Глава 16
Утром проснулась с больной головой, уставшая и разбитая.
Всю ночь ворочалась на кровати с ощущением, что под дверью бродит… муж и изо всех сил сдерживает желание ворваться внутрь апартаментов. Изредка слышалась тяжелая поступь и скрип когтей по прочному дереву. Иногда утробное рычание, в котором отчетливо звучало моё имя, но особенно меня «давила» тёмная драконья аура. Имперских дознавателей поселили на втором этаже – ни толстые стены, ни мощная защита, наложенная демонами-мастерами, не могли от нее уберечь.
Смахнув с лица прядь рыжих волос, выбралась из постели и отправилась в душ.
В мыслях неожиданно мелькнула заманчивая идея сослаться на дурное самочувствие и не идти сегодня в Академию. Но тут же её отмела. Алекс всё равно не оставит в покое. Не приду на допрос, сам сюда заявится. А видеть его в личных апартаментах, с недавнего времени ставших надежным убежищем, я категорически не хотела.
Пары вела как на иголках.
В основном потому, что с первого этажа беспрестанно доносились ледяные голоса мужа, Киссина или Рейнала. Нападение произошло в этом корпусе. Естественно, что драконы начали расследование с детального изучения места преступления с применением магических заклинаний. К третьему занятию любознательные адепты шепнули, что у дознавателей уже наметился круг подозреваемых, и вскоре всех их вызовут для дачи показаний.
… Шло последнее занятие – лабораторная работа, как вдруг на весь кабинет раздался яростный демонический рык. Первым из-за стола вскочил могучий Иарт с золотистыми рогами и некрасивыми чертами лица. Парень тряс ладонью и скалился, в то время как от его кожи исходил темный дымок.
- Что происходит? Профессор Эрт?
Мгновение я и адепты наблюдали за первокурсником, а потом демоны хрипло выдохнули:
- Это метка.
Парень, рассматривая темный завиток на тыльной стороне ладони, охвативший большой палец кольцом, зарычал:
- Метка?
- Тебя пометили драконьи дознаватели.
- Но я ничего не сделал!
- Видимо, у драконов иное мнение, Иарт.
- Ай! – Неожиданно с места вскочила Хелиана и тоже всплеснула рукой. – И у меня метка!
- И у меня, - следом за дочерью ректора поднялась ее изумленная подруга – Сильвана.
Вздрогнув, я ощутила возле большого пальца легкое покалывание. Темная драконья магия погладила прохладой и легла на кожу широким кольцом. Я прекрасно помнила способы дознания элинорских агентов тайной канцелярии, до сих пор нервно содрогаюсь после призыва Алексом Стражей, когда пару месяцев назад он выяснял виновность экономки и ее племянницы, пытавшихся меня отравить.
Из воспоминаний вырвал удивленный возглас Хели.
- Вас тоже «отметили», профессор?
Скользнув взором по метке, напоминавшей кольцо из черного металла, опустила руку и спокойно заметила:
- Это так. Но давайте, не будем волноваться раньше времени.
- Раз «отметили», выходит, в чем-то подозревают? – Испуганно всхлипнула Сильвана, рухнув на стул.
- Возмутительно, - прорычал еще один адепт. Он всячески старался выжечь темную драконью метку природным Огнём, и не мог. – Я буду жаловаться отцу! Меня… старшего сына рода не посмеют допрашивать какие-то чешуйчатые!
- А мне наоборот интересно, - с заметным ехидством произнес еще один ученик с задней парты и откинулся на спинку. – Пожалуй, схожу. Потреплю драконам нервы.
В этот момент раздался ученический гонг. Возбужденные адепты завершили работы, сдали листки с результатами и толпой сбежали в коридор.
Сбитая с толку драконьей тактикой, опустилась на стул и ласковым движением погладила еще плоский животик.
