Глава 29. Любитель русской аристократии

Александра надеялась, что, как всегда, передаст задание через Евгению Львовну, но женщины на месте не оказалось, зато в кабинете, вальяжно развалившись за своим столом, сидел Ник. Перед ним стоял открытый ноутбук, а на лице сияла улыбка. Увидев эту картину, Саша поморщилась: наверняка, с такой довольной улыбкой тот пялился на фото девушек в социальных сетях, но никак не в отчёты или прочие документы.

Услышав, что кто-то вошёл, Бриллиантов отвлёкся от экрана.

— Александра! — воскликнул довольно он.

Ник явно соскучился по ней. Его голос и весь внешний вид открыто сообщали об этом.

— Я… — на мгновение растерялась Шереметьева. — Я принесла задание.

Парень расплылся в улыбке. Встав из-за стола, он засунул руки в карманы. Его блестящие глаза, внимательно изучавшие Сашину фигуру, задержались на её лице. Синяк и ссадины явно вызвали неподдельный интерес.

— Да? — заигрывая, спросил Ник. — Вы должны были принести его ещё перед первой парой, не забыли? Кстати, почему Вы не пришли на занятие?

Немного нахмурившись, Александра ответила:

— Я… У меня появились срочные дела.

Бриллиантов усмехнулся. Он видел, что она врала.

— Неужели? И какие такие срочные дела заставили Вас пропустить важную лекцию, которая может повлиять на Ваш диплом?

Саша сжала руки в кулаки. Ей надоело постоянно слушать его угрозы относительно своего диплома.

— Вы кого-то выручали из беды? — продолжал язвить он.

Закрыв глаза, Шереметьева глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

— Задание на флешке, в папке «Дипломная работа», — произнесла спокойно она, посмотрев на самодовольное лицо молодого преподавателя.

— Ну, так пройди и покажи мне.

Ник вытащил одну руку из кармана брюк, жестом указав на свой ноутбук. Саша понимала, для того чтобы попасть к его рабочему месту, ей придётся пройти мимо него, а это было плохой идеей. Очень плохой, да к тому же, имеющей неприятное продолжение.

— Нет, — сглотнув, ответила она. — Там всего лишь одна папка. Вы не запутаетесь.

Александра протянула ему руку, на ладони которой лежала маленькая чёрная флешка с изображением пингвина.

— Ты меня боишься, что ли? — неожиданно спросил Ник, широко улыбнувшись, автоматически перейдя на «ты».

Он заранее знал ответ на свой вопрос. Поведение Саши возбуждало, заставляя его забывать о том, где они находились.

— Конечно, нет! — попыталась смело проговорить Шереметьева, заметив недобрый блеск в глазах Бриллиантова. — Просто меня ждут. Возьмите.

Он, улыбаясь, сверлил её взглядом. Чёрт бы побрал эту несносную девчонку! Ломается, словно первокурсница. Другая бы на её месте светилась от счастья, что попала в любимцы к преподавателю, а эта…

— Ну, что же, давай.

Николай сделал шаг ей навстречу. Едва только его пальцы коснулись крошечного пингвина, он резко схватил Александру за запястье и притянул к себе.

— Почему ты меня избегаешь, Саш? — спросил Ник, глядя в широко раскрытые глаза и обжигая своим дыханием её щёку. — Ты же знаешь, что я могу быть хорошим собеседником. Тебе же нравилось, как мы с тобой общались.

— Отпустите меня, Николай Вячеславович, — прошептала потрясённо Шереметьева.

— Ну, совершил я ошибку, с кем не бывает? — продолжал он, не слыша её слов. — Ты ведь не будешь отрицать, что тогда я тебе тоже понравился. Что изменилось за это время?

Саша попыталась вырвать свою руку, но хватка Бриллиантова была крепкой.

— Всё! — резко ответила она. — Вы никогда не были в моём вкусе, Николай Вячеславович. Тогда в клубе я просто немного перебрала и не смогла сразу рассмотреть Вашу подлую личину.

Ник злобно сверкнул глазами. Такого дерзкого отпора он не ожидал. Подняв свободную руку, Бриллиантов схватил Сашу за подбородок двумя пальцами и низким голосом произнёс:

— Ты по-другому запоёшь, когда я начну валить тебя на экзамене, а следом — на защите в конце года. Подумай хорошенько, от чего ты отказываешься и к чему это может привести.

Он стал медленно склоняться к её губам. Инстинкты самосохранения включились автоматически и, недолго думая, Александра, что было сил, наступила ему на ногу, отвлекая внимание от себя. Нескольких секунд растерянности Ника ей хватило, чтобы вырвать руку из его цепкой хватки и броситься к выходу из кабинета.

