23

Удар под дых — он ее потерял.

Ева оказалась слишком быстрой. Адашев знал о спортивном прошлом своей жены, но не рассчитывал на подобную прыть.

— Черт!

Он метался вдоль кромки болота, с ужасом глядя на цепочку следов, которая терялась среди высокой травы. Ева не могла пойти через трясину! Это же самоубийство! Однако факты — вещь упрямая, и они ткнули подполковника мордой в суровую реальность: его жена рискнула идти через топь.

— Блядь!

Он чувствовал себя виноватым, что не смог догнать ее раньше, что позволил себе немного расслабиться, а не отрабатывать дистанцию на максимуме, и теперь пожинал плоды. А если Ева угодила в трясину? Кто ей поможет? Зачем маленькая хрупкая девчонка пошла на такой риск, когда проще было обойти?

Болото. Это творение природы похоже на голодного крокодила, сидящего в засаде. С первого взгляда хищника невозможно разглядеть, но он был, и он был голоден. Притаился, замер в ожидании неосторожного шага жертвы, чтобы моментально вцепиться в нее острыми зубами и утащить под воду.

— Сука! — нога подполковника сорвалась с большой кочки и погрузилась в черную вонючую муть по колено. Довольно чавкнув и пуская пузыри, топь начала затягивать добычу.

— Блядь!

Мужчину спасла моментальная реакция, наработанная годами службы. Он поймал баланс и резко выдернул ногу, попавшую в опасный капкан. Мышцы напряглись, заныли от нагрузки. Недовольно бурля, трясина неохотно расставалась с тем, кого уже считала своим.

— Макс! Ты что творишь?! Держись за меня!

Соболева задыхалась от быстрого бега. Она протянула любовнику дрожащую руку, но тот оттолкнул ее с громким рыком.

— Отвали, Каро! Не путайся под ногами!

С момента старта Адашев не оглядывался на девушку, но та не отставала. Стиснув зубы, следовала за ним, то отпуская, то вновь догоняя. Упорная сучка! В другой ситуации он восхитился бы силой ее духа, но не теперь. Временами Макс слышал тихие всхлипы и мат. Пусть. Это ее решение, он предупреждал.

— Макс…

Пока подполковник искал выход из сложной ситуации, Соболева упала на траву, с трудом переводя дыхание. Сердце барабанило, грозя разнести в щепки грудную клетку, ноги сводило судорогой от непривычной нагрузки.

Глядя на статную фигуру Адашева, Каролина чувствовала зависть. Зависть к Еве, которой достался этот удивительный мужик, по которому сходили с ума все представительницы прекрасного пола «Цербера».

Альфа — самец, по уши влюбленный в свою жену, романтичную соплежуйку. Нонсенс! Это было чертовски несправедливо! И пусть Макс периодически трахал не красотку спортсменку, а ее, Каролину, но в душе уже давно поселилось мерзкое липкое знание, что мужчина никогда не принадлежал ей по — настоящему. Секс без обязательств — это все, что он предлагал с самого начала их отношений и держал свое слово.

Зависть смешивалась с ревностью, образуя опасный коктейль, который был опаснее любого яда.

Соболева по капле пила этот яд каждый день, когда видела Адашева, каждый миг, когда он был рядом со своей женой. Жизнь Каро постепенно превратилась в затяжной спектакль с элементами мазохизма.

— Ева! — слетало с губ мужчины, когда он раскладывал любовницу на своем столе в офисе или грубо брал ее в уютном номере отеля «Черная Луна».

В этот момент Каролине хотелось выть. Орать, раздирая ногтями собственную грудь, чтобы выпустить накопившуюся боль! Она — не Ева, и никогда ей не станет, но все равно урвет у жизни кусок чужого счастья, пусть даже оно оседало на душе серым пеплом и полынью горчило на языке. Лучше так, чем ничего.

Немного воды, легкий перекус. Соболева стряхнула с себя вспоминания, вынырнула из рефлексии. Где Макс? За спиной девушки звонко треснула ветка, потом еще одна. Зверь? Человек?

— Мамочки! Кто там?!

