Глава 8

Мы болтали с отцом еще около часа. Я поведала ему свою нехитрую биографию, и с каждым моим словом мужчина становился все мрачнее и мрачнее. Само собой, про похищение и замок времен года я умолчала, – не хотелось расстраивать человека еще сильнее, – но к тому моменту, как Крис с Соней вернулись к нам, у отца, кажется, появилась парочка новых морщин.

– Мы ведь еще увидимся? – он порывисто сжал мою руку. – Я так много пропустил…

– Конечно, увидимся! – ответила за меня его младшая дочь. – Между прочим, я собираюсь замуж за Криса. Он мне даже кольцо подарил! – и она гордо продемонстрировала пластмассовое колечко из автомата с блестками и наклейкой в виде единорога.

– Прости, красотка, но мое сердце уже принадлежит твоей сестре! – Кристиан клюнул меня в висок и извлек из кармана круглую коробочку. – Не волнуйся, дорогая, тебе я тоже купил.

Я машинально открыла коробочку – и увидела точно такое же кольцо, как у Сони, только вместо единорожки на моем красовалась розочка. Кольцо налезало мне разве что на кончик мизинца, но это не помешало Кристиану с торжественным видом на меня его нацепить. Со всеми этими церемониями он не учел одного: Соня еще понятия не имела, кто я такая, и этот болтливый павлин вывалил на ребенка информацию, к которой она, судя по всему, еще не была готова.

– Сестре?! – воскликнула девочка. – Как это так?! Папа, что он такое говорит?!

– Крис… – прошипела я в ярости.

Весенний и сам порядком смутился, – он уже явно пожалел о своих словах.

– Я… Эм… Перепутал, – последовали нелепые оправдания. – Просто вы так похожи…

– Все в порядке, – вмешался отец. – Это правда, Соня. Злата – тоже моя дочь.

– И почему ты ничего не сказал?! Ты что, врун?! – глаза девочки наполнились слезами.

– Нет. И поэтому я говорю тебе честно прямо сейчас. Раньше я и сам не знал, но вот вчера…

Я видела, что эти слова даются отцу нелегко, но уважала его смелость. Сложная правда лучше легкой лжи, – это я уже усвоила на собственном опыте. Вот казалось бы: несмышленый ребенок. Куда как проще наболтать ей всякой ерунды, свалить на бестолкового Криса, который и выглядит-то, как клоун в этом своем зеленом пиджаке и красном галстуке. Со мной часто так поступали, – начиная со сказок про то, что детей находят в капусте и заканчивая легендой о подлеце, который откупился от мамы деньгами на аборт. Но отец решил поступить честно, – и у меня появилась надежда, что Соня вырастет другим человеком.

– Это правда, – вступилась я за отца, обращаясь к девочке. – Я тоже его не знала до вчерашнего дня. Так вышло. Мы с мамой жили в одном городе, а он, – я покосилась на мужчину, не решившись назвать его папой, – в другом…

– И что, у тебя не было папы? – нахмурилась Соня.

– Нет.

– Совсем-совсем? – для нее это, похоже, было чем-то невероятным.

– Совсем-совсем, – кивнула я. – Но это ничего. Теперь мы вот познакомились…

– Так не годится! – вдруг перебила меня Соня.

Я растерянно моргнула, не зная, как реагировать. Мы переглянулись с отцом, он подался вперед и положил руку девочке на плечо.

– Тебе не нужно ревновать, – начал он. – Никто не заберет меня у тебя!

– Я не об этом! – отмахнулась она и как-то по-взрослому серьезно посмотрела мне прямо в глаза. – Так нечестно, что у меня был папа, а у тебя нет. Наверное, ты поэтому такая грустная, да? Надо это исправить, – Соня вдруг нырнула под скамейку – и вынырнула, сжимая свой розовый скейт. – На! – протянула она мне доску, которая меня чуть не угробила. – Теперь он твой. И приходи в гости, можешь играть с любыми моими игрушками. Даже с Банди.

