10

Ощущение приближающегося пиздеца подкрадывалось медленно. Все началось с легкого подкожного зуда, переросшего в покалывания, потом в затылке появилась свербящая боль, разгоняющая по телу едва заметный тремор.

— Сука! — Адашев отбросил в сторону ручку и закрыл глаза.

За годы военной службы он научился себя чувствовать и контролировать, но сейчас не мог понять источника тревоги. Интуиция орала, что нужно быть настороже, а мозг не понимал, с чем работать, где искать и какую команду отдать организму, похожему на заряженную боевую машину.

— Так, давай по порядку, — скомандовал сам себе подполковник. — Ева на работе, тут все в норме.

Маячок геолокации подтвердил, что жена находилась в клинике, а именно — в своем кабинете. Да, точность датчика была максимальной. Чтобы окончательно закрыть тему с любимой женщиной, Макс заказал на вечер большой букет фиолетовых ранункулюсов.

Черт его знает, почему Еве приглянулись именно эти простенькие цветочки. В начале ухаживаний подполковник задаривал девушку охапками роз, пионов, дарил корзины орхидей и лилий, но всякий раз видел в синих глазах лишь благодарность. О, эти глаза! Они отражали душу его жены. Чистую, открытую миру, нежную и любящую. Они — источник живой воды для подполковника.

— Ева, я что — то делаю не так? — однажды не выдержал Макс, когда девушка приняла очередную охапку белоснежных роз и мило улыбнулась. — Тебе не нравятся эти цветы?

— Нравятся, но я больше всего люблю фиолетовые ранункулюсы, — заметно смущаясь, ответила Ева.

Раунк…

Ранунус…

Какого хрена! В следующий раз Макс вынес мозг продавцу элитного цветочного бутика, пытаясь вспомнить название желаемых цветов. Начал с фиолетового цвета и первых трех букв. Девушка — продавец оказалась терпеливой и понимающей, за что получила приятные чаевые, когда довольный покупатель вышел из магазина, унося с собой весь запас фиолетовых ранункулюсов, что хранился в специальном холодильнике. С тех пор сложное слово намертво впечаталось в память Адашева.

Каро. Любовницу он осадил и взял под жесткий контроль. Соболева знала: еще одно неосторожное движение, «случайное» фото или встреча, и она вылетит с работы без денег и с волчьим билетом.

— Поверь, тебя не возьмут даже уборщицей в самый затрапезный супермаркет, — процедил он, глядя в расширенные от страха глаза Каролины. — Я это сделаю, ты знаешь, так что не надо играть с огнем. Сгоришь и не заметишь.

Этот разговор состоялся лишь раз, но Макс был уверен, что больше любовница не дернется: карьерные амбиции и деньги были ее слабостью, ахиллесовой пятой.

Бизнес. Тут полный порядок. Договора заключены, условия выполняются. Репутация фирмы безупречна, а ее логотип — аналог знака качества. Сферы влияния давно поделены, в ближайшие годы никто не рискнет злить Цербера, потому что знает, что будет иметь дело с его хозяином — Аидом, в миру — Максом Адашевым. Подполковник никогда не отдавал то, что считал своим.

— Макс…

Хозяин кабинета поднял голову и посмотрел на посетителя, стоявшего в дверях. Появляться бесшумно, незаметно — талант Ли́са.

Сергей Лисове́ц — его сослуживец, работал начальником службы собственной безопасности «Цербера». Давным-давно Лис спас подполковнику жизнь.

Южная страна, горы. Разведывательная операция. Они почти ушли от погони, но напоследок умудрились попасть в прицел снайпера. Максу одним выстрелом раздробило бедро и Лис несколько километров тащил друга на своих плечах по горным тропам. Адашев как мог помогал, опираясь на здоровую ногу, но то и дело терял сознание от боли и кровопотери. Оба дошли до своих, выжили.

Подполковника ждала операция, потом случился сепсис, золотистый стафилококк. Врачи всерьез рассматривали вариант ампутации ноги, но Лис подсуетился, подключил самых лучших хирургов, организовал доставку импортных лекарств, еще не прошедших регистрацию в России. В итоге ногу удалось сохранить, но после этого судьба воина резко изменилась. Максу присвоили очередное звание подполковника и комиссовали из армии.

— Здоро́в, Лис. Входи.

— Ты чего хмурый? Проблемы? — Сергей всегда начинал с главного, не любил ходить вокруг да около. Удобно устроившись в кресле для посетителей, он поставил локти на стол и сцепил пальцы, пристально наблюдая за шефом. Странный расфокусированный взгляд Макса был ему знаком. — Где пригорает? Все серьезно или так, по мелочевке?

— Не могу понять, — Адашев раздражено захлопнул крышку макбука и вышел из-за стола. — Такое чувство, что меня снова рассматривают в оптический прицел, но кто и откуда — хрен знает.

Лис молча кивнул и подобрался: опыт друга, его чутье — то, что никогда не ставилось под сомнение. Оставалось лишь внести конкретику в ситуацию и выставить своего контр — снайпера, чтобы успеть нанести упреждающий удар.

— И что? Даже примерно направление определить не можешь?

— Не могу. Расстояние слишком велико, а шерсть на загривке уже дыбом встает, — Адашев с силой растер шею и прочесал пальцами густую темную шевелюру, как будто сбрасывал напряжение.

— Херово, что далеко. Судя по всему, предотвратить пиздец не удастся, значит будем разгребать последствия, — хладнокровно заметил Лисове́ц. — Ладно, и с этим справимся, чай не впервой.

— В том — то все и дело, что в этот раз рванет там, где не ждали. Чуйка орет как сумасшедшая, никогда раньше такого не было, а я не могу понять, что делать: бежать, замереть или ждать. Сука! Ненавижу такое состояние!

Макс раздраженно сорвал галстук, отбросил его на спинку кресла и расстегнул пару верхних пуговиц, стараясь дышать как можно глубже. Не помогало. Какое — то время друзья наощупь перебирали варианты, искали «тонкие места», где — если верить пословице — рвется чаще всего, но рабочих версий не было.

— Ладно, я к себе, а ты звони, если что, — бросил Лис, выходя из кабинета.

— Принял.

Рабочий день катился к завершению. Курьер доставил в офис «Цербера» заказанный букет цветов, до встречи с Евой оставалось полтора часа. Макс бросил взгляд на экран телефона: жена до сих пор работала, не покидая кабинет.

За полчаса до назначенного времени тонированный внедорожник подполковника покинул территорию «Цербера» и ровно в семь замер на парковке клиники. Охапка фиолетовых ранункулюсов ярким пятном выделялась на темном кожаном сиденье.

— Еве понравится, — улыбнулся Макс и набрал номер жены.

После первого гудка равнодушный синтезированный голос сообщил, что аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Это было невероятно! Ева могла не услышать вызов, но всегда была на связи и следила за тем, чтобы телефон был заряжен. Интуиция заорала пожарной сиреной, тревожная кнопка вспыхнула кроваво — красным. Чувствуя, как волосы на затылке буквально встают дыбом, подполковник вышел из машины и бросился в клинику, едва не сшибая с ног выходящих пациентов и врачей, завершивших работу.

— Ева!