Глава 26

Мы с Егором встречаемся в огромном фитнес центре, где договорились посетить бассейн. Однако отсутствие справки с допуском у меня вносит свои коррективы. Можно было бы заплатить, но я всегда была за честность: ненавижу взятки. И Егор поддерживает меня. Если каждый начнет платить за справку, в итоге о безопасности придётся позабыть. Не хотелось бы однажды прийти в бассейн и подцепить какую-нибудь инфекцию. Хоть и не ходила раньше, но вдруг появится такое желание позднее? – Жаль, что не получится начать занятия сейчас, – вздыхает Егор. Однако вижу что он ни капли не расстроен. Почему? – Ничего страшного. Может, тогда просто посидим в кафе, поедим мороженое и поговорим? На самом деле я даже рада, что всё сложилось именно так. Я всего лишь хотела поговорить с Егором и расставить все точки. Так будет правильно и честно по отношению к нему. Мы заказываем свежевыжатый апельсиновый сок и салат с креветками. Сегодня особенно жарко, а аппетита у меня нет, потому что слишком много нерешённых вопросов. Пока я так и не встретилась с Николаем Андреевичем, а он уже успел позвонить Владу и напомнить мне о его желании поговорить. Моего номера у него сейчас нет, иначе меня замучил бы звонками, не иначе. – Я хотел поговорить с тобой, Лисса. Чувствую себя ужасно на фоне происходящего. Мои отношения с братом потерпели провал, и нам так не удалось переступить через обиды прошлого. Как бы прискорбно это ни звучало, но мы потеряли веру друг в друга. – Не думаю, что все так. Твой брат продолжает любить тебя и заботиться о тебе. – Знаю, но вернуть те отношения, что были между нами в прошлом, уже точно не получится. И я не виню только его: сам набедокурил. Думая, что родители погибли по моей вине, считал, что это я обязан отплатить их убийце. Я допустил главную ошибку, возненавидев брата за то, что уберёг меня от мести и сделал всё сам, а когда на горизонте появился малейший шанс закончить начатое, я загорелся и ни слова не сказал брату об обнаруженных следах. Как говорится, пострадал по своей же вине в итоге, – Егор с горечью посмеивается. Официант приносит нам еду, желает приятного аппетита и просит обращаться, если захотим заказать что-то ещё. Он уходит, а Егор продолжает: – Твое появление многое изменило в моей жизни. Я уже говорил тебе, что месть сделала с моим братом. Мне совсем не хотелось, чтобы ты прошла через это. Чтобы превратилась в чудовище. Встретив тебя, познакомившись с тобой, узнав тебя настоящую, я понял, что превратился в своего брата: мне хотелось уберечь тебя. Если бы ты сломалась, я бы никогда себя не простил. Однако ты оказалась сильной. Я сразу заметил в тебе стержень, но долго отрицал это. Хотел окружить заботой, не допустить, чтобы ты наступила на мои же грабли, а сам прошёлся по тем, которые когда-то стали причиной моего разлада с братом. Егор говорит, а я не могу собраться с мыслями. Хотелось сказать, что между нами ничего не получится, что я не испытываю к нему романтических чувств… Однако теперь не могу. Я не знаю, как правильно говорить о таких вещах. Я не умею причинять боль другим. Он ведь сейчас не собирается признаваться мне в любви? Это существенно осложнит всё. – Лисса, наверное, я утомил тебя столь нудными разговорами? Мне хочется выразить свои мысли правильно, но получается какая-то сумбурная речь. К чему всё это я говорю? Ты положительно влияешь на моего брата. Влад сильно меняется рядом с тобой, и я это вижу. Ты понравилась мне как женщина, как искренний и надёжный человек. Однако ваши чувства с Владом сложно не замечать. .. Ещё один решил сыграть роль свахи? Что-то мне это совсем не нравится. Они меня за человека воспринимают вообще? Или за игрушку, вещь, которую можно уступить? Оба бесят ужасно! Им не хватает друг друга, стараются восполнить пустоту между собой мною? Да сейчас! – Егор, не продолжай, пожалуйста. Я уже наслушалась таких слов от твоего брата. И