Глава 8. Путь к поселению

В дальнейший путь мы отправились только на следующее утро. Керта объяснила, что до следующего укрытия за оставшийся световой день мы не доберемся, а ночевать в Лесу без укрытия решится только идиот. Зато весь вечер мы потратили на разговоры о наших мирах – никак иначе назвать то, как по-разному мы жили, я не могла.

У нас много общего, но мне было дико, что у них каждый сам решает, чем заниматься, и никто ему в этом не указ. Конечно, я утрирую, и нюансов в этом вопросе очень много, но такого понятия, как день Выбора, во время которого определяется профессия человека до конца его дней, у них нет.

– И все же я не верю, что у вас там нет людей со сверхспособностями! – заявила Керта.

– Ну, отсеивают же жертв на Большую охоту. Значит, мы появляемся, – вздохнула я.

– Но как может быть, что у всех остальных способностей нет?! Не понимаю.

– Возможно, дело в инъекциях, – предположила я.

– Каких инъекциях? – заинтересовались все хором.

– Всем городе с шестнадцати лет каждый год делают инъекцию, которая защищает людей от мутаций.

– Бред какой-то, – проворчал Ник. – Тогда почему эту инъекцию нельзя сделать отсеянным и предотвратить мутации?

– Нам говорят, что эти уколы только профилактика.

– Нет, ну что за бред?! Профилактика мутаций, которые по определению есть у каждого человека после катастрофы? Ничего более дикого мне слышать не приходилось, – всплеснула руками Керта.

– Это подавитель, – тихо произнес Лавр.

– Какой подавитель? – удивилась я.

– Сверхспособностей, – ответил парень и поправил на носу круглые очки. – Я о таком слышал лишь однажды и то не поверил. Но, говорят, у наших старейшин такие есть.

– Интересные у тебя сведения… – протянул Ник. – Почему я ничего об этом не знаю?

– Потому что это не та тайна, о которой треплются на каждом углу. Я и сам услышал об этом совершенно случайно и до этого момента не верил, что такая сыворотка может существовать.

– Но ведь тогда получается, что… – осознавать услышанное было уже не так больно, слишком много иллюзий успело разбиться, но все же в то, что сейчас пришло в голову, я все равно не могла поверить: – Тех, кого отправляют на Большую охоту, просто отправляют на убой, зная, что их можно… – я осеклась, потому что слово «спасти» уже не подходило. – Просто отправляют на убой? – и с надеждой, что я все же ошибаюсь, посмотрела в глаза Лавра.

Он заметно смутился:

– Скорее всего, есть люди, которые изначально имунны к сыворотке, их и вычисляют на этой вашей церемонии. Но я не могу исключать и того, что ваши отцы-основатели просто выбирают несколько человек, чтобы демонстративно их убить и держать народ в постоянном страхе.

На меня напало странное состоянии, похожее на апатию. Будто мозг не мог переварить то, что мне открылось. Я закрыла лицо руками, и разговор на этом как-то сам закончился.

***

– Дрон! Все в укрытие! – скомандовал Ник, и мы юркнули под густые кроны деревьев. – И чего они не успокоятся? Уже второй день подходит концу.

– Ничего, завтра уже будут первые посты поселения, они не рискнут туда сунуться, – Керта прищурилась и задрала голову вверх, будто рассчитывала разглядеть летающего разведчика. – Ник, а тебе не кажется, что они знают, на каких направлениях нас отслеживать? Все-таки Лес большой, а мы засекаем дрона уже не в первый раз.

– Думаю, они уже поняли, что Мэй не одна, и заподозрили, что ей помогает кто-то из поселений, вот и отслеживают нас по самым вероятным направлениям. – Парень прислушался. – Все, кажется, улетел, пошли. До укрытия еще прилично, нужно успеть до сумерек.

***

На этот раз укрытие оказалось землянкой наподобие той, в которой мы ночевали с Ником. Постоянная ходьба по лесу меня сильно утомила, и это несмотря на мою хорошую физическую подготовку. Ребята, кроме Лавра, выглядели вполне бодрыми и свежими. Ник и Керта оценивающе на нас посмотрели и оставили в землянке отдыхать, а сами направились за дровами и лапником.

