуты что-то тебе дадут. Что ж, ты получишь, чего хотела.
Он долго вёл её наверх по закрытой винтовой лестнице. Кира больше не пыталась с ним заговорить. Только ступала так, чтобы верёвка на её шее не натягивалась.
Наконец над её головой открылся люк, и простые деревянные ступеньки вывели её наверх.
Прямо на крышу замка.
Миг, и яркое пламя пожрало за ней выход, запечатывая тяжёлый металлический люк тремя рунами. Бежать было некуда. Оставался лишь каменный прямоугольник крыши, уходящий вниз без малейшего ограждения, и ритуальный круг, вычерченный углём посередине. Линии сверкали энергией, и чёрная пыль поблёскивала, словно осколки звёзд.
— Ложись в середину, — велел Арчибальд фон Вюрнер. — Или снова будешь сопротивляться?
Кира стояла и молчала.
— Он не придёт за тобой, девчонка, — бросил фон Вюрнер. — Он ослабел, потерял своего донора, а если придёт ко мне, тут же проиграет в поединке воль, и я выпью его магию и убью. И он это знает.
— Почему вы так жестоки к собственному сыну? — прошептала Кира.
— Потому что у меня вырос не сын. У меня вырос трофей. Носитель магии такой лакомой и сильной, что я был бы идиотом, не забрав её. А что до него самого — а зачем он мне? Тебя я мог бы использовать. Но его? Забудь.
В его голосе даже не было жестокости. Просто безразличие.
Он подошёл к ней, небрежно сбросив петлю с шеи. Насильно уложил на камень и быстро и сноровисто начал привязывать её к металлическим петлям, торчащим из крыши.
— Он ваш сын, — промолвила Кира. — Единственный сын. Хотя бы снимите с него проклятие.
— Нет! — резко отозвался Арчибальд фон Вюрнер, протягивая верёвку вдоль её бёдер, и начал связывать её колени пенькой, будто тугим бинтом. — Я ненавидел его с первой секунды. У этого сопляка были все шансы стать моей погибелью. Ребёнок от человеческой женщины, выросший в человеческом мире, — невозможно. Меня ждала бы смерть или что ещё похуже. Он должен был умереть, и теперь, когда он вырос и стал идеальным сырьём для моего амулета, я заберу всё, что он может мне дать.
Кира закрыла глаза. Арчибальд фон Вюрнер был безумен. Его невозможно было переубедить. Может быть, десять лет в тюрьме его бы изменили. Но сейчас любые переговоры были бесполезны.
Всё было бесполезно. Или не всё?
Отец Тёмного Лорда заканчивал связывать её лодыжки, а Кира вспоминала. Вспоминала, закрыв глаза, потому что это было всё, что ей оставалась. Она не могла даже коснуться руны и сообщить профессору о расположении звёзд над головой и о шуме моря внизу, чтобы он знал, где её искать. А море было совсем рядом: волны бились о скалы прямо под замком.
Море…
Неужели профессор Деннет так и не научит её летать?
Кира вдруг вспомнила его слова. Амулет: она управляла силой амулета в будущем, а значит, сможет и в настоящем. Нужно только знать, что это возможно. Знать, что ты это знаешь.
Кира открыла глаза.
Она боялась зачерпнуть силу профессора Деннета — она могла ему повредить, пока он и Райли с его Протекторами искали её. Но у неё была собственная сила.
«Ваши силы как донора теперь почти бесконечны».
— Я готова, — сказала она. — Возьмите мою магию, если хотите. Я отдам её сама. Просто… дайте ему милосердие. Снимите проклятие, заберите его магию и отпустите.
Сухой смешок.
— Поддалась благоразумию, девочка? Может быть, развязать тебя, чтобы ты показала, насколько ты благодарна?
Он провёл кинжалом по её бедру, оставляя узкую длинную царапину. Когда место кинжала заняла рука, Кира внутренне содрогнулась.
— Не надо, — прошептала она. — Или я не помогу вам.
— Никто тебя не спрашивает. Магию ты отдашь, добровольно или нет. А теперь молчи. Или кричи, мне всё равно.