Н-да, маленький. Твой папочка крепко вцепился в нелюбимую жену и, похоже, решил вернуть. Принимая предложение преподавать, я мечтала начать новую жизнь с чистого листа, оставив болезненное прошлое за спиной. Если бы знала, что это «прошлое» так скоро меня настигнет, а заодно подбросит сюрприз в виде беременности.
Малыш некоторое время молчал. А затем, будто чувствуя как маме непросто, поделился бодрящей магической энергией, и связал своё и моё сознание на долю секунды.
- Что? – Нахмурилась, улавливая призрачный вопрос. – Люблю ли я папу?
Вот же, дитя дракона!
- Люблю, малыш… По-своему, - я обхватила живот, зажмурилась и честно призналась: – Но тебя люблю сильнее. Ты – всё для меня.
Маленький довольно расслабился, напоминая какой могучей темной магией наделён, «погладил» маму в ответ и притих.
Часы до вечера провела в кабинете, не желая лишний раз спускаться в вестибюль, чтобы не столкнуться с драконами. Спасибо профессору Жеану. Увидев у меня свет, он сходил в столовую и принес сытный ужин. Недолго поболтав с коллегой-алхимиком, поблагодарила его за заботу и села проверять лабораторные работы. Дальше подготовила материал к следующим темам, убрала опасные алхимические реагенты и только собралась вернуться к сложному зелью плодородия, на ладони вспыхнула драконья метка. Вызывают на допрос?
Застыв у зеркала, поймала себя на мысли, что волнуюсь.
На меня смотрела ухоженная молодая леди в темно-зеленом атласном платье, покрытом черным кружевом и узорной вышивкой, так красиво подчеркивающим бледную кожу и рыжий оттенок волос. Ни тени тревоги – собрана, спокойна, с ясным взглядом. Легкий макияж, изысканная прическа, минимум украшений.
Вот только внутри все переворачивалось от страха. Муж ждёт меня – терпеливо и неумолимо, отсчитывая минуты со вчерашнего вечера. И никакой возможности избежать новой встречи.
Сделав глубокий вдох, поправила высокий ворот платья, под которым прятала вплавленный в тело закрывающий демонический артефакт. Благодаря его излучению – Алекс не ощущает нашего ребенка, и я надеялась, так будет и дальше. Затем, заметно нервничая, заперла кабинет и спустилась вниз.
Пустую просторную комнату, выделенную дознавателям, заливал тусклый свет потолочной лампы. На улице давно стемнело – в огромные не зашторенные окна лился сумрак. Посередине стоял стол, заваленный бумагами, и за ним сидели заметно вымотанные Александр и Нейтар.
Едва я вошла, муж поднял голову, впиваясь в меня голодным взглядом. Темный зрачок полностью залил синюю радужку. По невозмутимому лицу скатилась едва заметная судорога боли.
- Добрый вечер, профессор, - прорычал он, с трудом сдерживая эмоции. – Присаживайтесь.
И указал на стул посреди комнаты.
На ватных ногах села и поздоровалась.
Внезапно Киссин обменялся с Главой молчаливым взором, кивнул, поднялся и… вышел из комнаты. Я растерялась. Оставляет с Алексом наедине? Хотела вскочить с заявлением, что против этого, но муж перебил властным тоном:
- Это не займет много времени. Поберегите силы.
- Ладно. – Взяла себя в руки. – Но прежде чем отвечать, ответьте на мой вопрос, лорд Кайден.
Он отложил бумаги и, сцепив пальцы замком, уставился на меня, не мигая.
- Спрашивайте.
Вдох, и через силу:
- Почему вы не раструбили на всю Академию, что мы женаты?
- А ты бы хотела? – Вкрадчиво, почти игриво.
- Конечно, нет. Но… - горло пересохло от волнения. – Ваше молчание пугает больше. Ведёте скрытую игру?
- Никакой игры, Розалия. – Алекс склонил голову на бок, демонстрируя косу с тугим плетением, и долго изучал мои эмоции. – Я сделал это, чтобы уберечь твою репутацию. И своим людям дал приказ – помалкивать. Работа в Академии важна для тебя. И так кругом виноват. Не хочу причинять жене новую боль.