Я почти со стоном села на низкую лежанку и вытянула гудящие ноги, Лавр, усевшись рядом, проделал то же самое.

– Всегда считала себя сильной и выносливой, а тут…

– Это с непривычки, – подбодрил меня парень и застенчиво улыбнулся. – Я вот справляюсь хуже тебя.

– Неправда!

– Правда-правда. Но я, как выражаются ребята, книжный червь, мое призвание в другом.

– В чем?

– Я собиратель.

– И что ты собираешь? – заинтересовалась я.

– Все, – пожал он плечами. – В смысле, всю попадающую мне в руки информацию. У меня идеальная память, я навсегда запоминаю все, что когда-либо прочел, услышал или увидел. Правда, анализирую далеко не все. Лишь то, что представляет интерес лично для меня.

– А что именно тебе интересно?

– Прошлое. Я ищу информацию о том, что на самом деле случилось с миром во времена Катастрофы.

– Не понимаю. Катастрофа же и случилась. Появился вирус, который уничтожил большую часть населения Земли…

– Это да, но откуда взялись все эти страшные твари? Как и почему появились огромные воронки в сердцах огромных городов, в которых только сейчас снизился радиационный фон? Почему некоторые люди, кроме сверхспособностей, получили физические мутации?

– Какие такие мутации? – удивилась я.

– А, ты же еще не была в поселке. Таких называют мутерами, а за глаза – уродами. Но не советую их так называть. Мутеры – ребята очень обидчивые и резкие. Они стараются держаться друг друга, у них есть поселение где-то на западе.

– Так что с ними не так?

– Это люди, у которых сверхспособности завязаны на физических изменениях. – Лавр посмотрел на меня и понял, что я все равно ничего не поняла. – Это сложно вот так сходу объяснить. Лучше я тебя все в поселении покажу, идет?

– Идет, – неохотно согласилась я и, подумав, спросила: – А как тебя такого умного из поселения выпустили? Ты же, наверное, уже столько всего знаешь…

В моем представлении такого уникума должны были охранять, как банковский сейф.

– Не будь компьютерных баз данных, я бы и правда стал очень ценным кадром. А так…

– Все равно! Есть ведь, наверное, что-то такое, что не доверишь даже компьютеру?

– Есть, – усмехнулся парень. – Но на этот случай у них есть мой отец. А я пока не дорос и не хочу, если честно. Свобода дороже.

– Свобода… – отчего-то повторила я, будто пробуя слово на вкус.

– Ну что, отдохнули? Может, поможете? – втаскивая большую охапку хвороста, пробурчала Керта.

– Пусть лучше костер разводят и еду готовят, – вошел за ней с лапником Ник.

Когда ребята снова вышли, я решилась спросить:

– Лавр, а почему Ник так не любит видящих?

– С чего ты… – начал было он, но, видимо, припомнил наш разговор в бункере. – А… Может, ты лучше сама у него спросишь?

– Да я бы спросила, но он таким зверем тогда на Керту смотрел, что никакого желания лезть к нему с расспросами нет.

– А ко мне, значит, можно.

– Не хочешь – не говори, – с деланным безразличием пожала я плечами и принялась рыться в рюкзаке в поисках оставшейся еды. Осталось ее совсем немного – ребята явно не ожидала прибавления едока, да и Ник сорвался в погоню за сестрой без подготовки.

– Ну в принципе это никакая не тайна, – парень разместил лапник и направился к кострищу. – У нас в поселении раньше хорошая видящая была, по крайней мере видела явно побольше теперешней старухи. Вот она и предсказала отцу Ника и Керты, что в очередном походе его группа возьмет большой хабар… – Парень замолчал и начал сосредоточенно выкладывать хворост для розжига костра

– И что, обманула? – не выдержала я затянувшейся паузы.

– Нет, – вздохнул он. – Хабар группа взяла хороший. Только их отец из того похода не вернулся – погиб от лап засевшей в развалинах твари. Все вернулись, а он нет…

– Думаешь, она об этом знала и могла предупредить?

