ГЛАВА 10

ОЛИВИЯ  

— Все еще хочешь воспользоваться правом последней ночи? — спрашивает хрипло, что вдоль спины, аккурат по позвоночнику разбегается рой жирных мурашек. Они табуном разносятся по спине, убегая к вспотевшим ладошкам и вдруг потяжелевшему низу живота.

У меня давно не было мужчины. Возможно, и у Оливии тоже, несмотря на обвинение в изменах. Ее тело реагирует слишком остро на этого мужчину. Все-таки она любила… любит его.

Гринувэй наклоняется совсем низко, почти касаясь губ, на которых чувствуется его горячее дыхание, а длинная челка падает на лоб, попутно щекоча и меня. Возникает сильное желание поддаться нахлынувшим чувствам и преодолеть те миллиметры, что нас разделяют, и поцеловать упрямые губы, заскользить ладонями по колючей однодневной щетине или зарыться пальцами в темные непослушные волосы, а затем прижаться к твердой груди, чувствовать ее жар…

Но я недвижима, молчу, не в состоянии сказать ни «да» ни «нет». Вдыхаю приятный мужской запах…

Убеждаю себя, что все дело в том, что Оливия этого хотела, и она обещала помочь взамен на сохранение брака. Но сейчас здесь я, а дальше…

Я всегда думала о будущем, а оказалось, что завтра его может не быть…

— Вот только я не хочу спать с женщиной после другого мужчины, — будто ушатом ледяной воды мне на голову, приводя в чувства. Возникшая магия тут же пропадает, оставляя после себя горький осадок и послевкусие разочарования.

Как это понимать?! Ему, значит, можно спать с другими женщинами!

— Лицемер! — все же срывается с языка, и я толкаю его в грудь прочь от себя.

Как же противно и мерзко после его слов, словно я какая-то распутница. Понимаю, что оскорбления предназначены не мне, но все так запутано, я теряюсь в водовороте непонятных чувств.

Подтягивая одеяло выше, кутаясь, пытаясь согреться. Только мне было жарко, а сейчас так холодно, вернулся вчерашний противный озноб.

Гринувэй отворачивается и собирается вернуться на свою позицию в углу, но замечает, что мне стало хуже.

— Не переигрывай, а то когда на самом деле станет плохо, не поверю.

И не собиралась… Просто резко накатило, поворачиваюсь набок, поскорее бы отпустило.

— Оливия!

— Оставь меня в покое, — шепчу, выравнивая дыхание, которое то и дело сбивается.

— Иди сюда, — откидывает одеяло, разворачивая назад к себе одной рукой, свободной же хватает оставленные доктором кристаллы.

Цепляюсь в сорочку руками, не хочу, чтобы он снова порвал ее и видел меня голой. Глупо и бессмысленно… Что он там не видел? Но включился какой-то защитный рефлекс.

Питер ругается на мои действия, легко устраняя сопротивления.

— Ты наглоталась магнолии, а я теперь должен с тобой возиться, чтобы развестись, — прижимает кристаллы к обнаженной груди, но действия не резкие, в отличие от слов. От его рук идет тепло и мне становится легче.

Потихоньку боль и озноб уходит, веки сами закрываются, начинаю проваливаться в дрему.

— Не уходи, — шепчу, не хочу, чтобы боль и пустота возвращались. И так страшно опять попасть за грань…

Пусть завтра снова будет грубым, но сегодня останется здесь. Даже страх быть разоблаченной уходит. Этот мужчина очень странно на меня влияет… А от всего непонятного нужно держаться как можно дальше. Но разберусь с этим завтра… А пока прижимаюсь к теплому боку, окончательно проваливаясь в сон. 

ПИТЕР  

Вот знаю же, что это не настоящая истинность, но в груди так тепло и все нутро тянется к жене. Прямо как в самом начале наших отношений.

Злюсь, зачем я наступаю на те же грабли. Вроде взрослый мужчина, занимаю ответственную должность в Управлении, а веду себя как юнец, которого легко обвести вокруг пальца.