Не сдержавшись, я рассмеялась.
- А вам не кажется, вы немного с этим запоздали, милорд?
- Не веришь мне?
- Ни единому слову, - процедила холодно. – С чего бы могущественному брату Императора вдруг отягощаться чувствами никчемной девчонки, на которой женился по приказу?
- Ты не никчемная девчонка, - прорычал, выходя из себя.
- Совсем недавно у вас было иное мнение.
- Я был идиотом. Наделал ошибок.
- Что изменилось?
- Я, Розалия. – Алекс сверлил немигающими темными глазищами, вгоняя в гипнотическое оцепенение. – Не дракон, а я – человек. Когда осознал, что полюбил. Тебя.
Последняя фраза оглушила.
Алекс признался… в любви?
А смотрит-то как! Жадным, нетерпеливым, взглядом – подтверждающим его право на меня. На щеках играют желваки. Кулаки сжаты до предела, плечи напряжены. Дракону больно, и очень плохо.
Вот только и у меня внутри всё пылает от горя и унижения. Отлично помню, что на любовницу муж смотрел практически так же. И было это всего пару месяцев назад, уже после того, как нас связали нерушимые брачные узы.
- Вы понятия не имеете, что такое любовь. – Прошептала, уязвленная мужским желанием, которого он даже не скрывает.
- Ошибаешься, - глухо, отчаянно. – Сердце ищет тебя, желает соединиться.
- У вас нет сердца. Только то, что между ног.
Муж скрипнул зубами, едва удерживаясь от молниеносного броска, чтобы заключить неприступно-холодную жену в объятия.
- Ты несправедлива, Розалия.
- А вы были справедливы, когда кувыркались с Мариэллой в брачную ночь?
- Я признал свою вину. Вычеркнул ту женщину из жизни. Как еще доказать, что ты для меня – единственная?
- Никак.
- Настолько сильно ненавидишь? – Вздох и кивок. – Я заслужил.
Неожиданно по венам взметнулась темная магия. Малыш бурно отреагировал на пронизанный отчаянием голос папы и «потянулся» к нему с желанием поделиться утешением. К счастью, Алекс ничего не почувствовал. Вплавленный в тело бесценный артефакт надежно скрывал мою беременность.
- Когда ты пропала, думал – умру, - тихий, лишенный красок голос Алекса застал врасплох. – Перевернул все окрестности. Загнал агентов, ищеек и информаторов до полусмерти. Знал, ты жива, совсем рядом, но упорно молчишь. – Пауза и вкрадчивый вопрос: - Почему не подала весточку после покушения? Почему не вернулась домой?
- Домой?
- Ко мне.
Резко качнув головой, не в силах ответить, зарылась лицом в ладони.
Зачем он мучает меня и себя? Почему не оставит в покое и не найдет другую любовницу? За что Все Святые наказали меня и этого невыносимого во всех смыслах дракона истинной связью?
- Я твой муж, - сдерживая ревнивое рычание, тихо напомнил. – Ты должна была вернуться.
- Вы были им в Империи, а здесь другое государство, - оторвав лицо от ладоней, смерила Алекса уничижительным взором.
- Не говори так. Ты моя жена. Даже если этого не хочешь.
- Да, не хочу! И проклинаю день, когда выбор той, которая станет вашей женой пал на меня.
Кайден на мгновение заледенел, а затем шумно выдохнул.
- Ты имеешь полное право меня ненавидеть. Но запретить мне тебя любить не сможешь.
Зарево лампы преломлялось на мужском лице светом и тенью, еще больше подчеркивая драконью суровость, беспринципность и приверженность принципам. Да и решимость в фиолетовых, как штормовое небо глазах, вгоняла в трепет, напоминая, что я всего лишь слабая женщина, а он опасный хищник, который ни за что не отступится.