Он впился взглядом в её лицо, поднимая кинжал. На кончике лезвия бушевала энергия, Кира чувствовала её, как ощущала её и в магических формулах, слетающих с его губ. Алый амулет сверкал у её похитителя на груди так ярко, что его лицо казалось демоническим в сполохах невидимого огня. Она боялась его в эту минуту.
Но, даже боясь, Кира не забывала о том, что ничто не было потеряно. Профессор Деннет не забыл её — и никогда её не бросит. Он шёл за ней, на его стороне был Райли, Министерство и весь Протекторат — и Арчибальд фон Вюрнер будет настигнут, а его планы будут разрушены.
…Но её Тёмный Лорд пострадал от разрушительного проклятия и медленно умирал. А его союзники? Смерть мэтра Антейна легко можно было подстроить. И что сделают Этьен Дюпри и Райли Хили против такого могучего противника, как Арчибальд фон Вюрнер? Он сотрёт их в порошок.
Магический мир стоял на краю пропасти. Стоит им потерять Тёмного Лорда, и они проиграют всё. А она, Кира, была ключом ко всему. Она, беспомощная пленница. Она, обнажённая и связанная на крыше заброшенного замка, она, истинная пара Тёмного Лорда. Его глаза, его сердце и его голос во вселенной.
И этот голос напоминал ей о себе.
— Готовься, — прошипел фон Вюрнер. — Я возьму твою силу, девочка. А потом, раз уж ритуал всё равно пройдёт успешно и я буду готов отпраздновать, — я возьму тебя.
Сила. Донор не могла не отдавать, пусть даже насильно Кира отдала бы лишь часть того, что он мог бы взять добровольно.
Добровольно…
Но силу можно было не сдерживать. Силу можно было выплеснуть, отдавая магу её всю, без остатка. Кира так и делала, когда была с профессором, и он умело управлял потоками силы, не истощая Киру и не вредя себе.
…Но теперь…
…Теперь, когда благодаря алтарю Кира стала бездонным колодцем, в который можно как погрузиться, так и утонуть…
…Она могла заставить Арчибальда фон Вюрнера захлебнуться её силой.
Кира знала это. Чувствовала так же точно, как знала, что нужно сделать, чтобы мужчина в полной мере ощутил сладость поцелуя. Эти искусства были родственны друг другу, в конце концов. Подчинение в танце донора и мага — и страсть между мужчиной и женщиной. Можно было нежно дарить свою магию, отдаваться на шёлковых простынях в ночи — или обратить свою слабость в самое грозное оружие.
Магия донора. Источник, к которому припадал любимый мужчина, которого Кира сама звала в свою постель и в ритуальный круг. Или бездонный колодец, готовый обернуться пропастью для незваного гостя.
В поединке воль между Дуайтом Деннетом и Арчибальдом фон Вюрнером она была истинной парой Тёмного Лорда — и имела полное право занять его место в дуэли.
И победить вместо него. Вместе с ним.
Кира улыбнулась.
— Я дарю вам свою магию, — просто сказала она. — Всю. Берите.
И раскрылась перед ним, затягивая в глубину своих глаз.
Арчибальд фон Вюрнер держался шесть секунд. Потом кинжал выпал из его руки.
Прямо на пальцы Киры, обагрив их кровью. Но это было неважно.
Она сделала это. Кира потрясённо проследила за падающим телом. Она обратила свою слабость в силу. Она…
Была свободна. Фон Вюрнер был в глубоком обмороке, и она могла бежать.
Могла даже убить его. Могла…
К чёрту. Главным было выбраться отсюда.
Кинжал сиял магией, и верёвки поддавались под зачарованной сталью, как тонкие хлопковые нити. Прошло меньше минуты, и Кира, шатаясь, поднялась на ноги.
Голова кружилась. Никогда раньше она не проделывала ничего подобного. Никогда.