Подпрыгнув от ужаса, она сорвалась с места, отбросив в сторону упаковку от сэндвича, и побежала за мужчиной, широкая спина которого мелькала между деревьями.

Адашев не рискнул идти через болото, а обход занял много времени, поэтому подполковник спешил. Контролировать гнев на самого себя становилось все труднее: он планировал защищать и оберегать жену в игре, а сейчас не мог ее догнать. Это бред какой-то! Наконец взгляд наткнулся на знакомый след. Размер, отпечаток подошвы на влажной земле у кромки болота — все совпало.

— Макс, постой! — всхлипнула Каро, растирая руками грудь и останавливаясь. — Макс, я больше не могу…

Ни слова, ни звука в ответ. Подполковник даже не оглянулся на любовницу, ускоряясь с каждым шагом. Он замедлился на краю большой поляны и поднял голову, разглядывая одного из охотников, попавших в сеть — ловушку.

— Брат, помоги, — прохрипел медведеобразный мужик, приметив красную метку на руке Адашева, — меня укачивает на высоте. Сил нет, башка раскалывается. Сейчас сдохну!

Быть или не быть? Гамлет двадцать первого века, бля!

После короткого раздумья Адашев решил выпустить пленника на волю. По правилам игры тот все равно вернется в строй, а подбрасывать дрова в костер его ненависти к Еве было глупо.

— Жди.

Найти крепление, которое удерживало ловушку в воздухе — дело нескольких секунд. Медленно опуская «авоську», сжигая кожу рук о грубую веревку, подполковник краем уха слушал недовольное бурчание охотника.

— Ничего, я еще отыграюсь! Эта сука белобрысая за все ответит! — заходился от злости мужик. — Догоню и оттрахаю так, что неделю ходить не сможет. По всем дыркам пройдусь, чтобы на всю жизнь запомнила тварина мелкая!

— Что? О ком ты говоришь? — Макс замер, когда сеть была уже на земле, а ее добыча начала активно выбираться наружу.

— Да есть тут одна. Случайно на нее напоролся, когда она пожрать остановилась. Поймать хотел, но сучка мелкая бегает слишком быстро. Это она заманила меня на поляну. Сама перепрыгнула ловушку, а я попался, — скрипнул зубами «красный». — Ничего, я ее хорошо запомнил, встретимся еще. В лесу темно, маршрут длинный, всякое случиться может.

Светловолосая, маленькая, быстрая. Ошибки быть не могло. Это Ева организовала охотнику веселые качели, и ее следы на поляне — тому подтверждение.

Его жена, хрупкая, беззащитная, нажила себе опасного врага, который планировал месть.

За грудиной подполковника неприятно заныло, сердце заработало с перебоями, словно качало не кровь, а вязкое желе.

— Давай быстрей, чего копаешься? — прошипел охотник, с удивлением глядя на Макса. — Освободи меня!

— Хера себе! — на поляне появилась Соболева. Она уже не бежала, а быстро шла. — Кому это не повезло?

— Завали пасть, красава, — окрысился незнакомый охотник. — Лучше молчи и под ноги смотри, а то…

— Кто бы говорил, — насмешливо фыркнула Каро, на всякий случай прячась за спиной Адашева. — Слепой тюфяк…

— Я тебя сейчас…

Охотник протянул руку к девушке, но замер, увидев нацеленный в грудь пистолет, заряженный дротиком. Шумно вдохнув, он сделал шаг назад и качнул головой.

— Ты не посмеешь… Не сможешь. Нельзя использовать оружие против других охотников, за такое моментально исключат…

— Да похер, — довольно улыбнулась Каро. Оружие, лежащее в руке, успокаивало, придавало уверенности. Сейчас она чувствовала себя не слабой девчонкой, которая едва дышала от усталости, а воинственной амазонкой. — И я не собиралась в тебя стрелять, просто проверила. Мало ли, вдруг потеряла, пока бегала…

Девушка убрала пистолет в кобуру и, тихо матерясь и прихрамывая, припустила следом за Максом, который уже почти скрылся из вида.

— Ты не скучай тут в одиночестве. Чао!