– Банди?! – ошарашенно переспросил отец, а потом повернулся ко мне: – Это ее любимый тигренок, она с рождения с ним спит.

– Но тебе он нужнее, – резонно рассудила Соня. – Так что можешь тоже с ним спать.

– Соня… – Я впервые сталкивалась с такой щедростью и не представляла, как на нее ответить. – Спасибо, милая… Но пусть лучше Банди побудет у тебя, хорошо? Я уже привыкла спать одна.

Я перевела насмешливый взгляд на Кристиана: его аж распирало от желания ввернуть пошлую шуточку. Я буквально слышала, что вертится у него на языке: «Она будет спать со мной! И это я поделюсь с ней своими игрушками!» Но, к его чести, он мужественно молчал, хотя, судя по физиономии, рисковал заработать инсульт.

– Мы пойдем, – он спешно подхватил меня на руки.

– Эй, а скейт? – встрепенулась Соня.

– Она сейчас все равно не сможет на нем кататься, – Крис повернул меня ногами к девочке, демонстрируя распухшую лодыжку. – В следующий раз заберем. Имей в виду, я все запомнил, скейт – наш! Потом не отвертишься.

Мои губы сами собой растянулись в улыбке, хотя еще недавно мне было совсем не до смеха. И как Крису удается так ловко общаться с детьми? Даже у меня невольно поднялось настроение, – каким бы поганцем ни был этот павлин, сердце у него точно доброе. Жаль, воспитание подкачало, и тестостерон зашкаливает, – но это уже другой вопрос. Так или иначе, он познакомил меня с отцом, и уже за это заслуживал благодарности. Платонической, разумеется.

– Спасибо, – шепнула я, когда Крис после прощаний с отцом и Соней поволок меня в те самые кусты.

– Э, нет! Спасибами ты не отделаешься! – Мужская ладонь переместилась на мою пятую точку. Якобы для удобства.

– Перестань! – дернулась я. – Нам правда надо серьезно поговорить.

– Так а я о чем! – ухмыльнулся паразит. – Давно уже пора обсудить: ты хочешь в первый раз снизу быть или сверху? По классике вроде лучше, но надо же, чтоб запомнилось… Ауч!

Последний возглас был вызван моим щипком – и, надо сказать, довольно сильным: на шее Криса проступала красная отметина.

– Поставь немедленно, – процедила, оскалившись.

Теперь, когда папы уже не было поблизости, я могла больше не миндальничать. Что-то в моем тоне заставило эту весеннюю заразу меня услышать, и в мгновение ока я снова почувствовала под ногами твердую землю.

– Пожалуйста, – ухватила его за рукав, потому что лодыжка все еще нестерпимо болела. – Отпусти меня.

– Ты что, еще и головой ударилась? – безо всякой иронии спросил Крис. – Я уже!

– Нет, отпусти – в смысле насовсем, – я заглянула ему в глаза.

Надежды было мало, но если у него есть хоть грамм здравого смысла, он должен понять. Теперь – должен, потому что все изменилось. До меня дошло, что он реально настроен стать отцом, и это не какая-то придурочная блажь сектанта. То, как Крис смотрел на мою сестру… Нежно, серьезно… Как он говорил и вел себя с ней, – без раздражения или тупого сюсюкания… Он был готов. И если ему не наплевать на будущее своего отпрыска, он прямо сейчас отпустит меня на все четыре стороны – и найдет другую девушку. Подходящую. Вон Лейдин нарыл же себе княжну! Достойнейшая кандидатура, которая идеально вписывается в замок и в весь этот мир. А раз есть одна – то где-то там еще пруд пруди таких княжен… Княжней… В общем, царственных особ.

Которые смогут и с достоинством принять эту честь и просклонять слово “княжна”.

