Глава 45. Роковое упущение

— Моя реакция оказалась почти такой же, как твоя, когда я получил этот видеофайл от Арсения, — произнёс Бестужев, привлекая внимание всё ещё потрясённого Кая к себе. — И да, кстати, я очень рад, что ты хорошо провёл эти дни в её обществе.

Встретившись с его мертвенно-бледным лицом, Пётр продолжил:

— Ты ловко сыграл роль парня, который успешно забыл свою большую любовь, но, как я и сказал тебе однажды, меня очень сложно провести.

Мужчина замолчал, давая сыну переварить услышанное. Пока младший неподвижно смотрел на экран, слова отца медленно, словно змеи, пробирались к нужному отделу головного мозга, а тот, в свою очередь, начинал потихоньку приходить в себя, подавая признаки жизни и выстраивая логическую цепочку дальнейших действий. Только бы Пётр подольше смаковал свою победу…

— Ты такой же, как и твоя мать-шлюха.

Тело парня напряглось, но Бестужев не заметил этого, продолжая восхищаться своим умом и сообразительностью.

— Тебе нужны чувства. Они делают тебя сильным, что ты успел наглядно доказать прошлой осенью, однако они же являются твоим слабым местом. Жаль…

Пётр покачал головой, отводя взгляд от сына. Кай почувствовал это. Словно тяжёлый гнёт, давивший на него всей своей мощью, свалился с плеч. Он воспользовался этим, чтобы проглотить ком в горле и хищно сощурить глаза. Как же он забыл проверить дом на наличие камер в этот раз? Он же, мать его, каждый раз делал это, приезжая туда! И там всегда было чисто. Чисто, чёрт бы его подрал! Всегда, но не теперь…

— Хотя в наличие этих розовых соплей между вами есть свой плюс.

Пётр снова, ликуя, посмотрел на младшего.

— Теперь я точно знаю, как удержать тебя при себе. На тот случай, если ты решишь выкинуть что-то ещё, к чему я не буду готов.

Кай резко оторвался от ноутбука и посмотрел на Бестужева.

— Я тебе уже говорил… — начал он хриплым голосом, но тот успел перебить его, хлопнув ладонью по столу.

— Хватит! — рыкнул Пётр. — Найди в себе смелость признать то, что и так очевидно! Ты до сих пор любишь девчонку, и твоё трепетное к ней отношение чётко прослеживается на этом видео. Ты, кстати, неплохой любовник.

Его губы растянулись в усмешке, а в глазах Кая полыхнул огонь. «Держать себя в руках и действовать по плану, мать твою!» — убеждал внутренний голос, борясь с желанием парня наброситься на своего отца.

— Могу тобой гордиться, — продолжал язвить Бестужев. — Теперь ясно, почему она вцепилась в тебя и не желает отпускать. Думаю, что «ласки» Алекса оказались не такими нежными, как твои.

Младший с силой сжал кулак. Костяшки пальцев хрустнули от напряжения, а рука едва заметно затряслась. ДЕРЖАТЬ СЕБЯ В РУКАХ!

Раз… Два… Три… Четыре…

В кабинете стало тихо. Пётр по-прежнему улыбался, не сводя глаз с сына. Каменное лицо и отсутствие каких-либо эмоций говорили Бестужеву о том, что его слова были правдой. Однако ему не терпелось услышать, что Кай скажет в своё оправдание на этот раз.

— Значит, любовь, а не семья, так, сын? — спросил с сарказмом в голосе Бестужев после короткой паузы.

Взяв сигару, он покрутил её в руке, а потом посмотрел на младшего.

— Пусть будет так. Что поделать, если твои папа и мама наградили тебя ими с лихвой. Я смирился с этим.

Кай встретился холодным взглядом с Петром.

— Даже, как видишь, отослал Алекса, чтобы он не мешал нам заниматься делами.

Пётр прикурил и откинулся на спинку кресла.

— Я не против того, чтобы твоя ненаглядная Шереметьева была рядом. Если это то, что тебе нужно, чтобы наконец успокоиться и стать тем, кем я всегда хотел тебя видеть. Пусть так и будет.