– Откуда же мне знать? – пожал он плечами. – Но не удивлюсь, если она и предупредила, но тот не послушал. Ник такой же упертый, как и он. Я знаю о чем говорю.

– Тогда почему он так ненавидит видящих?

Парень посмотрел на меня через дымку разгоравшегося костра:

– Иногда проще ненавидеть, чем принять судьбу. Особенно если боль от потери слишком велика, чтобы с ней справиться.

Хруст веток под ногами заставлял морщиться. И как мои спутники умудряются шагать почти беззвучно? Я покосилась на Лавра и, к своему стыду, облегченно выдохнула – не одна я такая неуклюжая.

– Скоро уже должен встретиться патруль, – предупредил меня внимательно осматривавший окрестности Ник. – Будут о чем-то спрашивать – молчи. Я сам им все объясню. Пока скажем, что ты из дальнего поселения. Шла с группой переселенцев – такие у нас тоже бывают, – но на вас напала стая тварей, и ты одна выжила. Старейшине, конечно, придется сказать правду – он ложь печенкой чует, – но это не значит, что все остальные должны быть в курсе.

– Ребят, я в кустики. Мэй, тебе не надо?

– Нет, Керта, я не хочу.

Девушка кивнула и направилась за ближайшие кусты. Как бы не было неудобно, но в таких случаях мы всегда предупреждали друг друга и старались не отходить далеко от группы. Более того, все в этот момент становились более собранными и внимательно осматривали окрестности – никто не хотел, чтобы в самый интересный момент на него или его спутников напала какая-нибудь тварь, и страховали друг друга.

Внезапно девушка вскрикнула, и мне показалось, что земля ушла из-под ее ног. Раздался надсадных хрип и стон. Первым смог скинуть с себя оцепенение Ник и бросился к месту, где она пропала, а потом уже подоспели и все мы.

На дне вырытой ямы, утыканной заточенными арматуринами, лежала Керта, а из ее тела торчало сразу несколько штырей. Она еще пыталась что-то сказать, но странно забулькала и из ее рта полилась кровь. Глаза девушки закатились, и в следующий момент она окончательно обмякла. Все произошло так быстро и казалось столь нереальным, что мозг отказывался верить в увиденное.

Меня затрясло и…

– Мэй! Мэй, проснись!

– А!

– Тише, тише. Что случилось? Ты вся дрожишь и плачешь. Тебе что-то приснилось?

Только тут сон, наконец, выпустил меня из своих липких щупалец. Я поняла, что меня обнимает и гладит Керта, с которой мы спали под одним одеялом, а рядом переполошились ребята.

Облегчение было таким сильным, что я разрыдалась и вцепилась в бедную девушку так сильно, что она даже пискнула.

– П-прости, – смогла, наконец, выдавить я.

– Да ничего страшного! Что тебе такое приснилось?

– Н-не важно, – всхлипнула я. – Главное, что это был всего лишь сон.

– Ну то же верно…

– Мэй, у тебя точно уже все хорошо? – внезапно спросил Лавр.

– Да, извините, ребят. Просто страшный сон.

– Водички дать? – проявил заботу и Ник.

– Нет, спасибо, не нужно.

Ребята еще немного повертелись и уснули, а я прижималась к Керте и боялась… Безумно боялась того, что это был не обычный дурной сон, навеянный тревогой и стрессом последних дней, а видение Видящей.

***

– Ты чего такая смурная? – Керта дружески толкнула меня в плечо кулаком.

– Да как обычно вроде, – не поднимая взгляда, шла я вперед.

– Ну, может, и как обычно, но вчера ты была как-то поживее.

– Устала, наверное, и не выспалась, – выдавила я вымученную улыбку.

– Может, попросить Ника сделать небольшой привал?

– Не нужно.

Внезапно шедший впереди Ник резко остановился и поднял вверх руку, сжатую в кулак – жест, требующий замереть на месте и не двигаться. Я прислушалась, но сначала ничего не услышала – только обычные звучи леса. Но потом уловила где-то впереди еле слышное странное пощелкивание чок-чок-чок-чок. Ник с Лавром очень медленно стали отступать назад к нам. Дождавшись, когда парни приблизятся, Керта, постоянно оглядываясь, сняла с плеч рюкзак и стала в нем тихо, но поспешно рыться.

