Глава 49. Через тернии к звёздам

Утро началось позже, чем обычно. Бестужев понял это по солнечным лучам, пытавшимся пробраться через светлые шторы в комнате Саши. Он повернул голову и увидел, что она ещё спала. Её лицо было спокойным, а дыхание — ровным.

Кай улыбнулся и аккуратно убрал прядь волос со щеки Александры, продолжая изучать её влюблёнными глазами. У него ещё ни разу не было такой возможности в череде их бесконечных ссор и тех событий, которые чуть не развели их в разные стороны.

Даже во сне, когда все эмоции дремали, Саша казалась ему яркой и сияющей, словно маленькая звезда, до которой он смог добраться, пройдя через всю ту грязь и боль, наполнявшими его жизнь. Чистая, светлая, ранимая, но такая независимая… Они были чем-то похожи с Лесей. Разница заключалась лишь в том, что их первоначальные цели сильно отличались друг от друга.

Однако Кай ни о чём не жалел. Что бы ни хотела сделать Олеся Гордеева, какое бы задание ей ни поручил отец, он был благодарен ей за то, что она в конечном итоге помогла ему расставить сбившиеся приоритеты по своим местам. Ценой своей жизни, но это оказалось достойной платой за её корысть и враньё. Бестужев нахмурился. Неприятные слова, но в том мире, где жил он и куда влезла она, действовал такой уклад: услуга — результат — оплата. «Чёрное» и «белое». Никаких оттенков. Никаких исключений. Ни для кого.

Она всегда будет занимать в его сердце отдельное место, потому что именно благодаря ей он оказался в этом городе; благодаря ей принял решение пойти учиться; и именно благодаря ей встретил Александру. «Заставив окунуться с головой в свой чёрно-белый мир, придурок, ты чёртов!» — бунтовался внутренний голос. — «Ты сам погряз во всём этом дерьме и тянешь туда всех, кто встретится на твоём пути, лишая их права выбора».

Кай нахмурился. Нет… Саша сама приняла это решение, потому что любит его. Уголок губы подёрнулся в едва заметной улыбке. А раз так, то он сделает всё, чтобы она никогда не пожалела об этом.

С самого начала Кай думал, что хотел лишь одного: мести. Но теперь всё изменилось… Он изменился. Изменился в тот самый момент, когда понял, чем пожертвовала Александра ради него. Прошлое должно оставаться в прошлом, иначе путь к будущему будет закрыт. Когда достигнешь цели, понимаешь, что путь и был целью… Только теперь Кай начинал понимать, сколько смысла несло это высказывание.

Его целью была не месть, как он всегда думал, а скрытое желание уйти от всего, чем окружил его Пётр Бестужев. Да, возможно, по началу назло ему. Открыто, заметно, эффектно, чтобы тот злился, как сам чёрт. Но так было до тех пор, пока Кай не получил то, чего так долго хотел и искал. Он вырвался из размышлений и снова посмотрел на спящую девушку.

Вот она, его истинная и единственная цель. Наверное, ради неё Судьба заставила его прочувствовать на собственной шкуре, что значило потерять близкого и любимого человека, чтобы из заносчивого эгоиста с проблесками человечности он смог стать тем, кем являлся сейчас. Если бы не те жестокие уроки, преподанные ему жизнью за последние несколько лет, Александра никогда бы не стала его девушкой, за которую он был готов пожертвовать всем. Даже своей войной с Петром, о которой он грезил все эти три года, с мыслью о которой засыпал и просыпался каждый Божий день.

Лицо Бестужева стало серьёзным. Он нахмурился и коснулся фалангой указательного пальца Сашиной щеки. Она улыбнулась и, открыв глаза, сказала:

— Это более, чем неприлично пялиться на человека, когда он спит.

Парень фыркнул и ответил ей такой же тёплой улыбкой.

— Было бы куда более неприлично, если бы я сначала разбудил тебя, а потом начал, как ты говоришь, пялиться.

Александра негромко рассмеялась, снова закрыв глаза.

— Нет, так точно не нужно делать.

— Ну вот. Так что можешь отдыхать, а я продолжу молча любоваться тобой. Ну или «пялиться», как тебе будет угодно.