Сизый клубок дыма поплыл по кабинету, оставляя за собой терпкий табачный запах. Кай молчал, слушая, что ему говорил отец. Тело по-прежнему было напряжено, а нервы натянуты, словно струны. Короткий рывок, и он сорвётся. Мысли носились, цепляясь за каждое слово, произнесённое Пётром, но младший не мог собрать их вместе, чтобы увидеть картинку целиком и предугадать результат, к которому приведут его же собственные действия.

В голове мешались слова Саши о том, что она никогда не оставит его, и его собственные планы на их совместное будущее. Слова Бестужева доносились до него как сквозь туман, однако они тоже не были лишены смысла. Решение уже находилось близко, но ухватиться за него Кай не мог.

Как же он устал быть стратегом! Как же ему надоело рассчитывать свои слова и действия наперёд! Как же он хотел просто взять и нажать на курок, лишив всех тех, кто создавал ему проблемы, возможности дышать! Стать убийцей ради того, чтобы не приходилось больше так страдать и мучиться… Стать убийцей… Эта мысль заставила его содрогнуться, а перед глазами встали красные списки с кличками и фамилиями.

Ты уже давно повесил на себя это клеймо. Слова Петра имеют смысл… Принять его предложение значило стать палачом. Но нескольким жертвам — это одно, а карать неугодных до конца своих дней, прикрываясь при этом светлыми чувствами, делая вид, что всё хорошо — это совсем другое… Это не было выходом! Эти мысли растворились в воспалённом мозге, и их сменили другие…

Будущее от настоящего… А потому ты должен довести начатое дело до конца. Должен добиться того, к чему шёл всё это время. Должен! Должен, мать твою! Даже если для этого придётся убрать…

Кай прищурил глаза и едва заметно усмехнулся. Нет, даже подумать об этом было страшно… А ведь Пётр может попросить именно этого. И он попросит… Младший с силой сжал челюсти. От его ответа будет зависеть многое, в частности… Кай нахмурился. В частности, их отношения с Сашей. Это был выход! Одной пулей двух зайцев.

Последняя костяшка домино легла на своё место. Так будет лучше для всех, а самое главное — для него и его цели, ради которой, как сказал отец, можно пожертвовать всем. Его собственные интересы не в счёт. Размытые мысли наконец-то приобрели чёткие очертания. Только бы всё получилось! Только бы хватило сил сделать это!

— … и ссору вы умело разыграли, — голос Петра выдернул Кая из размышлений. — Значит, Орлов тебе успешно помогал в этой затее с украденной невестой. Браво! Достойны «Оскара» за свою гениальность.

Младший поднял ледяные глаза на Петра и ровным голосом начал:

— В моих действиях не было ни капли искренних чувств, а лишь холодный расчёт того, кого ты взращивал всё это время.

Брови Петра взметнулись вверх. Секунду в кабинете царило молчание, а затем его нарушил громкий смех Бестужева. Закинув голову назад, мужчина от души хохотал над тем, что только что услышал от сына.

— Кай…

Он переводил дыхание, чтобы сбавить раскаты смеха.

— Я думал, что у тебя всё же есть смелость, ум и находчивость. Но, как видно из твоих слов, я ошибся.

Младший смотрел на отца и его довольное лицо. Всё шло так, как он и думал. Насмешки, которые затем должны смениться гневом и пафосной речью в стиле Петра Бестужева, а за ними… За ними последует то, что Кай боялся увидеть даже во сне, не говоря о том, чтобы проходить через это наяву, но другого варианта заставить Петра наконец поверить ему не было, и уже не будет.

— Не скрою, её чудесное воскрешение сбило меня с толку. Я пытался гнать мысли о ней прочь, но…

Кай замолчал, пожав плечами.

— То, что здесь записано…

Он взглядом указал на ноутбук.

— Этого бы не случилось, не лезь ко мне Алекс со своей грёбаной подозрительностью вкупе с желанием задеть меня за живое.

С каждым произнесённым словом его речь становилась громче, а внутри появлялась уверенность. Уверенность в себе и в том, что он говорил.

Насмешка в глазах Петра сменилась любопытством. Склонив голову набок, он с интересом наблюдал за Каем и его попыткой придумать оправдание своим действиям. Их зрительный контакт ни на секунду не прерывался.

— Не отрицаю, я действительно хотел её.

Губы Кая искривились в усмешке.

— Чёрт, да я и сейчас её хочу, чего тут скрывать.

На лице Бестужева отразилось выражение немого вопроса «Да ладно?», однако сам он продолжал молча слушать младшего.