Она выскочила в коридор, захлопнув дверь. Сердце бешено стучало, словно у маленького загнанного зверька, однако страха не было. Лёгкий испуг — да, но не паника, как в тот раз, когда на неё напал Корчагин. Саша знала, что Ник не бросится за ней вдогонку. Он слишком дорожил своей репутацией, чтобы портить её из-за чересчур взыгравшихся гормонов.

Александра пыталась успокоиться, чтобы, не дай Бог, не привлечь внимание Кая. Господи, да что с ней не так-то? Она закрыла лицо руками. Почему на неё все бросаются, как будто она мёдом намазана? Сделав несколько быстрых вдохов и выдохов, Шереметьева отошла от дверки и собралась пойти к Каю, который сидел в холле, ожидая её возвращения.

Заметив, что Саша вышла из кабинета, он встал, направившись ей навстречу. Его немного удивило, что она все ещё стояла у кафедры, подперев дверь спиной, и о чём-то думала. Прошло несколько секунд, прежде чем девушка двинулась в его сторону.

Она успела пройти половину пути, как вдруг дверка широко распахнулась, и в коридоре показался тот самый любитель русской аристократии. Он сделал несколько шагов в сторону Александры. Кай успел подойти достаточно близко, чтобы услышать, что тот сказал обернувшейся Шереметьевой.

— Ты всё равно ляжешь! Не сейчас, так к концу года, когда наступит пора пожинать плоды твоей учёбы в универе.

Ник был зол. Он даже не подумал о том, что кто-то, кроме Александры, мог услышать его слова. Саша стояла, не двигаясь, а спустя несколько секунд за её спиной раздался тихий голос:

— Всё хорошо?

Подпрыгнув от испуга и неожиданности, она обернулась. Кай выглядел спокойным, но в глазах полыхала ярость. Интересно, он услышал, что бросил ей вслед Ник? Судя по выражению его лица, всё от начала и до конца.

— Да, я… Я всё отдала, — поспешила ответить Александра. — Мы можем идти.

С этими словами она собралась пройти мимо Кая, уводя его за собой, но тот не сдвинулся с места, не сводя с Бриллиантова хищных глаз. Ник, в свою очередь, также пристально смотрел на него, гадая, какую часть из его слов тот успел услышать. Видя, что незнакомец не собирался уходить, он понял, что до него дошло всё, что было сказано в адрес Шереметьевой.

Архипов улыбнулся краешком губы своей холодной улыбкой. Значит, ждать подходящего момента для «беседы» с любвеобильным преподом уже не нужно. Он ещё не успел отойти от утренних разборок, а тут подвернулся ещё один нежелательный элемент, портивший жизнь его девушке. "С каких это пор она стала твоей?" — прошептал внутренний голос, но Кай затолкал его куда подальше, чтобы тот не мешал ему продолжать сеять зёрна правосудия.

Он резко сорвался с места и в мгновение ока оказался рядом с Бриллиантовым.

— Кай! — только и успела проговорить Саша, но было уже поздно.

Ей оставалось лишь наблюдать за тем, как тот одним резким и точным движением прижал Ника к стене, надавив на шею сильной рукой. От бывшей смелости не осталось следа. Бриллиантов испытывал страх, и Александра прекрасно понимала, почему.

— Что Вы себе позволяете? — прохрипел он, пытаясь сделать вдох.

Кай ухмыльнулся. Спокойно, как будто и не держал никого, он произнёс, проигнорировав заданный ему вопрос:

— Знаешь, как говорят? В чужой постели всегда хуже спится.

Бриллиантов молчал, начиная краснеть от нехватки кислорода.

— А это не есть хорошо, — продолжал Архипов, не сводя с него ледяных глаз. — Потому что в этом случае ты не сможешь видеть сны. А вдруг они окажутся вещими?

— Отпусти меня, — прохрипел Николай, сделав попытку освободиться от руки напавшего на него студента, но у него ничего не получилось.

— Кай, отпусти его! — подбежала к ним Шереметьева. — Пожалуйста.

Но Архипов ничего не ответил. Он смотрел на наглого преподавателя, который был всего лишь на несколько лет старше его самого.

— А знаешь чем хороши вещие сны? — спросил Кай, надавив на шею Ника чуть сильнее. — В них можно получить предупреждение и успеть избежать неприятностей.

— Убери… руки.

— Считай, что сегодня — я твой вещий сон наяву, — продолжал он. — И я тебя предупреждаю: не оставишь её в покое, окажешься на больничной койке в царстве снов и кошмаров, любитель дворян. Ты понял?