Собственно, именно это я озвучила Кристиану. Спокойно, не срываясь на эмоции. И – о, чудо! – он был предельно сосредоточен и внимателен, как отличник с первой парты. Пару раз даже кивнул, что меня воодушевило окончательно. Есть контакт! И почему мы сразу не поговорили, как взрослые люди? Какие-то подколки, ножницы, веревки… Конечно, все, что ни делается, – к лучшему, и благодаря этой заварушке я узнала своего отца. Но поиграли – и хватит. Расставили точки над «i». И я была уже почти на сто процентов уверена, что Кристиану хватит мозгов поступить правильно.

– Ты все сказала? – спросил он без тени улыбки.

– Да, – выдохнула с облегчением. Прям как камень с души! А главное – убегать больше не надо. Если повезет, Крис еще подкинет денег на билет до дома…

– Ну вот и славненько, – тоном доброго доктора Айболита изрек мужчина, а в следующую секунду впился в мои губы, как чертова пиявка.

Я запищала, вырываясь изо всех сил, но было поздно. Вспышки, разряды, треск… Словом, все равно, что целоваться с трансформаторной будкой. А поскольку привыкнуть можно ко всему, шока я уже никакого не испытывала. Только кипучую, как раскаленная магма, злость.

И опять этот подвал! Ненавижу! Как можно быть таким непроходимым идиотом?!

– Сволочь! – заорала, едва мне удалось оттолкнуть Криса. – Кретин, тупица, урод! Я же ради тебя стараюсь!

– Я оценил, – невозмутимо произнес он, поправляя лацканы пиджака. – Но я вообще-то тоже старался! Столько концентрированного бреда выслушал… За такое и памятник поставить можно! Тебе же полегчало? Считай, мы квиты.

– Памятник?! Будет тебе памятник! Надгробный! – я собралась броситься на Криса с кулаками, но проклятая лодыжка вновь дала о себе знать. – Черт!

Я нагнулась, снимая туфлю, и с превеликим удовольствием швырнула ее прямо в ухмыляющуюся рожу. Крис, чтоб его разорвало, увернулся. Зарычав, я сняла вторую, замахнулась получше и…

– Ай! За что?! – крикнул, как ни обидно, не Крис.

Паразит снова умудрился уйти от возмездия, пригнувшись, а потому туфля угодила прямиком в его братца Дориана.

– Прости, – запоздало спохватилась я.

– Ничего страшного, – с улыбкой успокоил меня Кристиан. – В следующий раз не будет подглядывать.

– Вообще-то я собирался вас встретить, – Летний потер ушибленное плечо. – Мы тут все волновались! Вы так надолго пропали…

– Ага, и ты решил, что я упустил свою избранницу? Позлорадствовать пришел? – ехидно прищурился мой конвоир. – Не дождешься!

– Да я уж вижу, – скривился Дориан. – Сломал девушке ногу, чтобы ее удержать! Прямо покоритель сердец!

– Она сама… – возмущенно выдохнул Крис.

– Хоть кто-то меня понимает, – перебила, изображая классическую жертву домашнего насилия.

Да, Дориан был не самым симпатичным обитателем этого замка, но если следовать правилу «Враг моего врага – мой друг»… Сторонник мне всяко пригодится. В особенности – если этот сторонник и сам терпеть не может Кристиана.

– Вы не поможете? – я протянула Летнему руку, игнорируя сердитое сопение своего тюремщика.

– Давай на ты, прошу тебя! – Дориан с радостью подставил плечо, увлекая меня прочь из подвала на свет божий.

Как выяснилось, Летний не соврал насчет того, что за нас все успели переволноваться. В главном зале нас уже ждал накрытый стол с порядком остывшими и заветренными блюдами, встревоженная Лионна металась у окна, а Лейдин с Осенью сидели у камина с мрачными лицами. Видно, перемещение между мирами занимало больше времени, чем казалось.

– Вернулась? – изумился блондин, вскочив с кресла.