– Быстрее! Чего ты копаешься? – еле слышно прошипел ей Ник, не сводя взгляда с места, откуда доносились звуки, явно приготовившись атаковать кого-то.

Я не понимала происходящего, но догадаться, что рядом бродит что-то опасное, было несложно. А потому судорожно вертела головой в попытке что-нибудь заметить. Лавр от меня не отставал.

Керта наконец нашла небольшую зеленую коробочку, на которой между двух динамиков имелся тумблер, которым она тут же и щелкнула.

Щелчок показался оглушительным, бьющим по напряженным нервам, и мы все вздрогнули.

Я ожидала, что сейчас из динамиков раздастся какой-то звук, но ничего не услышала, однако ощутила еле заметное давление на барабанные перепонки.

Нет, все же я никакая не видящая. Иначе точно бы увидела этот момент.

Сглотнула ставшую вдруг вязкой слюну и взглядом проследила, как по виску Ника скатилась капля пота – так он был напряжен.

Не знаю сколько мы так простояли, стараясь не шевелиться и даже дышать через раз, но наконец Ник кивнул Керте, и она выключила свой непонятный приборчик. Все выдохнули, но расслабляться не торопились.

– Кажется, ушел, – тихо произнес Ник.

– Уверен? – Лавр был бледен и до побелевших пальцев сжимал футуристического вида винтовку.

Она принадлежала Нику и Керте, он лично учил сестру стрелять, и потому мог доверить ей оружие. Тем более, что сам имел возможность защититься при помощи своих огненных способностей. Но в пути винтовка как-то сама собой оказалась у Лавра – видимо, таскать ее на себе Керта устала и в конце пути расслабилась и вручила ее парню. Не знаю, как стрелял он, но при виде воинственно сжимавшего в руках приклад Лавра желваки Ника заходили ходуном, а в сестру уперся тяжелый взгляд:

– Раз взяла оружие, будь добра нести за него ответственность от и до. Если знала, что не будешь им пользоваться – не нужно было брать, – сурово отчитал он Керту и посмотрел на Лавра. – Отдай ей винтовку, она хотя бы умеет из нее стрелять. И да, насчет картанайра я уверен быть не могу, но, думаю, если он до сих пор не напал, значит пугалка сработала.

Я проводила взглядом зеленую коробочку, исчезающую в недрах рюкзака Керты, и вопросительно посмотрела в глаза девушки.

– Инфрозвук, – тихо объяснила она.

– Иногда он помогает, если особь молодая, – пояснил Ник, проследив, как сестра надела рюкзак и перекинула ремень винтовки через плечо. – И не расслабляться. Мы еще не дома.

Дальше мы шли молча. Наконец, я не выдержала и спросила у шедшей чуть позади Керты:

– А как выглядит этот картанайр?

– Пф… Знаешь, это сложно объяснить. Я сама видела эту тварь лишь однажды после того, как ее с трудом смогли завалить сразу три группы ходоков. И не таких, как мы с Ником, а полноценных пятерок. – Девушку передернуло. – Там такая пасть, что куда там гризлеру! В общем, нам сегодня очень повезло, что удалось ее отпугнуть. А вот то, что она объявилась так близко от поселка – плохо. Скорее всего, на охоту опять будут собирать несколько групп. Нельзя, чтобы картанайр заматерел.

Как, оказывается, «весело» живется людям за стеной безопасного города.

Но согласилась бы я теперь вернуться в Ковчег и жить там как ни в чем не бывало?

Под ногами в который раз громко хрустнула ветка, и я поморщилась. И как мои спутники умудряются шагать почти беззвучно? Я покосилась на Лавра и, к своему стыду, облегченно выдохнула – не одна я такая неуклюжая.