— Д-да, — кое-как выдавил из себя Ник.

Кай расслабил руку и отпустил свою жертву. Бриллиантов согнулся пополам, восполняя нехватку кислорода.

— Считай, что я вызвал тебя на дуэль и промахнулся, — бросил ему Архипов. — Но в следующий раз, будь уверен, промаха не будет. Даю слово дворянина.

После этого он повернулся к Саше. На его лице снова появилась та самая улыбка, которая ещё несколько минут назад сводила её с ума.

— Проблема с твоей учёбой решена, — сказал Кай, пожав плечами. — Можешь спокойно заниматься, не боясь за судьбу и цвет своего диплома.

Шереметьева пребывала в состоянии глубокого потрясения не только от увиденного, но и от услышанного. Она пару раз моргнула, глядя Каю в глаза, а потом перевела взгляд на Ника, который, выпрямившись во весь рост, направился назад к кафедре.

Когда он скрылся в кабинете, Саша покачала головой. Её лицо было полно отчаяния.

— Ты… Он… Ты только что лишил меня возможности успешно сдать ГОСы. Он не оставит меня в покое. Теперь точно нет.

Её голос казался таким тихим и настолько пропитанным горечью, что Кай на секунду растерялся. Она смотрела куда-то в пространство, не обращая на него внимания. Это состояние длилось недолго. Как только пауза затянулась, и тишина стала казаться неудобной, Александра подняла на Кая глаза, тихо добавив:

— Свидание отменяется. Я… Я боюсь оставаться наедине с таким неуравновешенным человеком, как ты. Прости.

Она обошла его и быстрым шагом направилась к холлу, где лежали её вещи. Не оглядываться! Не позволять себе дать слабину, чтобы, не дай Бог, не вернуться назад! Её переполняли противоречивые чувства. Когда она думала, что кто-то поможет ей с проблемой по имени Бриллиантов, Саша не предполагала, что всё может обернуться именно так. После этого разговора её шансы нормального общения с Ником свалились на самое дно и достать их оттуда теперь, наверное, не представлялось возможным.

Схватив сумку и куртку, девушка пошла к лестнице. Хотя, с другой стороны, иного он не заслужил. Теперь Бриллиантов точно бросит все свои попытки уложить её в постель, однако, что касается учёбы… Всё станет хуже, чем было. Александра покачала головой. Она только избавилась от одних неприятностей, как тут же нарисовались другие.

Когда Саша спустилась на первый этаж, она успела остыть, и понимание того, что ведёт себя, как полная дура, стало давить на плечи. Его никто не просил ей помогать, но Кай сделал это уже в который раз. А чем отплатила она? Оставила его одного в растерянности, которая уже наверняка успела смениться злостью и презрением к ней. Чёрт!

Крепко сжимая кулаки, Александра шла к выходу из здания, в глубине души надеясь, что Кай простит ей её вспыльчивый характер и необдуманные, вызванные эмоциями и переживаниями действия. Если же нет, то в этот раз примирительный ужин придётся устраивать ей.

Кай забросил руки за голову, скрепив их в замок. Он ходил по коридору взад и вперёд, пытаясь успокоиться и взять бушующие эмоции под контроль. К её необдуманным поступкам и принципу «Сначала действуй, а потом думай» Кай уже привык. Его удивляло лишь одно: как, с её везением и отношением к проблемам, она дожила до своих двадцати и не нашла приключений сродни тем, которые выпали на её долю в последнюю неделю?

Бежать за ней Архипов не видел смысла, потому что и он, и она находились на взводе, а учитывая, какой характер был у обоих, хорошим их разговор ничем не закончится. К тому же, свой лимит уступок Кай уже исчерпал, и теперь боялся, что сможет сорваться, пытаясь доказать свою правоту.

По глазам Бриллиантова он понял, тот больше не намерен портить жизнь своей студентке, если, конечно, не обладал врождённым бессмертием и не боялся повторного разговора на повышенных тонах. А он точно не обладал, потому за эту область, откуда исходили проблемы Шереметьевой, Кай не беспокоился.

Второй источник негатива, коим являлся Корчагин, он списал со счетов как минимум на неделю, а то и на две, пока тот окончательно не придёт в себя. Значит, у Кая оставалась лишь одна проблема, справиться с которой он собирался ближайшим же вечером.

Александра отменила свидание, это верно, но сам-то он ничего не отменял. Идти на поводу у той, которая поддавалась эмоциям быстрее, чем включался её мозг, однозначно не входило в его планы. По крайней мере, сегодня…