Она широко улыбнулась, чувствуя, что он и впрямь продолжал на неё смотреть. Шутки с утра — это последнее, что Саша ожидала услышать. Вспомнив слова Кая, которые он произнёс прошлым вечером, её лицо тут же стало серьёзным. После короткий паузы, открыв глаза и посмотрев на него, она тихо спросила:

— Кай, о чём вы говорили с Архиповым?

Упомянув эту фамилию, Александра испытала чувство «дежавю», поскольку именно под ней он был известен, пока не вскрылась вся правда. Лицо Бестужева помрачнело. Он понимал, что рано или поздно ему всё равно пришлось бы рассказать об этом, но он не думал, что это произойдёт так скоро.

Делая вид, что начатый разговор не имеет большого значения, Кай пожал плечами и ответил:

— Он рассказал мне о некоторых деталях моего прошлого.

Саша сощурила глаза, зная, что это обычная отговорка. Одна из тех, которые он всегда использовал, чтобы ответить на вопрос, не давая при этом никакой информации.

— Кай…

Он отвёл глаза в сторону. Ясное дело, такой ответ ей не понравился! Не после того представления, которое он устроил вчера. Чёртов слабак! Не мог потерпеть, пока эмоции сойдут и останется чистый и холодный разум?

Бестужев молчал, ощущая её взгляд на себе. Александра ждала, когда он соберётся с мыслями. Господи, да она изучила его вдоль и поперёк! От этой мысли на губах появилась улыбка. Придя наконец к выводу, что он не имеет — теперь уже не имеет — никакого права молчать, Кай снова повернулся к ней и сказал:

— Влад рассказал мне правду. Не думаю, что он врал. В противном случае, он — хороший актёр, а я перестал разбираться в людях. Одним словом, теперь я точно знаю, что мой отец…

Он нахмурился.

— … что Пётр Бестужев напрямую виноват в смерти моей матери.

Александра не сводила с него внимательных глаз.

— Это ведь не всё?

Кай ухмыльнулся.

— Ты это и так знал, — тихо сказала она. — И… Я уверена, что это не главная причина, по которой ты…

Саша искала нужные слова, но их оказалось так сложно подобрать.

— По которой я был похож на маленького мальчика, прибежавшего просить помощи?

В его голосе чувствовалось раздражение и презрение. Не к ней, а к самому себе за проявленную слабость при свидетелях.

— Я не это хотела сказать, — тут же ответила Александра. — К тому же, нет ничего плохого в том, что ты искал поддержки, Кай.

Её голос звучал мягко, и она не собирались выходить из себя, как это случилось бы раньше, когда она ещё совсем не знала его.

— Люди не могут всегда всё решать сами. Бывают ситуации, когда наличие рядом того, кто внушает тебе надежду, просто необходимо, как воздух. Не обязательно просить, если ты так этого боишься, достаточно только намекнуть.

Кай закрыл глаза. Ему хотелось рассказать, а не просто намекнуть, но взваливать ещё и это на её хрупкие плечи он не желал. Достаточно того, что он сам страдал от этого знания. Пусть всё так и остаётся. Время лечит, значит, скоро боль пройдёт, а Саша поможет залатать оставшиеся шрамы. Сестра должна остаться в её памяти именно такой, какой она её запомнила.

Однако помимо предательства Леси, было ещё кое-что, что разъедало душу изнутри, не давая покоя.

— Все эти двадцать три года Архипов знал о том, что я — его сын, — посмотрел Кай на Александру. — Он наблюдал со стороны за тем, в кого я превращаюсь, и ничего не делал. Ни-че-го!

На его лице появилась горькая улыбка.

— А вчера он предложил мне признать его отцом, представляешь? Сказать ему: «Здравствуй, папа! Как я рад, что ты меня нашёл! Давай забудем обо всём и станем жить долго и счастливо, сея беспредел, но только теперь под фамилией Архипов, а не Бестужев».

Он замолчал. Саша не решалась нарушить тишину, потому что догадывалась, что это ещё не всё. И она оказалась права. Спустя некоторое время Кай продолжил:

— Я не знаю, как мне быть, Саш. Он такой же, как и мой отец. Мой бывший отец. Чёрт!

Он фыркнул, а с губ сорвался нервный смешок.

— Надо клеймить их: «образец один» и «образец два».

Когда этот внезапный эмоциональный порыв прошёл, Кай снова стал серьёзным.

— Но в одном из всего того, что он мне рассказал, я уверен точно. Он любил мою мать.

