Глава 39

— Тише, это я. — Ронгар нависает надо мной.

Его массивная фигура отбрасывает тревожную тень в полумраке шатра.

В темноте я плохо вижу очертания его лица, но чувствую исходящую от него волну напряженности. Его плечи напряжены, словно натянутая тетива. Что-то определённо случилось, и это что-то очень серьёзное.

— Что это за гул?

Будто в гонг стучат.

От этого зловещего стука моё сердце замирает, а по спине бегут толпы ледяных мурашек, заставляя содрогнуться всем телом.

— Вторжение, Эйми, — спокойно говорит генерал.

Но в его голосе слышится едва уловимая нотка тревоги.

— Вторжение? На нас напали? — Я сажусь на кровати, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.

— Твари Бездны. Они внезапно оживились, — поясняет муж. — Мне нужно идти к разлому. Ты будешь здесь. В лагере безопасно. Твари сюда не сунутся, да их никто и не пропустит. Так что не волнуйся. Но из шатра не выходи, хорошо?

Киваю, хотя душу пронзают тысячи невидимых иголок. Страх нарастает, подобно приливной волне, и паника ледяными щупальцами сжимает моё сердце.

— И ещё возьми вот это. — Муж вкладывает в мою дрожащую руку какой-то предмет, его пальцы на мгновение задерживаются, словно пытаясь передать частичку тепла и уверенности. — Если случится так, что меня не будет поблизости, а ты будешь в опасности, то каплей своей крови активируй этот артефакт, и тебя перенесёт в безопасное место. Поняла?

— Да, — тихо отвечаю я, стараясь справиться с предательской дрожью в голосе.

Несколько долгих секунд Ронгар всматривается в моё лицо, его глаза светятся необычной смесью беспокойства и решимости. Затем, резко развернувшись, он направляется к выходу.

— Ронгар, — шепчу я.

Муж замирает как вкопанный.

— Будь осторожен.

Как бы я ни злилась на генерала, я не желаю ему смерти. И это не только потому, что только он сможет помочь мне достать элексирию. В груди разливается странное, непривычное чувство тревоги за него.

— Я вернусь, Эйми, — говорит он с неожиданной мягкостью в голосе и уходит, оставляя после себя гнетущую пустоту.

Сон как рукой сняло. Кажется, сейчас глубокая ночь, но лагерь на ушах стоит. Воины быстро, но без паники строятся, их доспехи тускло поблескивают в свете факелов. Затем они исчезают в образовавшихся чёрных воронках.

Подойдя к столу, на котором тревожно мерцает одинокая свеча, я рассматриваю артефакт. На вид это обычный камень. Немного тёплый и гладкий.

Но почему Ронгар отдал его мне? Почему его волнует моя безопасность? Эти вопросы роем кружатся в голове.

— Госпожа, — раздаётся позади меня мелодичный девичий голос, заставивший меня вздрогнуть. — Я Тина, и меня прислал к вам генерал.

Девушка грациозно приседает в реверансе, и я улыбаюсь ей в ответ, чувствуя облегчение оттого, что больше не одна в этой тревожной ночи.

— Здравствуй, Тина. — Я приближаюсь к брюнетке с большими карими глазами, излучающими искреннее дружелюбие. — Я Эймилин и впервые здесь. Скажи, часто такое происходит?

Мне действительно страшно. Хоть я и плохо понимаю, насколько сильно опасны твари Бездны и как они выглядят, но внутри всё леденеет от ужаса. Снаружи доносятся приглушённые крики команд, топот десятков ног и какой-то странный, неестественный вой, от которого стынет кровь в жилах. Тина, заметив мой испуг, спокойно поясняет:

— Это твари Бездны. Они всегда так воют перед атакой. Но вы не бойтесь, госпожа. Генералы — лучшие командиры, которых я знаю. Они не допустят, чтобы хоть одна тварь прорвалась к лагерю. Обычно твари утром выползают, раньше ночью не было тревоги. — Тина хмурится.

— Расскажи мне о них, — прошу я.

Тина приближается, и её лицо становится серьёзным.

— Твари Бездны — это порождения тьмы, госпожа. Они живут в разломах между мирами и питаются жизненной энергией. Обычно они не такие активные, но в последнее время что-то изменилось. Они стали агрессивнее, словно их что-то разбудило…

Звучит ужасающе. Я верю, что Ронгар справится и всё будет хорошо. Это же не первая атака. Так ведь?

Слабое, но хоть какое-то утешение. Так, нельзя раньше времени поддаваться панике. Ронгар велел не выходить из шатра, так что надо подумать, чем себя занять.

— Спасибо за ответ. Скажи, может в лагере кто-то болеет? Я умею лечить, — пытаюсь я найти себе занятие.

— О, нет у нас больных. Генералы хорошо заботятся о своих людях, — сообщает Тина, мечтательно улыбаясь.

Хм. Странное выражение лица. Будто… А не влюблена ли эта девушка в одного из генералов? Может, в Ронгара? А что, если у него с ней связь?

Ох, не о том ты думаешь, Эйми. Не о том.

— Это замечательно, что нет больных. Но есть же какая-то работа для меня?

— Ну-у, сегодня я хотела травы перебрать и высушить, — неуверенно говоритТина.

— Отлично! Неси. Переберём вместе, — говорю я.

— Но… Вы же госпожа, — ужасается она. — Как же…

А в её понимании я должна капризно дуть губки и жаловаться на жизнь? Какие-то странные у неё представления о жёнах генералов. Хотя какая я жена? Да и не госпожа я вовсе.

— Неси. Я не белоручка.

Тина выходит из шатра и вскоре возвращается с кипой трав и приспособлением для их сушки. За работой время идёт быстро. И вот мы заканчиваем с последней партией лечебной травы, как вдруг я спрашиваю:

— Скажи, тебя здесь не обижают?

Тина поднимает на меня удивлённый взгляд и отвечает:

— О нет! Хоть в лагере и не так много девушек, но никто не смеет подойти к нам с непристойным предложением. И никто не посмеет оказывать знаки внимания, если мы того не желаем. А нарушивших устав генералы сурово наказывают.

Значит, в лагере царит порядок. Это радует и показывает, что Ронгар всё же неплохой руководитель.

— А что ты ск… — внезапно снаружи раздаётся истеричный женский визг.

— Что-то случилось?

Я вскакиваю на ноги, а вслед за мной и Тина.

— Я посмотрю, — говорит взволнованно девушка.

— Я с тобой, — решаю я.

— Но вам ведь нельзя, — возражает Тина.

Точно, Ронгар запретил. Но этот крик… Что-то ведь случилось.

Подхожу к пологу и отодвигаю тяжёлую ткань.

— Госпожа, вам нельзя покидать шатёр. — Воин будто из-под земли вырастает. — Это приказ генерала.

— Но что происходит? Девушка кричала. — Я смотрю на мужчину.

— Проверим. Прошу, вернитесь в шат… Проклятая Бездна! — рычит мужчина, бледнея на глазах. — Внимание! Готовьтесь к отражению атаки!

Какая атака? Кто напал? Проследив за взглядом воина, я холодею от ужаса.