знаешь… ничего приятного, когда тебя уступают, а ты стоишь и в недоумении смотришь на всё. Я живой человек. Некрасиво делить меня и швырять из стороны в сторону, как надувной мячик. – Влад сказал тебе то же самое? Но с чего он взял, что между нами?.. Видимо, я сильно вошёл в роль. – Что это значит? Настороженно хмурюсь, глядя на мужчину. – Я сразу заметил, что у Влада появилась к тебе симпатия. И у тебя к нему – что тут отрицать. Понятно было, что мне ничего не светит… Меня сейчас стошнит на самом деле. От волнения, конечно. Потому что состояние оставляет желать лучшего. Руки трясутся. Кажется, что даже зубы стучат друг о дружку. Давненько такого не было. Даже благотворительный вечер прошёл спокойнее. А сейчас я – сплошной комок нервов. – Я это всё к чему говорю? Ты мне понравилась, но я же не слепец. Видел, что ты благодарна мне за спасение, но при этом держишь дистанцию. Сразу дал себе установку, что должен смотреть на тебя, как на младшую сестру, не иначе. – Прекрасно. Значит, мне не придётся говорить, что у нас ничего не получится. Егор, давай в таком случае остановимся прямо сейчас? Мне не по себе от таких разговоров. И я буду благодарна, если ты не станешь говорить Владу о теме нашего общения. Егор посмеивается. – Когда бы я смог ему сказать? Мы не общаемся почти, знаешь же. Конечно, я могила. Ты можешь не переживать на этот счёт. Мне странно, что он попытался отказаться от тебя. Это не в духе Влада. – В его духе – забота о тебе. Он пытается искупить вину перед тобой всеми возможными способами. К сожалению, даже я стала разменной монетой. – Прости. Я понимаю, каково чувствовать себя так. Есть ещё кое-что, о чём я хотел поговорить с тобой. Что-то мне не становится легче. Кажется, что новый разговор будет ещё тяжелее. Я смотрю на Егора, а сердце заходится и клокочет в груди, отбивая бешеный ритм. – Ты меня пугаешь… – Я не просто так просил вчера прощения, Лисса… Отправитель тех самых букетов я. – Что ты сказал? Я отказываюсь верить собственным ушам. Зачем Егору это нужно было? От дрожи не остаётся и следа, потому что тело в мгновение немеет. Сердце резко замедляется. Я смотрю на Егора и не верю, не хочу верить, что он действительно пошёл на такой шаг. Разве такое возможно? – Почему? – Прости… Я обдумывал все возможные варианты и понимал, что чем дольше вы скрываетесь, тем хуже будет впоследствии. Всё это могло превратиться в паранойю. А ещё мне удалось переговорить с братом. Он планировал подстроить несчастный случай и избавиться от Кирилла, как только удастся выйти на человека, управляющего им. Я корю себя. Поступил скверно, вмешавшись, но это сделал я. Никто не украл у меня карты при нападении. И я уже сомневаюсь, что на меня напал именно тот человек, на которого мне удалось добыть компромат. Скорее всего, это были простые грабители. Если и не они, то в любом случае все карты остались на месте. Букеты оплатил я. Я считала Егора искренним, но как же много он скрывал в себе. Братья недалеко ушли друг от друга. Говорят, что в тихом омуте черти водятся? Прав был тот, кто первым сказал эту фразу. Могла ли я просто предположить, что однажды Егор так поступит? – Всё ведь могло сложиться не так удачно… – Я понимаю. Я погорячился. И я винил себя, но сделанного уже не вернуть. Я пойму, если ты не сможешь простить меня. Сначала я думал, что так ты быстрее вернёшься к нормальной жизни, а потом только задумался о последствиях. В этот момент я понял своего брата. Влад не просто так старался упечь меня в психушку, чтобы только не набедокурил. Я всегда был слишком импульсивным, действовал на эмоциях, а потом обдумывал последствия. Мне показалось, что так будет правильнее всего. А потом дошло, как сильно я ошибся. Сможешь ли ты простить меня? – Не знаю. Всё это слишком сложно, Егор. Я не ожидала от тебя такого. Не думала… В любом случае, мы уже не сможем вернуться назад. От былого ощущения комфорта