– Да, и ей нужна твоя помощь, – Дориан бережно усадил меня на место Зимнего. – Крис своеобразно решил проблему с побегом…

– Это какая-то ошибка! – к нам подбежала Лионна. – Он не мог!

– Да я и ничего такого не делал! – вступил подоспевший Кристиан.

– Какое варварство, – весомо изрек Осень.

Он был единственным, кто даже не дернулся и не подключился ко всеобщей суматохе, но весь его вид так и сочился осуждением.

Притом судя по какому-то огоньку во взгляде – не к Кристиану, а ко мне. Осень почему-то понял, кто виноват в моих же неприятностях.

Лейдин внимательно осмотрел лодыжку, потом поднес к ней ладонь, и приятный холодок разлился по больной ноге, стирая боль. Припухлость сошла, и я с облегчением прикрыла глаза. Лучше любой мази! Повезло Лионне – у нее всегда под рукой ходячий анестетик. Вот это я понимаю – полезная магия.

Теперь, когда боль перестала меня донимать, я смогла спокойно оглядеться. Убранство главного зала поражало воображение: он был поделен на четыре сектора, и каждый был украшен в стиле своего времени года. В весенней зоне – вездесущие цветы, в летней – яркие морские пейзажи и лимонное деревце со спелыми плодами. Осенняя зона радовала уютным камином с креслами-качалками, грудой листвы вокруг рыжих тыкв, зимняя же показалась мне самой аскетичной: мохнатая шкура полярного медведя на стене да шкаф-витрина с хрустальными – или ледяными? – фигурками.

Но самое сильное впечатление произвели на меня окна. Они выходили на все стороны света. На все времена года, если точнее. Такую необычную картину я не могла представить даже в самых смелых фантазиях! Окна, за которыми виднелись заснеженные деревья, были покрыты морозными узорами. За другими темнели сумерки и шел проливной дождь. Весеннее буйство зелени и цветов я уже видела, а вот летнюю часть сада решила рассмотреть поподробнее.

Сквозь распахнутые створки врывался теплый ветерок, разносящий ароматы нагретого солнцем луга и пряного разнотравья. Стоило мне подойти к окну ближе, как меня охватило странное чувство полнейшего пофигизма и беззаботности. Захотелось плюнуть на все проблемы, послать к черту геморрой, что свалился на меня в последнее время, перемахнуть через подоконник и растянуться на плетеном шезлонге, подставив уставшее тело солнцу. Все вдруг стало казаться таким смешным и нелепым, будто я вдыхала не свежий воздух, а дымок от запрещенных растений. Отцы, дети… Глупость какая! Зачем вообще париться, когда можно скинуть это дурацкое платье и бомбочкой запрыгнуть вон в тот лазурный бассейн голышом, а потом загорать, пока кожа не станет бронзовой?

– Злата! – чей-то противный голос разрушил все волшебство и выдернул обратно в реальность.

Принадлежал этот голос, ясен перец, Кристиану.

– Отстань! – лениво бросила я, но вдруг с удивлением обнаружила, что уже задрала одну ногу на подоконник, а пальцы сами взялись за молнию на платье. – Что это?! Что я делаю?

– А это не ты, – огорошил меня Крис и свирепо уставился на Дориана, который с невинным видом сидел за столом, отщипывая виноградины и закидывая в рот. – Это твой новый дружок!

– Ой, вот как не стыдно, – закатил тот глаза. – Я здесь вообще ни при чем! Вечно эти гнусные инсинуации…

– Дориан, хватит! – жестко осадил его Лейдин, и Летний аж виноградиной поперхнулся.

– Ладно-ладно! – сипло выдавил он, а потом стукнул себя кулаком в грудь и прокашлялся. – Все вам надо испортить. Знойный! Эй, псыть! Хорош, приятель. Нас тут все равно никто не ценит.

