Глава 9

Горький

— Серёга, заводи, — кричу водителю, пока быстрым шагом выхожу из дома. Влажная земля амортизирует под ногами. Вдыхаю вечерний воздух и радуюсь, что вырвался.

Мне стало легче.

Чуток.

С ума сойти.

Бегу из собственного дома.

Бегу, а все тело требует вернуться назад. Крутит от потребности продолжить с куклой.

Млять.

Не наигрался. Да я даже не начал игру. Так, чуть вкусил — и уже ломка.

Нужно срочно с этим что-то делать.

Забираюсь в салон машины. Устало разминаю шею.

Черт.

На часах каких-то семь вечера, а я устал, словно неделю не спал.

Адреналин в крови приутих, но голова все равно ватная.

Массирую пульсирующие виски, наблюдая через полуоткрытые веки, как Сергей подготавливает машину. И резко вздрагиваю, когда рядом со мной оглушающе громко захлопывается дверь, впуская на заднее сиденье рыжего.

— Ты чего? — удивленно интересуюсь. Друг приехал на своей машине и бросать ее у меня не собирался, если только…

— Опять на блядки собрался?

Многозначительно кивает. И снова улыбается во все свои тридцать два.

— Не только. Закончим дела, и я сразу в рестик. И не смотри на меня так, — с преувеличенным возмущением отвечает на мой недовольный взгляд.

Да. Он прекрасно знает, что я физически не выношу тех, кто употребляет спиртное. И это даже не про конченых алкашей. Таких вычисляю в момент, пресекая любой намек на общение.

Иногда встречается такое, что люди долгое время не пьют и за один день проебывают все, чего с большим трудом достигали.

С такими сложнее всего. Особенно когда приходят в себя, осознавая, в какое дерьмо они окунулись.

Я, как рьяный борец с алкоголизмом, сам ржу над такой формулировкой, которой меня окрестил Сава, принимал исключительные меры, чтобы вытащить человека из ямы. Не все выдерживали моих методов. Действовал я довольно грубо. Использовал легальные и нелегальные способы, превращая жизнь человека в ад, чтобы он на собственной шкуре, пропитанной парами блевотины, пота и крови, оценил весомую разницу до и после. К счастью, есть пара ребят, которые удачно соскочили, продолжают работать в моей команде. Рецидивов пока не было. И я очень надеюсь, что не будет. Второго шанса у них нет.

Поэтому Сава никогда не позволял себе нажираться. Знаю, что редко употреблял, честно меня об этом предупреждая, да и так чисто для потенции и раскрепощенности. Он больше любитель своих баб поить. Говорит, что больно горячи во хмелю телки. И творят такое…

Я с ним не спорю. Доверяю как себе. Да и перегаром от него ни разу не разило. Значит, без перегибов, а это самое главное.

Машина плавно трогается, выезжая на пригородную дорогу. До головника минут сорок. Успею немного поспать. Откидываюсь назад, вытягиваю свои уставшие ноги. А перед глазами мелькают картины охренительных глаз, волос… сука, даже во сне не дает покоя мне эта кукла.

— Губер звонит, — раздражённо пыхтит рядом Сава.

Лениво открываю глаза и поворачиваю голову в сторону рыжего. Он с каким-то злым остервенением гипнотизирует экран своего телефона, но отвечать, видимо, не собирается.

— Ответь.

Друг криво морщится.

— Не хочу.

Поднимаю одну бровь. Опять из-за юбки?

— Проблема с Ангелиной?

На лице Савы нервно гуляют желваки. Вот его прошибло!

— Все нервы вытрепала. Мозг трахает профессионально и ежедневно.

Ухмыляюсь, опуская голову на удобный подголовник.

— Ну так дочь Емельянова. Знал же, куда лез.

Тяжело вздыхает, вызывая у меня приступ незапланированного веселья. Грудь вибрирует от смеха. Но я сразу осекаюсь, уворачиваясь от локтя друга, нацелившегося врезать мне в бок.

— Эй. Сам виноват, а получаю я. Угомонись.

Оба тяжело дышим. Беззаботность Савы заряжает. Но иногда и я перетягиваю его на свою темную сторону. Тогда друг становится чрезмерно серьезным, вот как сейчас, например.

— Млять, Сава, ответь. Не убьет же он тебя, в конце концов.

Сава тяжело выдыхает и пальцем нехотя ведет по экрану.

— Да, Алексей Викторович, — внимательно слушает, а я пристально слежу за рыжим, видя, как по ходу разговора бледнеет его лицо.

— Это информация для тебя, — передаёт мне телефон.

— Слушаю, — вопросительно поднимаю брови, сигнализируя другу, чтобы ввел в курс дела. Он качает головой и одними губами произносит.

— Слушай.

Пока сосредотачиваюсь на разговоре, оху**аю от тона, с которым губернатор начинает со мной общение.

— Это я тебя слушаю, Влад. Какого хера?

Ни черта не врубаюсь.

— Не понял?

— Что ты, млять, не понял? Ты что мне прислал?