и покоя не остаётся и следа. Вот вроде бы рядом со мной Егор, тот самый парень, что вытащил из моря, не позволил мне умереть, но одновременно чужой человек. Я боюсь его. Мне страшно от мысли, что он может сделать что-то необдуманное снова. Что ещё он скрывает? Как много успел провернуть за нашими с Владом спинами? – Я ведь с самого начала говорил тебе, что правильно было бы сразу озвучить, что ты жива. И подумал, что… в общем, я идиот. Мой брат прибьёт меня, когда узнает правду. – Если боишься, что я расскажу ему, я не стану этого делать. – Лучше сделай это ты. Боюсь, что наш разговор с ним закончится плохо, а Влад должен знать, что это было дело моих рук. Ты должна знать кое-что ещё. – Сердце обрывается, и я уже начинаю терять связь с реальностью, потому что каждая новость от Егора бьёт наотмашь. – Я не смогу простить себя сам за этот опрометчивый поступок. А ещё мне сложно будет какое-то время находиться рядом с тобой. Вряд ли нам удастся сохранить дружеские отношения, ведь время от времени я продолжу смотреть на тебя, как на женщину… по этой причине я принял решение уехать. Хочу путешествовать и отказаться от мести. Так будет правильно. Из меня получается хреновый стратег, как ты видишь. Я всё только порчу. Страшно было от мысли, чем всё это закончится в итоге. Я мониторил новости и боялся, что брат не прислушается ко мне и не обратится в полицию. Повезло, что он поступил правильно. Хотя правильно ли это было? Теперь уже и я сам сомневаюсь. Мне сложно сейчас нормально воспринимать дальнейшие слова Егора. Умом понимаю, что он хотел сделать как лучше, но ведь всё могло закончиться очень и очень плохо. Он это понимает и жалеет, но ту страшную записку написал он… Егор. Можно ли доверять людям после такого? В голове самый настоящий туман. Я даже не представляю, как сообщить обо всём Владу, и как он отреагирует. Мне страшно. Страшно от мысли, что доверяю людям и оказываюсь обманутой. – Больше ты ничего не предпринимал, я надеюсь? – Нет. И этого хватило, чтобы потерять спокойный сон. Есть шансы, что ты когда-нибудь простишь меня? – У меня нет на тебя обиды, лишь недоумение и лёгкое замешательство, – честно говорю я. – Просто ты видела во мне не того человека, которым я был на самом деле. Мой брат сразу показал свою тёмную сторону, а я умело скрываю её. Я всегда старался быть идеальным, а теперь хочу стать самим собой. Возможно, так будет проще жить? Все мы не идеальны и допускаем ошибки, и доказала мне, что нет ничего страшного в том, чтобы открыть свои изъяны. Мой самый главный враг – импульсивность. С ней следует бороться. И я постараюсь. Мне жаль, что тебе пришлось раскрыться, но я рад, что всё прошло нормально. И теперь ты на шаг ближе к полноценной жизни без страхов и ожиданий удара в тени. Я только киваю. Найтись со словами тяжело. Хочется уже прекратить этот разговор и сбежать. Телефон звонит, и я вижу имя Влада на экране. Нахожу в этом спасение, хоть в последнее время наши отношения с ним напряжённые. – Твой брат звонит. Кошусь на еду, к которой так и не прикоснулась. – Ответь ему, – кивает Егор и выдавливает улыбку. – Влад… – говорю дрожащим голосом, так как не могу до сих пор побороть в себе смятение. Тошнотворные спазмы стягивают. Ощущения ужасные. – Лиза, ты где? Ты хотела поехать в офис, и сейчас как раз представился вариант прижать зама твоего отца к стене. Застанем его врасплох, нагрянув неожиданно. Сможешь? Или всё ещё плаваешь в бассейне? – С-смогу… – Прекрасно. Я на парковке у фитнес центра. Куда подойти? Или Егор проводит тебя? – Езжай с ним, а я искупаюсь в бассейне всё-таки, – кивает Егор. Не думала, что буду чувствовать себя такой пришибленной мухой после разговора с ним… Голова идёт кругом, и я говорю Владу, куда подойти за мной. Понимаю, что шокирую его новостями, но Егор прав – лучше мне преподнести всё это мягче, чтобы между братьями не вспыхнула очередная война.