Хочется вновь ощутить то единение, не просто слияние тел — душ. Каждый дракон мечтает найти свою пару.

В последнее время девушки идут на обман. И, естественно, ничем хорошим это не заканчивается. Так случилось в нашем случае. За подделку истинности вскорости будет выноситься строгое наказание. Законопроект уже на столе у короля.

Многие сомневаются, ведь его бывшая любовница и связана с эликсирами и магией, помогающей обмануть драконов. Некоторые драконы специально идут на подмену, когда по истечению долгого времени не могут отыскать свою пару, предпочитая самообман пребыванию в унынии. Именно так один из советников короля и поступил. Но все же большинство против такого обмана.

Сам король Генрих давно лишился своей истинной. Пятнадцать лет назад она умерла. Точнее, ее убила чужеродная душа. Первые пять лет правитель горевал, но потом все же задумался о продолжении рода.

Истинность может быть полной, в таком случае наследник появится сразу, проблем с деторождением быть не должно. Но есть истинность частичная, когда девушка может понести.

Беатрис такой и является. В свое время при выборе невесты, выбирая между двух сестер, сделал его в пользу Оливии, так как истинность с ней была почти полноценной. Но, как оказалось, она все подделала. Тогда даже и подумать не мог, что как глупец попадусь на эту уловку. С Бетти связь проверилась, и даже не было сомнений, что раз одна сестра подходит, то и вторая еще с большей вероятностью.

Все выглядело так правдоподобно, учитывая отношение мачехи к дочери от первого брака. Думал, ее просто скрывали от меня, чтобы выдать родную за удачную партию.

Обнаженная грудь привычно помещалась ладонь, сжал полушария спящей девушки, мирно устроившейся у меня на плече.

Какой же соблазн был поддаться и в последний раз насладиться, все равно она бы не забеременела. Это невозможно, если мы неистинные и союз лживый.

Вспоминаю, как мы впервые встретились. Она была такой милой и застенчивой, желала покинуть дом, где ее не любят. В те дни всё казалось возможным, и я был уверен, что мы сможем построить крепкую семью, в которой я смогу ее обеспечить своей любовью.

Но время прошло, и между нами начало холодать, Оливия все не беременела, становилась дерганной. Ее кроткость и доброта оказалось наигранностью…

Тело все помнило, наши жаркие моменты, но им на смену приходят другие воспоминания, вызывающие злость и ярость. Рогоносцем не понравиться быть любому мужчине. Если я еще сомневался, когда к нам приехала Бетти и твердила об обмане, но после того как застал обнаженную Оливию в постели с Кревинсоном, сомнения отпали.

Я без колебания намерен развестись. Иначе быть не может. Зачем мне в женах бездетная предательница. Она хотела выдать ребенка Квевинсона за моего…  Не знаю который поступок подлее…

А сейчас она лежит рядом, все позабыв, смотрит непонимающими глазами, полные обиды за то, что я плохой муж… Неверный.

Я-то все помню, уже никогда не забыть.

Лучше не думать. С рассветом моя помощь не понадобится, Вебер принесет новое лекарство. Надеюсь, в этот раз таких промахов не будет. Семейный доктор получает немалые деньги за свою работу. Он не раз спасал нашу семью, его ценят, несмотря на характер. Старик тот еще ханжа, но отличный специалист.

Постарался сконцентрироваться о работе, игнорируя позывы тела. Хорошо, что дело на работе трудное и великолепно переключает.

Со смерти истинной короля и открыли наше Управление. Я начинал с помощника главного ловца, коим сейчас сам являюсь. Насмотрелся многого.

Чужие стали хитрее и изворотливее, умудряются проникать в наш мир незамеченными. Что только не используют. В этот раз тоже что-то новое, что мои радары не могут засечь. Но прорыв точно был. А значит, я обязан найти и уничтожить эту дрянь.