ГЛАВА 18

– Нет, Кость, я приду домой, выпью таблетку от головы и лягу спать. Поговори с кем–нибудь, кто хочет тебя слушать.

Наверное, я дико удивляю его словами. Прежде я во всем с ним соглашалась, полностью доверяла. Но доверие подорвано. Казалось бы, крепкая леска лопается, и наши отношения утекают бурной рекой.

– Это глупо, Диан. Ты должна…

– Я ничего тебе не должна. После всего, что было. Ни–че–го. И перестань смотреть на меня взглядом брошенного щенка.

Костя легкими движениями убирает полы пиджака и фиксирует руки на поясе. Гордый, уверенный, монолитный. Чертова греческая статуя с рельефными формами.

– Раньше ты никогда со мной так не разговаривала. Всегда давала шанс объяснить свои поступки.

– Заметь «раньше». Раньше ученые считали, что вселенная стоит на трех китах.

Меня уже озноб берет. Не могу открыть сумочку и забросить в нее телефон. Пальцы кисельные.

– Я тебя пугаю или нервирую?

Рядом. Обдает природным жаром, обволакивает мужским ароматом. Тем, который парализует на незримом уровне и сводит женщин с ума. Мои гормоны сейчас в полном хаосе и его близость добавляет им паники.

– Что?

Пока я барахтаюсь в ощущениях, Костя забирает у меня смартфон, копается в нем, как бы я не старалась отобрать.

– Взгляни, – показывает мне скриншот из омерзительного видео с его участием. – Разве это я?

– А кто? Твой двойник в нашей постели. Не смешно, Кость. Далеко не смешно.

Муж практически касается экраном моего носа. Стекло запотевает.

– Внимательно посмотри и скажи, что ты видишь.

– Тебя и…– прищуриваюсь, глаза прилипают к странной детали. Кожа Кости, будто бы в мелких штришках. – Что это?

– Сбой пиксельный. Так бывает, когда пытаются наложить фото на фото.

За окном шумит вечерний город. Маленькие домашние ресторанчики открывают свои двери для туристов. Набережная вспыхивает огнями. Шляпки фонарей мелькают вдоль берега. Так красиво. По–летнему.

– Хочешь сказать, на фото действительно не ты?

– Наконец–то! – муж чуть отходит. Его широкая ладонь взмывает вверх, ставя вроде восклицательного знака.

– Допустим, видео подделка, а подсобка, а мой сон, а родимое пятно…?

– В смысле?

Настенные часы в грубой металлической оправе показывают почти восемь. Только стрелки ползут медленно. Меня это беспокоит. Время превращается в тягучую материю. Оттягивает неизбежное.

– Диана?

– Я пойду.

– Еще одну минуту.

Преграждает путь собой. Над ним вырастает огромная тень моих страхов. Я подсознательно выстраиваю ледяную стену, между нами, а внешне…мои плечи прижимаются к голове, тревожный взгляд тонет в его немного сердитом, но чарующем взоре.

– Я и так слишком много тебе позволила сегодня. У меня больше нет ни сил, ни желания здесь задерживаться.

– Диан, – касаясь меня руками, отправляют моему сердцу сигнал бежать на вокзал и покупать билет в один конец. – Против нас ведут опасную игру. Северцев все ближе. Но я клянусь, что ни Ксения, ни кто–либо другой, не причинит тебе вреда. Я утром дал распоряжение усилить охрану на входе, но видимо меня плохо поняли. Провожу тебя, передам в руки Вэла и Дэна, и свяжусь со знакомым из охранного предприятия.

Дважды ловлю шок. Первый, при упоминании Северцева, второй, при вероятности возможной угрозы жизни.

– И, прошу, будь аккуратна с Катериной.

– Да, черт возьми, что вы все заладили одно и то же!

Непонимание напалмом сносит все другие чувства. Волоски один за другим встают дыбом, по венам гонится горючая смесь из ненависти и жалости.

Мне жалко Костю. Он спихивает все свои неудачи и проблемы на всех, кроме себя. Теперь вот Лису пытается очернить непонятно за что.

– А что ты о ней знаешь?

– О, нет. Хватит!

Трясу головой слишком рьяно. Мозг пухнет. Отбираю у него телефон, зажимаю в руке и иду к лестнице. Благо она недалеко. Видно, со всех ракурсов единого рабочего помещения.

– Диан, постой!

Неужели будет преследовать? Точно! Слышу глухие шаги. Они постепенно ускоряются.

На последней ступени, Костя совершает немыслимое. Обнимает меня и впечатывает спиной в свою крепкую грудь, которая является клеткой для бешеного сердцебиения. Не понимаю. Мечусь в мыслях.

Мой муж то холоден, то горяч. То разгневан, то нежен. Меня подобные качели не устраивают. Я сама–то едва могу удерживать внутренние барьеры и не слететь с катушек.

– Нам нужно быть вместе, чтобы пережить то, что сейчас происходит вокруг. Во всем замешан не только Северцев, но и те, от кого совсем не ждешь подлянок.

– Если так, – глубокий вдох, – если хотя бы предположить, что нас пытаются развести и уничтожить, то вопрос: зачем?

– «Вилла Давыдовых» кость в горле для некоторых людей. Еще при твоем отце велась ожесточенная война за лидерство. Пойми же, любимая, я бы никогда тебя не предал. Никогда бы не сделал больно. Я чист и люблю тебя одну. Люблю. Тебя. Одну.

Забыть обо всех ужасах и кошмарах, вычеркнуть псевдо или реальную измену из воспоминаний и поверить в хорошее?

Не могу.

Даже если сильно захотеть, не могу.

– Ты и Ксения. Пускай видео фейк, пускай я просто не в том состоянии сейчас, чтобы здраво мыслить. Но тот вечер, подсобка…

Голос понижается на «нет», под ребрами нешуточная бойня.

– Ничего не было. Наш единственный раз, как я уже говорил, случился до встречи с тобой. Я не мерзавец, не предам друга и любимую женщину.

– А ребенок? Олег его отец?

Лестница. Одинокое клацанье часовых стрелок в полной тишине. Удаленное бурчание автобуса и его звучный выхлоп. Миг застывает и мы с ним. Время снова завлекает нас в ловушку, и замершие минуты дают нам небольшую фору.

– Конечно.

– Разве он поверит в то, что его жена связана с Северцевым и кем–то еще?

– Ты правильно мыслишь, любимая. Но я во всем разберусь. Только не отталкивай меня.

Отчего–то вспоминаю о кексиках Ксении. Розовые, аппетитные, с легким ванильным ароматом…так и остались на моем столе в открытой коробке.

– Кость, – осторожно убираю его руки со своей талии. – Я хочу тебе верить, хочу, чтобы все закончилось и когда-нибудь обернулось в пыль. Хочу снова стать твоей любимой девочкой, готовить для нас, смотреть на искры в камине и грезить о ребенке, но пока не могу. Ты знаешь, что если я в чем–то сомневаюсь, это не исправить по щелчку.

– Знаю, – смотрит свысока. Он на ступень выше меня. – Поэтому, прошу лишь об одном. Не теряйся, не оставляй нигде телефон, слушай Вэла и Дэна, будь внимательна к людям в своем окружении. Мне необходимо немного времени и только.

– Пока.

Все-таки спускаюсь, прохожу мимо пункта охраны и перед выходом, оборачиваюсь.

– Кексы на моем столе принесла Ветрова. Может, стоит отдать их на анализ? Она ела, но мало ли.

Костя не отвечает. Только смотрит в самую мою уязвимую суть. В самое сердце.