- Так, - отогнав эти пугающие мысли, настояла. – Помнится, я пришла на допрос. Задавайте вопросы, господин дознаватель, и отпускайте. Очень устала.
Дракон выразительно хмыкнул и в мгновение ока натянул на лицо маску спокойствия и невозмутимости.
- Ладно, профессор Эрт. Приступим. Это вы обнаружили лорда Лафита вечером в пустом вестибюле, двадцать пятого октября?
- Да.
- И сразу позвали на помощь?
- Сразу…
Сдаётся, опытный Глава тайной канцелярии уже получил всю интересующую его информацию от адептов, ректора и раненого сородича. Показания главной свидетельницы лишь дополнили общую картину, но особой роли не сыграли.
- Благодарю, на этом всё, - захлопнув папку с бумагами, дракон сцапал меня темно-синими пронзительными глазищами, будто стремился запечатлеть мой образ на память.
- Я могу быть свободна?
Вместо ожидаемого: «да, идите», муж загадочно произнес:
- Ты очаровательно красива, Рози. И сводишь меня с ума.
Замерев, не поверила ушам. Мало того, что сократил имя до ласкательной формы, так кроме этого сделал комплимент? Это уже слишком.
- Всего доброго, милорд.
Процедив сквозь зубы, с гордой осанкой выплыла в коридор. Алекс не отказал себе в удовольствии идти по пятам. Правда, дальше порога не последовал – замер в дверях, провожая «свидетельницу» пылающим взглядом. А мне вдруг резко стало не хватать кислорода. Не из-за допроса или встречи с мужем. Накатила беспричинная тревога.
Малыш тоже забеспокоился – в животе остро и болезненно кольнуло.
Вздрогнув, выбежала на широкое парадное крыльцо и подставила лицо вечернему ветру. Двери заведения были распахнуты настежь. Контраст света и мглы ослепил. Жмурясь, запрокинула голову и обрадовалась мелкому холодному дождю, остужавшему разгоряченную кожу. Порывистый ветер обхватил со всех сторон.
Замёрзнув ровно через минуту, попятилась назад в Академию, как вдруг меня настиг крик дракона:
- Розалия! Берегись!
Над головой раздался треск.
Я содрогнулась, ощущая опасность, но прежде, чем успела шевельнуться – оказалась в крепких мужских объятиях. Метнувшись с другого конца вестибюля, Алекс подхватил меня на руки и молниеносно рванул с крыльца. И этим спас. На то место, где я только что стояла, рухнула каменная голова горгульи, украшавшая одну из башен. Острые осколки фонтаном взметнулись в дождливую высь.
Я тихо ахнула. Не почувствуй Алекс угрозу, оказалась бы погребена под грудой камней!
- Ты как? – Притиснув к груди теснее, он обжег лицо дыханием. – Не пострадала?
Упираясь руками в мощные плечи, чувствуя, как под ладонями перекатываются стальные напряженные мускулы, с трудом шепнула:
- Н-нет.
- Точно не задело?
От грохота звенело в ушах. Влажный воздух был пыльным и горьким.
Мелко замотав головой, заставила себя успокоиться ради маленького и вдруг поняла, у кого нахожусь на руках и к кому, стискивая за крепкие плечи, льну в надежде найти защиту. К своему заклятому… дракону!
Пока приходила в себя, на звук происшествия сбежались адепты.
Алекс был разъярён. И это самое малое, что я почувствовала. Не думая выпускать жену из объятий, дракон обвел толпу грозным взглядом, заметил в толпе мрачного Рейнала и прорычал:
- В Академии творится бардак, Оруадэ. Только что профессор чуть не погибла от обрушения!
Демон метнул леденящий взор на меня, уютно устроенную на руках дракона, и в темных глазах вспыхнуло бордовое пламя ревности. Рейн внутренне взбесился, правда, вида не показал. Приблизился к каменному крошеву, изучил и провел над ним рукой, вскрывая защиту – воздух заполонили обрывки алых плетений.
