21

Первым желанием было присоединиться к «белым», которые уже скрылись в лесу, но одна мысль заставила Еву отклониться от их маршрута.

— Догнать толпу намного легче. Она шумит, оставляет после себя много следов и движется с непредсказуемой скоростью. Ну уж нет! На этой войне каждый сам за себя!

Война… Да, слово вырвалось само по себе. Не игра. Война на выживание.

Замедлившись, чтобы не повредить травмированный ахилл, девушка аккуратно преодолела полосу перепаханной земли — обычно ее делали для профилактики распространения пожара — и нырнула в тень густого леса.

Мир изменился, наполнился новыми звуками и запахами. Голоса странных птиц были похожи на колыбельные.

— Они специально их сюда поместили, что ли? Чтобы успокоить расшалившиеся нервишки игроков? — тихо фыркнула Ева, остановилась и достала из кармана баллончик репеллента. Закрыла глаза, задержала дыхание. Одно нажатие, и блондинку окутало тяжелым химическим запахом. Противным, раздражающим обоняние, но таким нужным. Облако мошкары, преследовавшее ее с первого шага, раскололось на мелкие осколки и быстро рассеялось. — Ну вот и славно, а теперь…

Ева сверилась с картой и побежала, постепенно увеличивая скорость. Легкие и сердце заработали под нагрузкой, мышцы вспоминали спортивное прошлое и частые утренние пробежки. Сначала с трудом, а потом все легче, организм подключал необходимые ресурсы. Голоса «белых» постепенно остались где-то за спиной, с каждой минутой становились все тише. Это было хорошим знаком.

— Суки! — прошипела Ева, останавливаясь и глядя на препятствие, которое издалека казалось непреодолимым.

Густой кустарник. Его высокая стена тянулась в обе стороны без конца и края, мощные гибкие стебли украшали крупные колючки, острые, как зубы пираньи. Крупные черные ягоды лопались от малейшего прикосновения, разбрызгивая в разные стороны густой сок цвета спекшейся крови.

Потоптавшись на месте, Адашева решила прорываться с боем. От множества царапин спасали длинные рукава и глубокий капюшон куртки. В какой-то момент она замерла, опутанная густой колючей сетью, за которой не было видно леса. Опасность окружала со всех сторон, и только стрелка компаса на карте безучастно показывала направление движения.

— Вот гады! Это надо было такое придумать! Да сколько можно?

Как говорил Соломон, все проходит, и он оказался прав. С трудом преодолев стену зарослей, она вырвалась на свободу и осмотрелась в поисках грязи. Одну важную проблему нужно было решить обязательно, но, как назло, земля не радовала лужами или ручьями, а небо — тучами.

Ева с ненавистью дернула рукав куртки, бросила взгляд на брюки, оценивая масштаб повреждений. Они были везде: на плечах, на груди, на брюках. Где-то колючки прорвали плотную ткань насквозь, где — то взрыхлили нити. Сейчас блондинка была похожа на игрушку разъяренной большой кошки, которая от души располосовала ее одежду.

Белая, вашу ж Машу! Белая куртка, футболка. В лесу, где буйство зеленого цвета разбавлено коричневыми оттенками стволов деревьев, она была видна издалека. Идеальная мишень для охотников! Организаторы явно решили облегчить им поиск, «подсветив» добычу. Только берцы оставались черными, и это уже радовало.

— Чтоб вас черти взяли!

Глоток воды из бутылки позволил на мгновение отвлечься, перевести дыхание. Ева сверилась с компасом и побежала, стараясь не сбиваться с ритма.

— Твою мать!

Правая нога внезапно провалилась по щиколотку, хотя под ногами была густая трава. Так казалось на первый взгляд. Отскочив в сторону с тихим визгом, блондинка замерла, а потом еще раз осторожно наступила в опасное место и отдернула ногу. След быстро заполнялся черной жижей. Неужели…

Адашева посмотрела на карту и заметила то, что упустила раньше: небольшая каплевидная клякса с горизонтальной штриховкой. Это было болото, которое придется обойти, потратив драгоценное время.

— Нет худа без добра.

Сделав несколько луж — следов рядом, Ева скинула куртку и бросила ее в грязь. Синтетическая белая ткань моментально стала черно — серой, тяжелой.

— Фу! — Адашева наморщила нос от гнилостного зловония. — Грязь — она и в Африке грязь, — успокаивала себя девушка, проводя ту же самую операцию с брюками и футболкой. Перед тем, как снять последний элемент одежды, она задумалась, но через пару секунд белоснежная футболка полетела в маслянистую жижу. Одетая в спортивный топ и трусики — шорты Ева смотрела на черно — серую кучу тряпок, лежавшую в траве. — Лучше быть невидимкой, чем беленькой и пойманной.

Время тикало. Часы на карте отсчитывали минуты, каждая — на вес золота, могла стоить жизни.

— Да к черту это все!

Стиснув зубы и стараясь дышать ртом, она надела мокрую одежду. Мерзко, противно, скользко, вонюче! «Улыбка Фортуны» все меньше напоминала веселый квест, но отступать уже некуда. Сверившись с картой, Ева побежала дальше. Пение птиц, звонкий цокот белок, барабанная дробь дятла — все мимо! Шум листвы, танец теней на покрывале из зеленого мха, яркие белоснежные цветы в форме звезд, игры легкого ветерка — не для нее! Целью Евы была заветная зеленая зона, до которой — если верить карте — было еще очень далеко, а все остальное — фоном. Гаджет в ее руках неприятно завибрировал, привлекая к себе внимание.

— И что это?

Адашева с недоумением вглядывалась в картинку. Ничего не поменялось, хотя… Часы в углу показывали восемь, цифры из зеленых стали кроваво — красными.

— Охотников выпустили!

Осознание момента оглушило. Только сейчас она поняла, что совсем забыла о цели. Не просто добежать до финиша, а уйти от преследования, скрыть следы, оказаться быстрее, выносливее «красных».

Восемь утра. Свистящий звук повторился, заблокированные двери домиков бесшумно распахнулись. На поляне быстро собирались люди, одетые в камуфляж. У каждого на боку висел пистолет, в поясной ленте ярким красным оперением выделялись дротики. Десять в ряд плюс один, уже заряженный в черный матовый ствол.

Все повторилось. Еда, вода, репелленты… Мужчины — охотники быстро набивали карманы, оттеснив в сторону женщин, с улыбкой поглядывали в сторону леса. Они предвкушали погоню, жаждали победы. Адреналин бурлил в крови, выжигая из мыслей все, кроме одного: найти, поймать, подчинить, прийти первым.

Каролина старалась не выпускать подполковника из поля зрения.

— Отвали, козел! — она отпихнула в сторону одного из охотников. Маленький, похожий на злого Колобка, он стоял рядом с ее мужчиной и набивал карманы провиантом. Колобок неприятно ощерился, но под тяжелым взглядом Адашева молча сделал шаг в сторону, уступая сильному. Соболева копировала действия начальника, прекрасно зная, что сейчас лезть под руку и задавать вопросы — не лучшая идея. Они слишком долго работали вместе, Каро читала Макса как открытую книгу.

Охотники еще толкались у кучи с запасами, а Адашев уже медленно шел вдоль перепаханной полосы.

— Есть!

Он довольно улыбнулся и устремился в лес. Вчера вечером после тяжелого разговора с женой подполковник не терял время даром. Он шел за ней, изучил рисунок и запомнил размер отпечатка, который оставил ботинок Евы на влажной земле у небольшого родника.

Цербер взял след.

Соболева молча бежала за ним, стараясь не отставать.