Парень посмотрел на Сашу.

— И до сих пор любит. У Архипова есть чувства. Он — не холодный и расчётливый убийца, лишённый сострадания. Влад не идёт по головам, чтобы достичь своей цели. Это меня и сбивает с толку. Я не привык к таким людям.

После короткой паузы, Кай добавил:

— Хотя свой интерес в этом деле — в моей борьбе против отца — он явно имеет. Скорее всего, это месть, а я — разменная монета.

Александра покачала головой. Архипов не произвёл на неё впечатление коварного человека. Да, его внешний вид кричал о том, что он не был «простым смертным». Однако в то же самое время от него не исходила опасность, как от того же самого Алекса, когда она впервые увидела его в «Эль-Леоне».

— Но ты же не знаешь этого наверняка, — проговорила, наконец, она.30f6fc

Кай покачал головой.

— Не знаю. Это меня и раздражает. Он посвящён во все детали моей жизни, а я, кроме его имени и того факта, что он — мой биологический отец, не знаю ни черта! Не хочу, чтобы меня опять использовали.

— Опять? — переспросила удивлённо Саша.

Бестужев выругался про себя. Болтливый придурок! Давай, начинай снова врать, если не можешь держать язык за зубами!

— Манохин прикинулся заботливым дядей, — проговорил Кай, пытаясь уйти от правды о её сестре. — А сам, прикрываясь своей добротой, медленно шёл к своей цели, держа меня под рукой, как гарант успеха. Когда пришёл момент, он раскрыл карты, но не с пользой для меня, а для себя. Они оба знали, что у меня не будет другого выбора и я приму их предложение выступить против Петра. На их условиях, не на моих.

Кай печально посмотрел на Сашу.

— Неужели я такой предсказуемый?

Она улыбнулась и коснулась ладонью его груди, где находилась маленькая татуировка в виде лилии.

— Нет, Кай. Просто они знают, что ты никогда не попросишь помощи до тех пор, пока дела не станут совсем плохи. Кирилл Евгеньевич достаточно проницательный человек. К тому же, им тоже движет чувство мести за смерть сестры. Кому, как не тебе, хорошо знать, что строя планы отмщения, всегда выбираешь надёжных союзников или действуешь в одиночку.

Подняв на него глаза, Саша продолжила:

— Значит, ты и впрямь сильный союзник, если они раскрыли секрет, который хранился ими обоими больше двадцати лет. Им важно, чтобы ты был рядом, потому они хотят перетянуть тебя к себе.

Кай согласно кивнул.

— Единственное, что не позволило мне сразу послать его к чёрту, — сказал он, — так это то, что им движут чувства, а не сухой и холодный расчёт. Он всё связывает с образом моей матери, в то время как Пётр действует исключительно в своих собственных интересах, не обращая внимания на «случайные» жертвы, в числе которых могут оказаться его близкие люди. Хотя я сильно сомневаюсь, что на этом свете есть хоть кто-то, кого он любит, кроме себя самого, своих денег и безграничной власти.

Немного помолчав, Бестужев спросил:

— И знаешь, что самое паршивое во всём этом? Что я хочу ему верить. Хочу, чтобы Влад оказался именно таким, каким я его вижу. Пускай криминальным авторитетом, чёрт бы с ним, но не лишённым чувств.

В комнате снова стало тихо. Саша поняла, что это было главным, что беспокоило Кая во всей этой истории с отцовством. Всегда такой сильный, самостоятельный, независимый… Однако, как ни крути, но он так же, как и все, нуждался в семье, которой у него никогда не было.

— Тебя никто не заставляет принимать предложение Архипова прямо сейчас, — проговорила тихо Александра, изучая задумчивое лицо Кая. — У тебя ещё есть время. Используй его, чтобы узнать Влада получше. Может быть, его мотивы и правда благородны.

Нахмурившись, она добавила:

— Если здесь вообще уместно говорить хоть о каком-нибудь благородстве.

Кай улыбнулся. Тень сомнения ушла с его лица, но глаза остались такими же печальными и задумчивыми. Коснувшись её щёки, он тихо сказал:

— Не представляю, что бы я делал без тебя. Ты придаёшь мне сил, не давая сломаться тогда, когда всё уже кажется потерянным и выхода нет.

С этими словами он склонился к ней, накрыв своими губами её губы.