Мой подол всколыхнуло волной теплого воздуха, и в метре от меня возник светящийся золотистый шар – эдакое солнце в миниатюре. Я невольно зажмурилась и приставила руку козырьком. От этого, судя по всему, элементаля исходили радужные блики и приторно-сладкий запах.

– Еще раз твой элементаль полезет к моей женщине под юбку, – грозно прорычал Крис, – и я своими же руками его…

Но договорить Весенний не успел, потому что элементаль подлетел к нему, сияние стало ярче, а с Крисом начало твориться нечто загадочное. Он вдруг выпучил глаза, поджал губы… и прыснул со смеху.

– Своими руками… – простонал он, сгибаясь пополам. – Вы когда-нибудь замечали, что у меня руки похожи на щупальца?

– По правде говоря – да, – ухмыльнулся Дориан, но осекся, поймав недовольный взгляд Лейдина. – Знойный! Поди сюда, быстро! Давай-ка, сообрази нам какие-нибудь коктейли. На свой вкус.

– Безалкогольные! – сердито добавила Лионна, которую проделки Знойного отчего-то не забавляли.

– Безалкогольные, – смиренно повторил Дориан, а когда светящийся шар выплыл из зала, прицокнул языком: – До чего ж вы все занудные…

Как только летний элементаль со своей укурочной магией исчез, Крис залпом опрокинул стопку янтарной жидкостью, встряхнулся, как мокрая собака, и перешел в весеннюю часть зала. Мне же вновь стало как-то не по себе: после веселящей паузы накатил жуткий отходняк, а потому я рухнула в кресло напротив Осени. Его депрессивный уголок с камином подходил к моему нынешнему состоянию как нельзя лучше.

Когда инцидент был исчерпан, Лионна как истинная гостеприимная хозяйка принялась суетиться вокруг стола. То есть, суетился, конечно, в основном ее элементаль, но Лионна, будто генерал, раздавала приказы направо-налево: то разогреть, это переставить… Даже я, официантка с многолетним опытом работы, мысленно сняла перед ней шляпу. Я бы все это не осилила. Следить за целым замком, – ну, или за его частью, – поддерживать пламя домашнего очага… Стать вечной домохозяйкой, женой декабриста. Хотя… Мне-то прочили роль жены апрелиста, но какая разница? Те же яйца, только в профиль, – бесплатная домработница с функцией секс-куклы и инкубатора. Я одного не пойму: почему Лионна при всем этом выглядит такой счастливой?

– Не слишком ей помогла встреча с отцом, а, Рей? – обратился к Осени Зимний, пристально меня изучая.

Думаю, все сомнения и безрадостные выводы были буквально написаны на моей унылой физиономии, так что проницательности Лейдина я не удивилась. Нет, любопытство вызвало нечто другое.

– Рей? – переспросила я.

Прежде, насколько я помню, все называли этого печального самопровозглашенного психоаналитика исключительно Осенью.

– Мое полное имя Рейдан, – представился рыжий, не отводя глаз от потрескивающих в камне поленьев. – Но какой смысл в именах? Это лишь набор звуков, уводящий от самой сути. Мы прикрываемся именами, как масками, забывая о том, кто мы и ради чего…

– Понеслась! – простонал Дориан. – Дайте уже ему кто-нибудь поесть, пусть лучше займет рот уткой.

– Что есть пища? – Рейдан повернулся к присутствующим. – Так, попытка заполнить пустоту внутри. Но черная дыра душевных страданий…

– Все готово! – не слишком вежливо перебила Лионна. – Прошу к столу.

Я вынуждена была подчиниться, – к чему обижать беременную? – хотя, признаться, слова Рейдана отбили аппетит начисто. Что-то в нем было такое… Притягательное. Не в сексуальном смысле, а именно в его манере говорить, в его голосе. Раньше я бы назвала его нытиком и постаралась держаться подальше. Но сейчас отчего-то его хотелось слушать, а в безысходности мерещилось зерно истины. Если кто и мог мне помочь распутать клубок обид и переживаний, так это Рейдан. В конце концов, чем плох бесплатный психоаналитик? Пока я не придумала новый способ вырваться из замка и из цепких объятий Криса, можно позволить себе парочку сеансов.

