Глава 37. Месть

Я вышла из подъезда, побрела к лавочке, чтобы сесть. Я не имела ни малейшего представления, куда ещё Макс мог отвезти Лизу. Ну не в офисе же она у него сидит, в самом деле? Он должен понимать, что маленький ребёнок нуждается в особых условиях, в заботе.

На мой звонок Макс ещё раз ответил сбросом вызова.

Я сделала глубокий вдох, набираясь терпения. Но никаких сил уже не хватало. Он делал это специально, упиваясь моим бессилием.

Упёрлась лбом в колени и закрылась от всего мира. Больше не плакала. Теперь всё казалось бессмысленным, нереальным.

На плечо тяжело легла чья−то ладонь. Хвойный аромат с нотками кожи я узнала раньше, чем подняла голову и увидела лицо Ника. Он загораживал собой солнце, так что я не могла в полной мере разглядеть выражение его лица, но мне почудилось на нём разочарование. А потом солнце ушло за тучу, и моё зрение прояснилось. На лице его было сочувствие, а в глазах по-прежнему плескалась та преданность, что снилась мне по ночам.

Ник! Хотелось броситься ему на шею и расплакаться, но краска стыда обожгла мои щеки. Я ведь сбежала. Когда он ничего плохого мне не сделал и хотел помочь.

− Прости, − прошептала я сдавленно, пряча глаза. Голос предательски задрожал. – Я не знаю, почему не сказала тогда ничего… Он мне звонил.

− Я знаю, − просто ответил Ник, а потом успокаивающе сжал руку на моём плече. Присел рядом и приобнял так, чтобы я смогла спрятать лицо на его груди. – Я простил бы тебе что угодно, а тогда ты не могла поступить по−другому.

− Он украл её у меня, украл, − начала подвывать я, чувствуя, как расслабляется рядом с Ником моё напряжённое, как струна, тело. Оно одеревенело от нервов, страхов и неизвестности, а теперь я нашла своё твёрдое плечо, возле которого можно было дать слабину. – Где моя малышка, она, наверное, боится… Она не засыпает без меня, Ник… Она же маленькая, такая маленькая… Я такая дура, захотела пойти против Макса… Кто он, а кто я. У меня же правда ничего нет, в этом он прав.

− У тебя есть я.

Я тихо зарыдала у него на груди, и мужчина прижал меня к себе, укрывая от всего мира.

− Тшш, − сказал он успокаивающе, − мы найдем её, не бойся.

И я поверила. Это легко сделать, когда у Ника был такой уверенный голос.

Он взял меня под руку и отвёл к своей машине, усадил и положил на колени салфетки, чтобы я вытерла лицо и больше не ревела.

− Как ты узнал, что я здесь? – спросила я, когда он завёл машину.

− Просто знал.

И меня почему−то это разозлило.

− Знаешь, Макс весь наш брак темнил и недоговаривал мне что−то, я сыта этим по горло. Пожалуйста, говори мне всё, как есть.

Ник смутился и покосился в мою сторону.

− Я поставил за тобой человечка. Ну, чтобы приглядывал, случись что, − ответил на мой шокированный взгляд. – Вот, собственно, и случилось. Я знал, что у тебя сравнительно всё хорошо и ты остановилась у тёти и позаботился о том, чтобы об этом не узнали люди Макса. Но надолго моих связей не хватило, вчера мне доложили о том, что случилось.

Пока я переваривала услышанное, машина Ника преодолела два проулка. Так вот кому я обязана за своё спокойное существование эти почти три месяца…

− Спасибо, − сказала я тихо. – Её забрали даже не у меня, у нянечки… За что он поступает так со мной? Это ведь не я ему изменила.

− Чтобы понять это, нужно знать Макса Тагирского, − тихо сказал Ник. – Кажется, он делает зло всем людям, которые когда−то любили его или верили в него.

− Включая тебя? – всхлипнула носом.

− Включая меня.

− И что плохого он тебе сделал? – спросила я.

Ник нехотя отвлёкся от дороги и задумчиво посмотрел на моё заплаканное лицо, а потом просто покачал головой.

− Отнял несколько лет с любимой женщиной.

По тротуару рядом с машиной шли мама с дочкой, и моё внимание привлёк смех малышки. Она ела кукурузные палочки и тянула одну маме, ей не терпелось поделиться. Такие же светлые волосики, как у моей Лизы. Слёзы снова подступили к глазам, и вместе с тем я начала закипать изнутри.

– У Макса и времени никогда на нашу дочь не было, а тут вдруг решил забрать её! Кто будет с ней заниматься? Его мать, у которой и так десяток внуков?! Или любовница, у которой свой на подходе? – я истерически рассмеялась. – Макс сказал, что суд не оставит ребёнка с безработной… В сравнении с ним мои доходы и правда скромнее некуда… И помимо этого я даже на алименты надеяться не могу.

− Ты можешь надеяться на меня, − вставил Ник. – Но ради интереса, почему?

− Он позаботился об этом заранее, − ответила я, вспоминая довольное лицо мужа, когда он сообщил мне о том, что он малоимущий. – Вся его недвижимость записана на Дарью Владимировну, машина на сестру, у него из собственности только отель. И то, как оказалось, не весь он принадлежит ему.

− Это да, − кивнул Ник, − мы поделили его долю, когда начинали вести этот бизнес. Но думаю, и оставшейся хватит с лихвой, чтобы стребовать с него алименты, Лена. Тут он, кажется, тебя обманул.

− Что? – не поняла я, и Ник стал объяснять про алименты, но я замахала руками, − что ты сказал? Ты тоже владеешь акциями?