Не колеблясь ни секунды, Кира шагнула к лежащему Арчибальду фон Вюрнеру и стащила с его шеи амулет. Она не успела вспомнить, что на том лежит проклятие: просто набросила его на шею поверх целительной бриллиантовой капли и тут же ощутила прилив сил.
Осталось только бежать.
Кира бросилась к люку — но тот был заперт. Её собственная магия не могла снять чары, наложенные фон Вюрнером. Кира была потрясающим донором, но как маг она была слишком слаба и неопытна.
Фон Вюрнер шевельнулся. Ещё секунда и…
Кира попятилась к краю крыши.
— Стой, — повелительно произнёс он, приподнимаясь. — Впрочем, если очень хочешь разбить себе голову о скалы, валяй. Но ты же умная девочка, правда? Отдай мне амулет.
Кира покачала головой, отступая.
Арчибальд фон Вюрнер не встал. Он взлетел.
— Я отберу его у тебя силой, глупая девчонка, — прошипел он. — Отберу у тебя всё. И когда ты больше не сможешь мне противостоять, ты очень пожалеешь о сегодняшнем своём поступке. Больше ты не сможешь меня удивить.
«Небо — лишь продолжение вашего тела, мисс Риаз. Ну же. Дерзайте».
Кира шагнула назад, ныряя спиной в небо. И, уже падая в ветер, торжествующе улыбнулась.
— Смогу.
Потому что её донорской магии хватило на то, чтобы выполнить желание Арчибальда фон Вюрнера. Ритуал, которого он хотел, был выполнен. Кира освободила амулет от любых чар, включая собственные чары фон Вюрнера. Свободный и не принадлежащий никому, алый кристалл висел на шее новой хозяйки, и вместе они парили в воздухе.
Вот только их преследовал один из величайших магов своего времени. И он вот-вот их догонит.
Кира камнем полетела вниз в волны. Её единственный шанс выжить и скрыться в ночи. Полёт дался ей быстро и легко, но в небе обнажённое тело Киры будет прекрасно видно даже во тьме. Вплавь у неё было больше шансов спастись.
Арчибальд фон Вюрнер настиг её прямо над водой. Протянул руку — и на его ладони заклубилась тьма, пронзаемая молниями. Пыточное заклятье.
— А теперь, — ледяным тоном произнёс он, — ты заплатишь.
— Нет, — раздался спокойный голос.
Ноги Киры подкосились от облегчения, и она чуть не рухнула в море. Но сильные мужские руки подхватили её, и она уткнулась в знакомое плечо.
— Профессор, — прошептала она. — Вы прилетели.
— Не один.
Райли парил наверху, и ещё четверо Протекторов парили рядом с ним, выказывая чудеса силы и выдержки.
Они пришли за ней. Нашли её.
— Протекторы допросили Джеральдину и не узнали почти ничего о вашем родовом замке, — небрежно произнёс профессор. — А потом она получила моё электронное письмо, и, должно быть, там было что-то для неё важное, потому что моя мать бросилась к Протекторам, немедленно вспомнив, что ваш замок был у моря, и добавив пару ценнейших указаний. Вы пытались стереть ей память, верно? Играли с её воспоминаниями? Но что-то их разбудило. Что-то, чего вы не могли предугадать.
Любовь. Любовь к сыну Рональду и к девушке, которую Рональд просил защитить. И Джеральдина Томас откликнулась на его призыв.
— Кажется, — прошептала Кира, — я знаю, почему я согласилась отдать ей детей на выходные.
— Какая жалость, — бесстрастно произнёс Арчибальд фон Вюрнер. — Кажется, жизнь кончена.
Он вскинул руку.
— Твоя.
Никто не успел шевельнуться. Чёрный шар, набирающий силу, полетел прямо в грудь профессору. Уклониться не успел бы никто.
Время остановилось. Кира не могла пошевельнуться: железная рука Тёмного Лорда стискивала её так, что она не могла броситься грудью и закрыть его. Конечно же. Он предугадал, что она может кинуться под удар сама, и защитил её.
А потом чёрная сфера достигла цели, и тело Тёмного Лорда, выпустившего её из рук, окутала мгла.
На скалы он упал беззвучно.
