12

— Немедленно пропустите меня на этаж и откройте кабинет моей жены! — Макс горой навис над дежурным охранником.

Парнишка, одетый в черную униформу, побледнел, но отрицательно качнул головой, изо всех сил стараясь не поддаваться влиянию разгневанного посетителя. Да что там разгневанного! Мужик был в бешенстве! Его ярость плескалась через край, темные глаза сверкали опасными молниями, а от хриплого рыка хотелось спрятаться под стол. Охранник успокаивал себя, что это проверка на профпригодность и сегодня он точно выживет: едва ли посетитель рискнет распускать руки под всевидящим оком камер наблюдения.

— Доктора Адашевой нет в клинике, этаж уже закрыт, — вежливо отозвался парень, незаметно нажимая на тревожную кнопку. Вероятность справиться в одиночку с бушующей стихией стремилась к нулю, требовалось срочное подкрепление.

— Открывай, я сказал! Мне нужно пройти!

— Ева Романовна покинула клинику почти час назад, я видел это своими глазами.

— Ты мог не заметить, как она вернулась! Тут народу как грязи, всех не разглядишь! — рычал подполковник. Его пальцы неумолимо тянулись к горлу упрямого пацана, который встал стеной между ним и женой. — Открывай или я вынесу все эти двери к чертям собачьим!

Адашева перемкнуло. Ярость и страх смешались в коктейль невиданной силы, заставляя мужчину переть напролом.

— Начальник службы безопасности Васильев Игорь Денисович. В чем дело? Почему нарушаете порядок в общественном месте?

Макс резко крутанулся на месте, разглядывая нового собеседника, одетого в строгий серый костюм. Военная выправка, цепкий взгляд, отработанные движения. Погоны незримо присутствовали на широких плечах седовласого мужчины. С первого мгновения стало ясно, что нахрапом и горлом его не взять, поэтому Адашев сменил тактику.

— Мне нужно попасть в кабинет жены, а этот, — небрежный взмах руки в сторону приободрившегося парня, — мешает.

— Этот находится при исполнении служебных обязанностей, — отрезал Васильев, сделав акцент на первом слове. — И правильно делает: ему за это деньги платят.

— Я уже сказал гражданину, что Ева Романовна покинула клинику, а он уперся, как… — ободренный поддержкой начальства, молодой щенок влез в разговор двух матерых волков, но тут же смолк под тяжестью взглядов.

— Ваши документы, пожалуйста.

— Мои? — опешил Макс. — Зачем?

— Чтобы подтвердить право на поиск человека, — спокойно отозвался Васильев.

Мобильный сканер считал электронный паспорт подполковника.

— Быстрее! — выпалил Адашев, глядя как начальник службы безопасности листает страницы документа до нужного раздела о семейном положении.

— С чего вы взяли, что Ева Романовна находится в своем кабинете? — начбез вернул паспорт беспокойному посетителю, но не спешил распахивать перед ним все двери. — Вам же сказали, что…

— Ее телефон и сумка лежат в там, а без них моя жена никуда не выходит! — сорвался Макс, открывая приложение по геолокации. — Может, она сознание потеряла или еще что случилось! — накручивал себя мужчина. — Долго мы будем тут топтаться?!

В заветный кабинет Адашев ворвался первым и замер, глядя на рабочий стол жены. Сумка, телефон… Сердце подполковника — глупая мышца, разгоняющая кровь по телу — дало сбой. Затарахтело, как турбина самолета, в которую попала птица, заскрежетало, сбиваясь с рабочего ритма, захлебнулось и смолкло.

— Х-х-х, — Макс сипло вытолкнул остатки воздуха их легких, глядя на обручальное кольцо, лежащее на экране телефона.

— Как видите, наш сотрудник оказался прав: Евы Романовны тут нет, — не замечая состояние Адашева, начбез обошел его сбоку и проследил направление взгляда. Рация в руках мужчины ожила, Васильев поправил незаметный наушник бежевого цвета. — Вы можете забрать ее вещи, если желаете. Мне сообщили, что с завтрашнего дня ваша супруга уволена по собственному желанию, ее пропуск аннулирован.