− Да, − он пожал плечами, и тут пазл начал складываться в моей голове. – Половина того, что причиталось Максу, моя. Так мы договорились на берегу. По правде сказать, когда он позвал меня в дело, я не доверял ему, мы до этого крупно поссорились, − он нахмурился, словно одни лишь воспоминания об этом причиняли ему дискомфорт. – В те времена отель ничего из себя не представлял, погряз в долгах и нуждался в крупных вложениях. Большой риск. Он отдал мне долю, не думая. Наверное, и сам не ожидал такого успеха в будущем.

Но в моей голове билось одно слово «половина». Что ж, Макс не соврал про тридцать процентов. Сорок у Мстислава и ещё тридцать у Ника, всё складывалось. Я знала, что Ник вытягивал отель своими силами, когда они только−только начинали, но не знала, насколько велик был его вклад.

Но сейчас новыми красками заиграла одна ёмкая фраза Макса.

Кто в здравом уме оставит ребёнка с безработной матерью?

А что насчёт отца?

Безумная идея пришла в мою голову.

− У тебя есть номер Мстислава? – спросила я, нервно облизнув губы, и Ник удивлённо покосился в мою сторону. – Тагирского.

− Да уж понял какого, − ответил он. – Тебе зачем?

− Я виделась с ним пару месяцев назад, кое-что нужно обсудить.

− Ты что? – опешил Ник. – О таком мне было неизвестно. Но зачем?

− Я не искала с ним встречи, − отмахнулась я. – Так вышло, пришлось убедиться в том, что меня не убьют после развода, − я немного помолчала, а потом продолжила. − Макс угрожал, что безработной мне не оставят Лизу, а что, если безработным станет он сам? Я хочу отнять у него отель. Не просто свою часть при разводе, а весь отель целиком и полностью.

− Ты что?! – теперь почти закричал Ник и в замешательстве уставился на дорогу.

− Хочу оставить его без работы, чтобы не было ни шанса, что Лизу оставят с ним. Даже если он подкупит всех судей, Ник. Он сам сказал, что у него ничего нет, ни квартиры, ни машины, по документам он почти бомж. Отель я тоже у него отберу.

Ник помолчал, но после нескольких секунд осмысления протянул мне смартфон.

Я облизнула пересохшие губы.

Секретарша Мстислава ответила моментально и пропела приветствие, попутно сообщив, что её босс сейчас на совещании.

− Это срочно, − сказала я, на что девушка извинилась и сообщила, что мне придётся подождать пару часов. – Касается Ярославы и его сына.

В трубке повисла тишина.

− Сейчас я соединю вас, − сказала секретарша взволнованно, и через пару секунд я уже слышала яростный голос Мстислава.

− Здравствуйте, это Лена. Лена Тагирская, помните? Вы уже нашли вашу девушку?

Молчание, по которому я безошибочно поняла, что у меня всё еще есть шанс.

− Но вы уже были в частном доме с козами? У некой Веры. Их там не оказалось?

Я надеялась, что нет.

− Откуда ты знаешь? – прорычал мужчина.

− Просто хотела, чтобы вы убедились в том, что мне что−то известно, и я не выдумываю ради своей выгоды. Я знаю кое−что ещё.

− Ты сказала тогда не всё, курица? – снова рыкнул Мстислав, и мои ладошки вспотели.

− Нет, просто вспомнила со временем. Знаете, иногда что−то стирается из памяти, а потом всплывает в самые неожиданные моменты.

− Если не хочешь тоже где−нибудь всплыть с мешком на башке, говори всё, что не сказала мне тогда.

Разговоры с ним – одно удовольствие, подумалось мне, пока я слушала шумное дыхание в трубке.

− Я знаю имя мужчины, у которого собиралась жить ваша Ярослава с сыном сразу после коз. Только имя. Вам это интересно?

− Что ты хочешь за это? – он глубоко вздохнул.

Уверена, если бы он захотел, меня бы скрутили и привезли к нему, но у Мстислава наверняка не было времени на этот цирк, когда на кону стояла судьба его собственного сына. Легче и быстрее было договориться. По крайней мере, я на это надеялась.

− Я хочу, чтобы вы забрали у Макса все акции, всё, что связывает его с отелем. Сделали так, чтобы он больше не был причастен к нему. После нашего с ним развода. Сразу после того, как я получу свою половину, у него должна исчезнуть оставшаяся.

− Вот вы бабы твари, − он усмехнулся, − я знал, что захочешь заграбастать себе отель.

− Он мне не нужен, − сказала я. – Просто хочу, чтобы и у Макса его не было.

Не будет отеля – не будет заработка. И ему понадобится время, чтобы найти новую работу. Лиза у меня, как и 15% вдобавок к моей имеющейся работе. Если Мстислав согласится, то всё сложится идеально.

− Я подумаю, что можно сделать, − протянул Мстислав медленно. – Посмотрю на то, окажется ли полезной твоя информация.

Я закусила губу. Ну в том, что мальчишка на вокзале говорил про дядю Тимура, я была уверена. Тимур и его команда, легко запомнить, имя чётко засело в моей голове.

− Тимур, − сказала я быстро. В этот момент мне было не жаль Ярославу, я думала о Лизе, каково ей будет без матери, если всё останется так, как есть.

Мстислав повесил трубку.

− Не знал, что ты такая мстительная, − сказал Ник.

− Я бы хотела сказать, что это месть и продуманность, и я решила лишить бывшего мужа всего, что ему дорого – денег и власти, но нет, − ответила я, до сих пор поражаясь своей смелости в разговоре с Тагирским старшим. – Он сам меня вынудил. Мне ничего от него не было нужно, только уйти, а Макс не дал мне даже этого. Теперь отдаст в разы больше.