– Скоро уже должен встретиться патруль, – предупредил меня внимательно осматривавший окрестности Ник. – Будут о чем-то спрашивать – молчи. Я сам им все объясню. Пока скажем, что ты из дальнего поселения. Шла с группой переселенцев – такие у нас тоже бывают, – но на вас напала стая тварей, и ты одна выжила. Старейшине, конечно, придется сказать правду – он ложь печенкой чует, – но это не значит, что все остальные должны быть в курсе.

Дежавю? Противно засосало под ложечкой и сердце забухало в груди, как сумасшедшее, когда Керта сказала:

– Ребят, я в кустики. Мэй, тебе не надо?

– Нет, – сами собой вылетели слова из враз пересохшего горла.

Неужели мой сон – это видение, которое сейчас претворится в жизнь? Нет! Только не это! Я не хочу видеть Керту распятой и умирающей на металлических штырях. Не хочу! Но, может, это был всего лишь кошмар, который не имеет ничего общего с реальной жизнью, и мне все только показалось?

Но ведь еще пара ее шагов – и это случится!

Я видела, как Керта уверенно идет к кусту, точно такому же, как и в моем сне, и только тут осознала, что сейчас просто уступаю своему малодушию, которое скулит о том, что если Ник узнает, что я видящая, то навсегда меня возненавидит.

Но при чем тут Ник, если прямо сейчас умрет Керта?!

Паника ударила в голову так остро, что я закричала:

– Керта, стой! Стой, где стоишь, слышишь?! Вперед нельзя!

– Что? Где? – девушка резко остановилась, перехватила с плеча винтовку и заозиралась по сторонам.

Ребята застыли, прислушиваясь и готовясь отразить внезапное нападение. Несколько долгих секунд все напряженно вслушивались и вглядывались в пространство, а потом скрестили на мне недоумевающие взгляды, под которыми я внезапно оробела, но обреченно сказала:

– Там глубокая яма с заточенной арматурой. Если Керта сделает еще пару шагов, то упадет в нее.

– Откуда ты знаешь? – нахмурился Ник, сверля меня взглядом.

Я же не могла найти в себе моральных сил поднять на него глаза.

– Я… Я видела сегодня сон.

– Сон? При чем тут какие-то сны? Или… – он явно начал догадываться.

И какой теперь смысл скрывать?

– Моя бабушка – видящая, – начала я тихо, но чем дальше, тем громче. – Отцы-основатели считали, что я тоже видящая. Сама я совершенно в этом не уверена, но сегодняшний сон… Все слишком похоже! Понимаешь? Слово в слово! Даже куст этот долбанный такой же! – я уже почти кричала, посмотрев, наконец, в газа Нику и взмахами руки указывала в ту сторону, где стояла его сестра. – Если я все же видящая, то она умрет, если сделает еще хотя бы пару шагов! Понимаешь?! – Понять что-либо по глазам парня было невозможно, не выдержав, я перевела взгляд на Керту: – Отойди оттуда, а? Прошу тебя! – я уже чуть не плакала.

Керта кивнула и, медленно пятясь и пытаясь рассмотреть, есть ли впереди та самая яма с кольями, вернулась к нам.

Все это время я чувствовала на себе испытующий взгляд Ника. Наконец, он сказал:

– Стойте здесь, я проверю, – и осторожно направился туда.

Меня словно кипятком облили: неужели теперь в яму вместо Керты попадет ее брат? Как вообще работает эта способность? Может, сегодня все равно кто-то обязан умереть, и, спасая одного человека, я подставляю другого?

Голова шла кругом, меня начало потряхивать, а Ник продолжал шагать вперед.

– Ник, может, не надо? – почти проскулила я.

Перед глазами так и стояла картинка из сна с окровавленным телом на дне ямы.

Он обернулся и зло на меня зыркнул. Керта, видя мое состояние, обняла и погладила по плечу, но брата не остановила:

– Мэй, мы все равно должны проверить, есть ли там яма. Мы уже почти подошли к границе действия патруля, а это значит, что сюда забредают люди, и могут в нее упасть.

Внезапно парень остановился, встал на одно колено и начал что-то ощупывать.