Что?! Она не могла уволиться вот так, молча! Не могла исчезнуть, раствориться в мегаполисе, оставив на работе все: телефон, ключи, банковские карты. Куда его жена могла уйти? Или, может быть, к кому?! Одно предположение казалось ужаснее другого.

Дамская сумочка в руках брутального мужчины казалась игрушечной, ее телефон обжигал пальцы. Дурное предчувствие разрасталось в груди, занимая легкие, вытесняя живительный кислород.

Адашев смахнул экран блокировки и остолбенел. Еще один свайп. И еще.

— Сука! 𝝅-здец!

Рванув воротник рубашки, и без того уже расстегнутый, Макс не обращал внимание на отлетевшие пуговицы. Воздух! Ему нужен был воздух, чтобы дышать, и Ева — чтобы жить.

— Лис! Срочно поднимай отдел! — рычал в телефон подполковник. — Моя жена пропала! Вышла из клиники полтора часа назад и исчезла! Ее телефон и сумка у меня, поэтому ищи по камерам! Да, я возвращаюсь в офис! Работайте! Скоро буду!

Собрав по дороге все возможные штрафы, сжигая покрышки и ревя двигателем внедорожник Адашева ворвался на закрытую территорию «Цербера». Сергей Лисовец курил на крыльце в ожидании друга. Он знал, что этот вечер и, возможно, ближайшая ночь точно не будут спокойными.

— Рассказывай.

— Итак, по порядку, — неспеша докладывал Лис — твоя жена сняла с карты наличку через терминал, установленный в фойе. Немного, всего полтинник. Вернулась в кабинет, переоделась и вышла на улицу. По камерам мы проследили ее до метро. Она доехала до Комсомольской и пропала. Сейчас мои ребята ищут, куда и как она могла спрятаться.

Мужчины стояли в святая святых — комнате программистов, среди которых работала парочка лучших хакеров страны. Многочисленные экраны, щелканье клавиш слилось в сплошной шум. Мощная система ведет бесконечный поиск, сравнивая каждое лицо в плотном потоке с фотографией Евы, синеглазой блондинки с короткой стрижкой.

— Выйдем, не будем мешать парням, — Лис вывел друга в коридор, потянул в соседнюю комнату. — Они не любят, когда стоят над душой. Что за телефон? Ее? — он мотнул подбородком в сторону гаджета в золотистом корпусе, который Макс на мгновение выпустил из рук. — Давай его тоже глянем, может следы какие остались.

Следы… Это был не след, а обвинительное заключение и приговор. Три фотографии, которые без слов объясняли все произошедшее.

Именно поэтому Адашев не задавал себе вопрос: почему?

Он хотел знать только одно: где Ева?

— Одно мы знаем точно, Макс — это не похищение, уже хорошо. Твоя жена ушла по доброй воле в здравом уме и твердой памяти, — стоя спиной к другу, подводил первые итоги Лис. Он налил в тяжелый стакан виски и вложил в руку подполковника. — Выпей, расслабься. Ситуация запутанная, но мы непременно разберемся.

— Слишком много нестыковок, — кивнул Адашев, делая первый глоток, не чувствуя вкуса элитного напитка. — И много вопросов. Первый…

— Почему Ева сняла всего полтинник? Это слишком мало, — подхватил Лис.

— Значит она не планировала уходить надолго… — воспрял духом Макс.

— Или у нее есть кто — то, кто сможет обеспечить ее деньгами, — игнорируя нахмурившегося Адашева, ввернул Лисовец. — Мы должны рассматривать все варианты, даже самые неприятные.

— Второе: почему она оставила ключи от квартиры и где в таком случае собралась жить?

— Третье: камеры на зафиксировали покупку нового телефона, а без него как без рук.

— Есть еще один вопрос, — Лис не сводил взгляда с телефона Евы, который снова лежал в ладони Макса. — О чем твоя жена разговаривала с Елизаветой Китаевой незадолго до ухода и почему последняя выглядела при этом очень расстроенной?

— Думаю, ответ на этот вопрос мы скоро узнаем.

Адашев спрятал гаджет жены в карман, достал свой телефон и пролистал список абонентов. Палец на мгновение замер над зеленой кнопкой, затем раздались гудки.

— Слушаю.

— Лиза, добрый вечер. Это Макс. У меня вопрос…