Глава 55

Сколько я была без сознания? – приглаживаю пальцами волосы и поправляю подол платья. – Секунд тридцать, – Эйдан кладёт горячие ладони на мои плечи. – Тридцать? Мне казалось, что во сне я провела гораздо больше времени. – Раз все живы и счастливы, нужно закончить начатое. Пойдёмте, – оборотень жестом приглашает мужчин следовать за ним. – Вы куда? – хватаю за руку Эйдана. Не хочу его сейчас отпускать. – Нам нужно вернуться в конюшню, Азель, – дракон нежно гладит меня по щеке. – А потом мы все сядем и поговорим. – Я пойду с вами, – тоже собираюсь на выход. – Нет, – твёрдо останавливает меня Эйдан. – Женщины остаются дома. Родрик, присмотришь за ними? – Как скажешь, друг. – Я пойду, – настаиваю. – Ты не сможешь удержать меня, Эйдан. Не хочу больше оставлять… – запинаюсь. – Что ты не хочешь оставлять? – мужчина крепко обнимает меня. – Не хочу оставлять тебя одного! – выпаливаю и утыкаюсь лицом в широкую грудь, вдыхая любимый запах. – Хочешь защитить меня? Гордого и сильного дракона? – мужчина усмехается и отстраняет меня. – Да, – говорю правду. Я хочу его защитить. Уберечь от опасности. Смотреть, как он умирает? Нет. Больше не смогу. Моё сердце не выдержит. Поэтому, как бы Эйдан меня не останавливал, я всё равно пойду за ним. Прилипну к нему, как жвачка. – Моё самолюбие уязвлено, – дракон широко улыбается. – Это я должен защищать тебя. – Давай защищать друг друга, – смотрю в его темные омуты, и губы сами собой растягиваются в ответной улыбке. – Ну, хватит уже! – взрывается оборотень. – У меня от вашей сладкой нежности живот скрутило. Пойдёмте уже. Мы движемся по ночному Лансону бесшумно, словно тени, сливаясь с сумраком. Впереди, словно призрак, скользит оборотень. Он останавливается у входа в конюшню, где зияет пустой проем вместо двери. Оборотень жестом приказывает нам ждать. Его глаза светятся в темноте. Это так необычно. Мужчина входит в конюшню, а через минуту и мы следуем за ним. Деревянный пол скрипит под нашими ногами, каждый звук кажется оглушительным. В тусклом свете луны я вижу безжизненные тела бандитов, разбросанные по конюшне. Их глаза пусты, а лица застыли в предсмертной агонии. Мы подходим к стулу, где Родрик привязал Эмилию. Мое сердце замирает. Стул пуст. Эмилии нет. – Ушла, – констатирует волк. – Тсссс! – мужчина подносит указательный палец к губам. – Здесь кто-то есть. Эйдан хватает меня за руку и прислоняет к стене. – Стой здесь, – шепчет мне на ухо. Киваю. Мужчины тихо ступают, осматривая помещение. Мои глаза, привыкшие к полумраку, пытаются пронзить густую тьму, что клубится в дальних стойлах. С содроганием замечаю, как там колышутся тени. Затем они обретают форму, вытягиваются и выползают из самой утробы ночи. Грубые силуэты, движущиеся с неестественной плавностью, словно призраки, заставляют меня покрыться испариной. – Эйдан, – шепчу. – Там, – указываю пальцем в сторону дальнего стойла. Тени выходят из темноты, эти бандиты. Их человек десять. Это слишком много. Они несут в себе ауру зла, холодную и липкую, как паутина. Я вижу блеск стали в их руках. Тусклый отблеск луны, пробивающийся сквозь щели в крыше, отражается на их смертоносном оружии. Они приближаются, их намерения ясны, как день. Сильнее вжимаюсь в стену, словно стараюсь слиться с ней. Тело оборотня искажается, мышцы напрягаются, кости трещат, и вот уже перед бандитами стоит не человек, а огромный, могучий серый волк. Его шерсть сияет, а глаза светятся диким, неукротимым огнем. Битва начинается. Волк бросается на ближайшего бандита, его клыки сверкают в темноте. Раздаётся крик боли, смешанный с яростным рычанием. Закрываю рот рукой, сдерживая собственный крик. Это ужасно и завораживающе одновременно. Волк рвет их на куски, словно тряпичных кукол, его сила безгранична, его ярость неудержима. Эйдан же сражается иначе. Его движения точны и смертоносны. Он уворачивается от ударов, парирует их с легкостью, а затем наносит свои. Я вижу, как он хватает одного из бандитов за горло. Грубая рука сжимается, пальцы впиваются в плоть. Бандит задыхается, его глаза расширяются от ужаса. Он умоляет, его голос хрипит, прося о пощаде. Эйдан разжимает ладонь, и бандит падает на пол, хватая ртом воздух. Я стою, прислонившись к стене, и чувствую, как адреналин бурлит в моих венах, как страх и восхищение переплетаются в едином порыве. Я не могу отвести взгляд от этой сцены, от того, как Эйдан и волк дерутся не на жизнь, а на смерть. Я чувствую, как в груди разгорается огонь, и, несмотря на всю опасность, я не могу не восхищаться их силой. В итоге все противники повержены, кроме одного. Волк принимает человеческое обличие и усаживает оставшегося бандита на стул. – Где она? – Эйдан оказывается около бандита невероятно быстро. – Кто? – хрипит мужчина, вытирая кровь с подбородка. – Не притворяйся, что не понял! – рука Эйдана снова сжимается на горле мужчины. – Я легко закончу начатое. – Я скажу. Всё скажу. Леди Эмилия сейчас направляется на север. А нам заплатила, чтобы мы убили вас, когда вы явитесь за ней сюда. Если поторопитесь, сможете догнать. Она не успела далеко уйти. – Нужно поторопиться. Если она пересечёт границу, ты не сможешь ничего сделать, – оборотень вытирает руки от крови грязной тряпкой. – Лети, дракон. Я тут приберусь. – Спасибо, друг. Сочтемся. – Да уж, сочтемся, конечно, – усмехается мужчина. – Готовь монеты, дракон. Мои услуги стоят дорого. – Я знаю, что монеты тебе не нужны, Александр. У тебя свой прок от этого дела. Я прав? – Как ты узнал? – волк прищуривает один глаз. – Навёл справки, – улыбается Эйдан. – Ладно, лети. Потом поговорим, – машет рукой волк и возвращается к бандиту, а мы с Эйданом выходим из конюшни.