Ужин был неплох. По крайней мере – по части еды. Утка удалась на славу, а румяный запеченный мини-картофель с розмарином… Просто пальчики оближешь! Сыто откинувшись на спинку стула, я потягивала освежающий коктейль Знойного, – какой-то микс из тропических фруктов с веточкой мяты, – и старалась не обращать внимания на Криса, который то и дело хватал меня под столом за коленку.

– Думаю, нам пора спатушки, – игриво шепнул он, пока Северный собирал опустевшие тарелки.

После долгого дня я и правда не отказалась бы вздремнуть, но Крис-то явно намекал на что-то другое. А потому соглашаться я не спешила.

– Иди, ложись, – ответила, в очередной раз хлопнув по наглой пятерне, что карабкалась под подол платья.

– Только с тобой, – подмигнул Весенний.

– Я скоро приду, – заверила, украдкой скрестив пальцы.

– Значит, еще посидим, – Крис поджал губы. – Что там у нас на десерт? Зефирки?

– Вообще-то я хотела обсудить с Рейданом свою встречу с отцом. Если, конечно, он не возражает, – вопросительно взглянула на Осеннего.

Тот вскинул бровь и равнодушно повел плечом.

– Отчего бы и нет? Если я способен облегчить тяжкое бремя хоть одной живой душе, мое существование не напрасно. Впрочем, человек – это всего лишь песчинка в бескрайней пустыне мироздания… – он замер, сосредоточенно разглядывая свой бокал и, кажется, с концами погрузился в философские измышления.

– Супер! – произнесла я, убедившись, что больше ничего говорить Рейдан не планирует. – Если хочешь, можешь присоединиться к нам, Крис.

Я воззрилась на Весеннего, прикидывая хватит ли этого, или надо добавить уже проверенную фразочку про тяжелое детство и мои переживания по оному поводу?

К счастью Крис открестился сам.

– Нет уж, спасибо. У меня от его лекций изжога.

– Забавно, правда? – встрял Дориан, облокотившись на стол. – Злата предпочитает тебе Рея. Старину Рея! Я вообще не знаю, как он собрался искать избранницу.

– Я положусь на волю судьбы, – очнулся Рейдан.

– Вот-вот, и я об этом! – закивал Летний. – Полный ноль в съеме. И ты – еще хуже!

– Ну, я хотя бы элементаля не использую, чтобы одурманить девушку! – парировал Крис, поднявшись из-за стола. – Приходи, дорогая! – и он нежно поцеловал меня в лоб, а потом склонился и выдохнул в ухо: – Я согрею тебе постель!

Господи, дай мне сил…

На меня нахлынуло самое настоящее отчаяние. Таких непрошибаемых типов, как этот павлин в зеленом пиджаке, я еще не встречала. Я перепробовала все! Диверсии, драки, побег, разговоры… А от него все отскакивает, как мячики для пинг-понга! Неужели нет никакого способа спастись?

То, что Крис не оставит попыток меня осчастливить зачатием, было очевидно, как божий день. Хуже другое: сопротивляться ему становилось все сложнее. Его поцелуи, его умелые пальцы пробуждали во мне нечто такое, с чем я уже не могла справиться. Я злилась, здравый смысл не просто кричал – он орал, что постоянные постельные намеки – это сущее оскорбление. Но стоило этому паршивцу меня коснуться или просто прошептать на ушко какую-то пошлость, пощекотав дыханием шею, как низ живота наливался тяжестью, а в памяти всплывали непрошенные картинки из его спальни. И пока что остудить меня могло лишь одно: долгая душеспасительная беседа с Рейданом. Похоже, это идеальное лекарство от столько невовремя пробудившегося либидо.