Глава 25

Миша приехал в город и располагается, наконец, нормально в собственной квартире. Чтобы закончить все формальности с похоронами и помочь провести поминки он взял отпуск без содержания, и я эгоистично радуюсь, что побуду с братом подольше. – В целом в общаге на вахте условия нормальные, только иногда всё-таки хочется еды из «Азбуки» и чтобы поспать в комнате одному, а не среди храпящих и пердящих нефтяников, – смеётся он, уплетая лучшие в мире сырники из доставки. Боря жмётся поближе к дяде, – его максимальная тактильность. Он сидит на соседнем стуле и иногда позволяет задевать себя локтем. О, и сын даже согласен попробовать кусочек поджаренной творожной смеси с Мишиной тарелки! Я любуюсь своим братом. Он у меня просто невозможно красивый – широкоплечий, ясноглазый, с густой копной каштановых волос. Как папа в молодости. Боря сейчас очень похож на него. – Ещё чаю? – Заварила нашу любимую смесь с мандариновыми корочками. Миша подставляет мне свою чашку, и сын внимательно косится на то, как я наливаю ароматную жидкость из большого стеклянного заварника. – Будешь? – подталкивает его локтем дядя. – Нет. Миша пожимает плечами, махом отпивает полкружки и переводит взгляд на меня. – Он про тебя спрашивал. Снова просит встретиться. – Нет, – теперь уже я. – Не пожалеешь? Побежишь как к Нине, когда он будет на смертном одре? – Пожалуйста, не забивай мне голову ещё одной тревогой. Сейчас – нет. – Он жалеет. Очень. – Миша. В первый раз отец захотел встретиться со мной, когда я собиралась замуж за Андрея. Он пришёл в эту квартиру и ждал меня на кухне. Я тогда выскочила из дома и прошаталась по улицам до поздней ночи. Когда вернулась, его уже не было, на столе лежала записка с телефоном. Я театрально порвала её на мелкие кусочки и выбросила. В следующий раз он подкатил к роддому во время выписки. Предатель Михаил сдал тогда меня ему, решив, что я размякну после родов и приму папин букет. Я проигнорировала его и не разговаривала с Мишей три месяца. Несколько раз отец пытался поговорить с Андреем, даже отыскал адрес офиса, и я видела его белый «Рэйндж Ровер» с блатными номерами на нашей ВИП-парковке. Но если папа однажды вычеркнул меня из своей жизни, то почему мне нельзя? – Он просто старый уже. Почти как ба с дедом, когда он меня им отдал. На самом деле, меня он тоже не баловал своим вниманием, пока я рос. Но я же не вцепился в свою обиду, не пестую её уже миллион лет. – Мне было двенадцать, Миша. Он привёз меня обратно к матери, даже не спросив о причине моего побега. А до этого не виделся со мной ни разу с развода. – Охх, ну ладно, – брат кладёт локти на стол и, сцепив пальцы в замок, трёт ими нос. – Может, Боре было бы интересно познакомиться с дедом? – последний аргумент, который абсолютно бессилен. – Ты хотел бы познакомиться с дедом Николаем? – спрашиваю я сына, заранее зная ответ. – У меня есть дед Борис. – Я гляжу в глаза Мише и развожу руками. – Пойдёшь с нами на хоккей завтра? – пытаюсь смягчить пилюлю. – Нам дают пригласительные, мы должны ходить на все матчи команды. Сегодня Боря сказал смотреть на него очень внимательно – тренер пообещал попробовать его на позиции правого нападающего, как Лисовского.*** – Вот, я тебе принёс нарезку из роликов про котов. Упарился, пока всё склеил! – Лис появляется рядом со мной в нашем коридорчике и суёт мне под нос телефон. На видео подборка роликов с самыми милыми котиками на свете, которые потягиваются, обнимают своих хозяев, следят за солнечными зайчиками и прикрывают мордочки лапками. – Ну милашки же, а? И снова в пролёте.., – он подтягивает меня к себе и целует в шею. Так, что я вскипаю за секунду. Никита вытягивает руку с айфоном вперёд и делает наше совместное селфи. Я дёргаюсь и нервно поправляю волосы. Этому-то подлецу всё к лицу, а я наверняка буду там с двойным подбородком и полузакрытыми глазами! – Поставила мою фотку на контакт? – спрашивает Лисовский, пряча телефон в карман. Меня уже полноценно бросает в жар. Он сделал её у себя дома, сидя на диване в зале. Лица не видно, но я узнаю белую кожу обивки на фоне. Лис задрал свою футболку так, что видно идеальный рельефный пресс, частично татуировку на груди и половинки надписей на косых мышцах живота. Ещё видно крест на его предплечье и немного чернил на бицепсе. Но главное я разглядела только на третий или четвёртый раз любования фото. Под тонкой тканью боксеров чётко видно очертания того, что часто получали в сообщениях мои подруги во время переписок в приложениях для знакомств. – Боюсь, у меня будет ожог роговицы. – Потому, что Лис дьявольски горяч! – ухмыляется Никита, – Девки сгорают от моей тропической страсти! Подо мной плавится лёд! – Он с намёком двигает бровями, делает несколько поступательных движений бёдрами, сосредоточенно зажав зубами нижнюю губу, и я заваливаюсь набок от смеха. – Ну не заплакала, так хоть поржала, – прижав к своей широкой груди, Лис напоследок ерошит мне волосы и шлёпает дальше на тренировку. Плавно покачивая бёдрами, мимо нас проходит высокая блондинка с длинными гладкими волосами. Она пикает пультом, открывает дверь «Камаро» и садится на пассажирское сиденье.Когда мы с Борей выезжаем с парковки Арены я замедляюсь возле ВИП-стоянки, залюбовавшись бликами солнца на хищном желтом боку «Камаро» Лисовского. Может быть, когда у меня появятся свободные деньги, я тоже куплю себе спортивную машину.