Кира закричала.
Заклятия Протекторов сомкнулись на Арчибальде фон Вюрнере немедленно. Ещё миг, и Райли спланировал вниз, подхватывая Киру. Сбросил с себя плащ, укутывая её.
— Что с ним? — едва выдавила она, вырываясь из рук. — Что с ним?!
— Он уже был проклят, Кира. — Голос Райли был полон сожаления, но держал он её очень крепко. — Мне очень жаль. Фон Вюрнер просто активировал проклятие вблизи… и сейчас, к сожалению, снять его уже невозможно.
Кира не отрывала взгляд от безжизненного тела на скале.
— Он умирает?!
— Да. Если уже не умер.
Нет. Нет, нет, нет!
— Кира, тебе нельзя к нему приближаться. Никому нельзя, пока мы не узнаем, что ещё было в тех чарах. Возможно, фон Вюрнер на то и рассчитывал: это может быть его ловушкой, и проклятие перейдёт на тебя, если ты…
Кира уже не слушала. И не смотрела на фон Вюрнера, спелёнутого тремя заклятиями сразу. Он знал, что проиграл, потратил последние силы на месть — и уже не мог сопротивляться. С ним всё было кончено.
Но сейчас это было неважно.
Профессор Деннет. Ей нужно было быть с ним.
И Райли, отшатнувшийся от яркой вспышки алого на её груди, тоже это понял.
— Пусти меня, — тихо сказала она. — Я могу вырваться, ты же видишь. Просто отпусти.
— Кира…
— Ты должен. Пусти меня к нему.
Она приземлилась рядом с лежащим мужчиной, которого окутывали обрывки тьмы. Взяла его за руку.
— Что мне сделать? — негромко спросила она.
Его губы разлепились.
— Уже… ничего, мисс Риаз. Мне очень жаль.
Профессор не открыл глаз, словно он уже погружался в сон, что был страшнее смерти. Снова кома? Дождливый день, в который она подойдёт к открытой могиле?
Кира не знала, сможет ли это вынести.
Его ресницы дрогнули.
— Помните… я обещал дорассказать вам сказку?
По её щекам текли слёзы.
— Помню, — прошептала она.
— Шпионка короля… отправилась за таинственным лекарственным снадобьем, чтобы исцелить короля. Она скакала… долго, и, когда она, преодолев все схватки и все… препятствия, нашла нужную дорогу, под ней пала лошадь. Дальше она шла пешком.
— Она вынесла все опасности, и я тоже их вынесу, — еле слышно сказала Кира. — Только скажите, что делать.
— Просто… не выпускайте моих пальцев.
— Никогда, — прошептала она. — Я всегда буду рядом.
— А вот рядом с бывшей шпионкой короля… не осталось никого. И когда она наконец добрела до пещеры, где дремал древний змей, дышащий огнём, ядом и серебром, сердце её было наполнено страхом.
— Но она храбро вызвала змея на бой?
— Конечно же, нет. Шпионки дерутся исподтишка, сливаясь с тенями. Её удар был остр, точен и зол, и змея спасла лишь его… толстая шкура. Но у нашей прекрасной шпионки такой шкуры не было, и она едва успела перекатиться по земле, спасаясь от серебряного дыхания. За её спиной трава покрывалась расплавленным серебром, и по земле струился ядовитый пар. Девушка была… в смертельной опасности. Она подвернула ногу, меч выпал из её руки, и, когда змей прицелился, чтобы обдать её огненным дыханием, ничто не могло уже… её спасти.
Его голос сделался чуть сильнее, но это не было похоже на возвращение сил. Скорее, на последнюю вспышку перед угасанием.
— Но из-за деревьев выехал неизвестный рыцарь с королевским штандартом на древке копья. И его замах был настолько быстр и верен, а удар — настолько точен и силён, что змею не на что было надеяться. Короткая схватка, и он ускользнул, уполз глубоко в лес, в своё другое тайное логово, зализывать раны. А пещера была свободна.