Хмурю брови. Не люблю, когда на меня орут, да еще когда не в курсе из-за чего.

— Значит так, Алексей Викторович, либо ты сейчас спокойно все объясняешь, — специально перехожу на ты, чувствуя, как во мне закипает злость на этого зарвавшегося хера, — или я в один момент рву все наши с тобой договорённости.

В телефоне наступает тишина. Емельянов тяжело дышит. Я, как наяву, вижу его красную рожу и нос картошкой с огромными ноздрями, которые он широко раздувает, когда в ярости.

— Ты почему трубку не берёшь? — спокойно спрашивает.

Ну вот. Уважаю таких людей. Вспыльчивый. Да. Этого не отнять. В гневе он страшен. Но что самое приятное, отчего наше сотрудничество дает прекрасные плоды, он знает границы.

Верчу в руках свой телефон. Нажимаю на экран, проверяя все функции. Батарея в норме. Сеть есть.

— Повисите-ка, Алексей Викторович. Серега, — обращаюсь к водителю. — Набери меня.

Водитель послушно выполняет просьбу.

— Гудки идут, — сообщает, пока я слежу за экраном. Там ничего не происходит. Абсолютно. Штиль.

— Так, подожди. Теперь я.

Звоню всем подряд. Но меня постоянно сбрасывают.

— Неужели обошли мою защиту?

Сава растерянно пожимает плечами.

Это не есть хорошо. Так работать и подставлять меня — на это нужны прям весомые аргументы. Кому я, млять, перешел дорогу?

— Алексей Викторович, — возвращаю аппарат, — тут небольшие заминки со связью. Так в чем у вас проблема?

В душе скребутся нехорошие предчувствия. Губер идет на третий срок. Репутация у него неплохая. Но людям всегда подавай что-то новенькое. Особенно когда оппонент слишком борзый, наглый и молодой. Вот мы и собрали на него такой компроматище. Емельянов просто обязан был впечатлиться, а не выносить мне мозг беспочвенными претензиями. Мы со своей стороны сработали четко, не подкопаться.

— У вас проблема, Влад. Ты что мне прислал?

Не реагирую на его выпады. Достаю планшет и ввожу данные.

— Что за… — цежу сквозь зубы и показываю Саве.

Его глаза бегают по экрану и постепенно расширяются, превращаясь в блюдца.

— Увидел? — с издевкой интересуются на том конце провода.

— Да, — отвечаю резко. Не до подколов сейчас. Нужно срочно решать проблему. Если смогли такое, то и остальное под угрозой. — Я с вами свяжусь.

Отключаюсь и пробую зайти удалённо.

Сука.

Переписали мой собственный код. Но ключ-то у меня. Ввожу комбинацию и наконец забираю себе сервера обратно. Ставлю просто мегасложную защиту, пока Сава звонит ребятам, сообщая о взломе. Телефон разрывается от входящих сообщений. Со мной пытались связаться сотни людей.

А если посмотреть, в какое время хакнули. Ну что же, вполне себе резонно. Когда куклу взяли. Значит, не так уж все равно. И борются за нее такими вот специфическими способами.

Хорошо. Повоюем, ублюдки.

— Вот, — передаю Саве флешку. — Информацию будущему свекру передашь лично в руки. Это только начало, брат, я чувствую, что на этой мелкой неприятности наш некто не остановится.

Сава морщится при слове «свекор», но флешку берет.

— Я прямо сейчас выдвинусь. Заодно и Ангелину утихомирю. Тут такие танцы пошли, не до бабских проблем. Серега, тормози. Словлю тачку.

Машина останавливается на обочине. Сава выходит, салютуя мне свободной рукой.

— Мы едем в клуб, Владислав Александрович?

Киваю и тревожно смотрю вперед. Трасса хорошенько так подзабита. Хотя едем без пробок.

За стеклом проносятся десятки автомобилей, но цепляют, заставляя на всю катушку работать мою интуицию, пожарные машины, громко и яро мчащиеся на вызов. Машины теснятся, чуть ли не прижимаясь металлом друг к другу, пропуская гребаное МЧС.

— Горит что-то, по ходу. Может, срезать? — спрашивает разрешение водитель.

— Валяй.

Мы заворачиваем в ближайший переулок. Сергей прекрасно ориентируется по городу. За это взял и плачу достаточно, подкидывая немаленькие премии.

До клуба остается метров пятьсот, но меня не оставляет предчувствие чего-то неизбежного, а когда вдалеке вижу густые, черные клубы дыма, то впадаю в некий ступор, прекрасно осознавая, что ИМЕННО горит и к какому зданию спешат специальные машины.

Дорогу блокирует ДПС, мы тормозим, и я выскакиваю из машины, со всех ног мчусь к зданию, которое еще ночью кишило огромным количеством народа.

Мой клуб, мое казино… да черт возьми, мой головной офис сейчас весь в огне, и, судя по многочисленным машинам скорой помощи, огонь успел отнять не одну человеческую жизнь.