— Но не потому, что у меня остались к ней чувства, а лишь из-за того, что она действительно может доставить удовольствие в постели.

В кабинете снова стало тихо. Пётр потешался над словами сына и даже этого не скрывал. Кай не двигался, хотя и видел, что отцу явно нравилось наблюдать за его пустыми попытками обелить себя. Да чтоб ты горел в Аду!

— На этом видео хорошо видно, Кай, что у тебя осталось, а чего не осталось к ней. К тому же…

Бровь Петра слегка изогнулась.

— По-моему, удовольствие в постели доставить может отнюдь не она.

Это замечание кольнуло младшего, но отступать было нельзя.

— После того, что сделал Алекс, мне пришлось сильно попотеть, чтобы она подпустила меня к себе.

— Я бы не сказал, что ты сильно потел, Кай, — улыбался Пётр. — Она сама была не прочь запрыгнуть на тебя. Из чего я могу сделать вывод, что память возвращается к ней. Я прав?

Тёмно-серые глаза Бестужева встретились с двумя чёрными опалами Кая. Мужчина ждал ответа, хотя определённые догадки у него уже имелись.

— Нет. Она ничего не помнит из своей прошлой жизни, — спокойно соврал младший. — И те снимки, которые я ей показал, тому доказательство.

— Тогда объясни мне причину, по которой невеста, души нечаявшая в своём женихе двумя днями ранее, вдруг уезжает от него с его же братом и проводит с ним такую откровенную и до дрожи приятную ночь любви?

Довольное лицо Петра моментально стало серьёзным, утратив былую весёлость. Он не сводил хищных глаз с сына, ожидая его ответа. Кай выдержал короткую паузу, изо всех сил стараясь не отвести взгляда от отца, а затем сказал:

— По-видимому, я стал единственным человеком, после её дорогого и заботливого жениха, который не собирался делить её со своими друзьями. Это ли не повод довериться мне, сбежав от того, кто мог повторить то, что ей не очень понравилось, как я понял. Алекс разве не поделился с тобой своим геройским поступком?

Ладони младшего вспотели, и он не переставал удивляться, откуда в нём взялось столько сил и хладнокровия, чтобы выдержать этот жуткий разговор. Бестужев улыбнулся и, отведя наконец глаза от Кая, посмотрел на чёрную папку, которую он в самом начале их разговора отдал ему. Даже новость об изнасиловании не побудила младшего к отчаянным поступкам. Неужели главный козырь оказался «пустышкой»? Пётр посмотрел на сына.

— Я всё же надеялся, что ты сознаешься в своих чувствах к ней, и мы сможем работать вместе, не создавая лишних проблем на ровном месте.

«Чтобы ты мог манипулировать мной, как безмозглой марионеткой!» — бунтовался внутренний голос.

Подавшись слегка вперёд, Кай прищурил глаза и негромко, но уверенно, произнёс:

— А я надеялся, что ты поверишь мне на слово, и мы сможем избежать никому ненужных показательных выступлений в стиле твоего любимого творения.

На его лице появилась холодная улыбка.

— Позови её сюда.

Тишина. Пётр не двигался с места.

— Позови. Её. Сюда… — повторил свою просьбу младший, вернувшись в своё изначальное положение, откинувшись на спинку кресла.

Молчание. Секунда, вторая — и Бестужев потянулся рукой к телефону. Набрав номер Саши, он стал ждать её ответа.

— Здравствуй, Александра.

Его голос звучал достаточно мягко и учтиво. Кай немного растерялся, но вида не подал. Отец редко когда проявлял такую заботу, а вернее, никогда. Исключение могли составлять случаи, когда человек был ему очень нужен, и он делал на него крупную ставку. Уголок губы младшего едва дёрнулся. Значит, принятое решение и впрямь правильное. Правильное для них обоих…

— Будь так добра, спустись вниз к моему кабинету. Да, у меня есть к тебе разговор. Нет, всё в порядке. Я жду.

Бестужев заблокировал мобильный и положил его на стол.

— Надеюсь, твоя просьба стоит того, чтобы я тратил на неё время.

— Поверь мне, отец, стоит, — ответил Кай, и его лицо озарилось довольной улыбкой, а внутри разгоралось пламя лютой ненависти к себе, которую глушил страх и паника от того, что он собирался сделать.