— Рыцарь пошатывался после поединка, — совсем тихо произнёс профессор. — Змей доконал его, и из сочленений в доспехах лилась кровь. Шлем упал с него, волосы рассыпались по плечам, и потрясённая шпионка узнала короля. «Как же так? — прошептала она. — Ведь вы должны быть во дворце?»
— И что король ответил ей?
— Что он… умирал всё равно. И лучше спасти жизнь, чем не спасти её.
— Но он солгал, — тихо сказала Кира. — Он прибыл вовремя именно из-за неё. Из-за своей любимой.
— Не буду с вами спорить, мисс Риаз. — В голосе профессора на миг прорезались прежние академические нотки. — Но мне осталось несколько часов от силы, и я хотел бы закончить свой рассказ, если, конечно, вы не возражаете.
— Возражаю, — прошептала она. — Я хочу, чтобы вы жили.
— Так хотела и королевская шпионка. Она вынесла из пещеры флакон с целительным снадобьем, и король отпил из него. И свершилось чудо: его раны закрылись, его болезнь отступила. — Слабая улыбка. — Кажется, у меня начался предсмертный бред.
— Чушь, — возразила Кира. — Так оно всё и было.
Короткий хриплый смешок.
— Возможно. Король с триумфом вернулся во дворец. Герцог, злоумышлявший против короля, был сослан, а королевская шпионка осталась с его величеством. Но ненадолго.
Кира вздрогнула.
— Как? Она уехала?
Профессор покачал головой.
— Говорили, что она умерла вскоре после возвращения короля. У снадобья, возвращающего жизнь и силы, был один побочный эффект. Тот, кто подносил его, должен был взять тёмное проклятие болезни на себя. Поэтому, когда король выздоровел…
— Его преданная шпионка заболела.
— Так говорят.
— И она… не стала его женой? Королевой?
Его веки дрогнули, но он так и не открыл глаз.
— Что, если я скажу, что перед этим они поженились тайно? Это вас устроит?
— Нет, — прошептала Кира. — Я хочу, чтобы они жили долго и…
Она осеклась.
Дурацкая сказка с грустным концом. Которую профессор начал рассказывать ей, ещё не зная, что за судьба его постигнет.
Но теперь Кира знала. И если шпионке короля удалось вылечить своего любимого, взяв его проклятие на себя…
…Это удастся и ей, Кире.
Профессор лежал перед ней на скале, в простой чёрной одежде, без сознания и без кровинки в лице. Умирая.
И она могла его спасти.
Она сжала в свободной руке амулет, и тот дохнул на неё дыханием чистой магии. Артефакт необыкновенной силы, позволяющий ей летать и творить чудеса.
— Райли, — негромко позвала она, не сомневаясь, что тот стоит в пяти шагах от неё. — Мне нужен ритуальный круг на крыше.
Она не спрашивала разрешения главы Протектората, и он это понял.
— Я нужен тебе в этом ритуале? — только и спросил он.
— Нет. Никто другой не должен пострадать.
— Хорошо. Мои люди помогут тебе отнести лорда-ректора наверх. Мы проверили чары: это безопасно.
Кира моргнула, вдруг вспоминая.
— Арчибальд фон Вюрнер. Что с ним будет?
— Лишится магии и проведёт в тюрьме остаток своей жизни, — не без злорадства сообщил Райли. — Я пообещал лорду-ректору, что так и будет, и выполню обещание.
Профессор Деннет всё же не хотел убивать своего отца, и уговорил Райли смягчить приговор. Хотя Кира не знала, предпочтёт ли фон Вюрнер смерть подобному существованию.
— У него есть шанс на милосердие?
— Если он будет проявлять деятельное раскаяние, станет санитаром в тюремной больнице, если его характер переменится к лучшему? — Райли хмыкнул. — Другими словами, если он станет вторым Дуайтом Деннетом? Распечатаем ли мы его магию, заменим ли тюремное заключение строгим надзором лет через десять? Я бы не стал на это рассчитывать, Кира. Но шанс есть всегда.
Кира, помолчав, кивнула.
— Я готова к ритуалу. Помогите мне, пожалуйста.