– Здесь явно есть хорошо замаскированная ловушка. Не удивлюсь, что в поселении уже узнали о картанайре и сделали такие в вероятных местах его появления. Но почему это место не отмечено условными знаками? Не понимаю… – Он начал разгребать маскировку ловушки. – А яма-то большая… Колья заточены со знанием дела.

Керта посмотрела на меня со смесью благодарности, восторга и испуга:

– Спасибо, Мэй!

– Эй! Что это ты там делаешь, поганец?! – раздалось хриплое за нашими спинами.

Керта развернулась и схватила винтовку наизготовку так быстро, что я не успела и глазом моргнуть.

А позади нас стояло трое странного вида мужчин. Еще двух я заметила поодаль. Все они были с оружием, которое выглядело еще необычнее, чем винтовка ребят.

И все же, испугавшись, я не сразу поняла, что в них показалось мне таким странным.

– Что значит, что я делаю? – Ник встал, быстрым шагом приблизился к нам и вышел вперед, загораживая собой. Лавр опомнился и последовал его примеру. – Это вы установили ловушку?

– Мы! А ты сейчас ее рушишь! Хочешь, чтобы в поселение пришел в гости картанайр? – прорычал самый большой и бородатый из них.

Таких огромных людей я еще не видела. Мужик был не тучным, а просто большим и жутко волосатым.

– Знаешь, дядя, вы хуже любого картанайра! Моя сестра чуть не попалась в вашу ловушку вместо него! – яростно прошипел на это Ник. – Где, мать вашу, предупреждающие знаки?! Где хоть что-то, что предупредило бы о наличии опасности?! Или мутерам закон не писан? Так и сидели бы в своем Мертвом городе, чего сюда приперлись?!

Ника явно несло.

– Ты бы полегче с высказываниями, сосунок, – оскалился на это здоровяк, и я с ужасом осознала, что его зубы выглядят, как самые настоящие клыки хищника!

– Где предупреждающие знаки, здоровяк?! – точно так же подался вперед и оскалился Ник.

– А кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывался? – проревел тот в ответ.

Мне было страшно наблюдать, как эти двое орут друг на друга. Казалось, стоит только волосатому взмахнуть рукой, больше похожей на лапу, и по траве покатится голова Ника. А тот, вместо того чтобы отступить и как-то сгладить ситуацию, лез на рожон!

Я заметила, как задымились его сжатые кулаки – парень явно из последних сил сдерживал ярость.

– Хватит, – внезапно раздавшийся рядом с драчунами холодный резкий голос невысокого щуплого мужчины с очень бледной кожей и узкими змеиными зрачками заставил всех вздрогнуть и резко успокоиться. – Мы виноваты и приносим извинения. Рик, иди наноси предупреждающую краску, – отдал он приказ третьему мужчине с красной кожей и угольно-черными глазами, который с интересом посматривал в нашу с Кертой сторону и держал в руках какой-то баллончик. – Медведь, хватит скалиться, иди поправь ловушку.

Здоровяк ожег Ника неприязненным взглядом и неохотно направился вперед.

– Меня зовут Квикард, а это моя команда: Рик, Медведь, Свэн и Лайм, – спокойно представился мужчина. – Мы с группой впервые в ваших местах и не догадались узнать о принятых у вас условных обозначениях. Вот, смотри, – он указал пальцем куда-то в сторону куста и стоявших рядом деревьев, – видишь насечки? – Ник кивнул. – Так опасные места обозначаются у нас. Сейчас нанесем и вашу специальную краску.

– Меня зовут Ник, это Лавр, Керта и Мэй, – после небольшой паузы представил всех нас парень.

Раздувать конфликт и дальше было неразумно.

– Вы не из Мертвого города? – с интересом спросил Лавр. – Там вроде бы все в курсе наших обозначений.

– Мы из других мест, – уклончиво ответил мужчина.

На этом мы с ними и распрощались. А я пожалела, что так и не рассмотрела Свэна и Лайма – любопытство так и грызло: какими еще могут быть эти мутеры?

Но любопытство любопытством, а я пока так и не поняла, что о моем даре думает Ник. Он быстрым шагом шел впереди, стремясь поскорее увести нас подальше от ходоков-мутеров.