- Невозможно. Я лично накладывал на Академию чары поглощения разрушений. Эти стены монолитны и неприступны.
- Очень самоуверенно. Но я привык опираться на факты, - Александр не выпускал жену из рук. Я бы и хотела вырваться, но ноги не держали, а всю меня лихорадило. Понежусь пока в мужских объятиях. – Чутье подсказывает, профессору пытались причинить вред. Намеренно.
- Никто в Академии не пойдет на такое, - грубо отрезал Рейнал.
- Хотите сказать, леди сама кинулась под камнепад?
- Само собой – нет. Просто несчастливое стечение обстоятельств. Вероятно, чары неразрушения в этом месте истончились, и часть фасада обрушилась.
- Прямиком на голову профессора? – Скептически фыркнул Алекс.
Витые рога демона вспыхнули витиеватым узором. Резкие черты лица стали еще резче, глаза угрожающе потемнели.
- Намекаете, это сделал кто-то из адептов или преподавателей?
- Я ни на что не намекаю, Оруадэ. Но даю слово – обязательно во всём разберусь.
Алекс смерил соперника ледяной синевой и еще крепче, будто говоря: «моя и точка», прижал меня к груди. К этому моменту, совладав с эмоциями, вновь окунулась в противоречивые чувства. С одной стороны – искреннюю благодарность за то, что рискнул собой и бросился на помощь, но с другой – волнение и даже неприязнь. Жаркие, собственнические прикосновения мужа обжигали кожу пламенем, напоминая о том, что я отчаянно стремилась позабыть.
- Уже всё хорошо, - поерзав, попросила: - Будьте добры поставить на землю.
- Вы чуть не погибли, профессор. Со мной вам будет лучше, - уверенно заявил этот самоуверенный тип и, пользуясь моментом, скользнул носом по волосам, вбирая мой аромат.
- Испуг прошел. Отпустите, - сказала холодно.
Адепты вокруг с любопытством поглядывали на нас; шептались, хмурились и вроде о чем-то спорили. Алекс поймал мой взгляд, отчего вертикальный зрачок резко сузился, выдавая его истинные чувства:
- Если настаиваете?
- Да!
Ноги коснулись мокрой дорожки. Лицо омыли холодные капли. В свете уличных фонарей дождь казался призрачной белесой дымкой.
Почувствовав свободу, отошла от крыльца и, пока муж с ректором присели у каменной груды, чтобы вскрыть дополнительные плетения, подавила желание погладить живот. Малыш внутри беспокоился: обжигал маму темной магией, а когда я решила, что маленький успокоился – в животе больно кольнуло. Сдавленно ахнув, склонила голову, не желая привлекать внимание мужчин. И так едва выносят друг друга и вместо нормального разговора рычат и излучают презрение.
В момент, когда вены обожгло темной магической волной, из толпы выбежала Хелиана. Девушка была не одна. Рядом с ней мялась подруга Сильвана, которая была чем-то напугана, кусала губы и постоянно озиралась по сторонам.
- Папа, что произошло? – Спросила Хели.
- Мы разбираемся, малышка, - не отрываясь от обломков горгульи, ответил Рейн. – Тебе лучше вернуться в общежитие. И вам, адепты. Расходитесь. Немедленно.
Юноши и девушки шумно возмутились, но указу главы подчинились. Хели тем временем бросила в мою сторону озадаченный взгляд, потом схватила нервную подругу за руку и потянула во мглу.
- Идем, Силь.
Демоницы с длинными волосами попятились и почти растаяли в темноте, как вдруг Сильвана обернулась, наткнулась на мой взгляд – вздрогнула и поспешила исчезнуть.
Я, сцепив пальцы замком, удивилась. Уже не первый раз подмечаю странности в ее поведении. А началось всё со дня приезда в академию делегации драконов. Дар вяло шевельнулся, разливаясь вокруг в попытке ощутить не свойственные веществам насильственные магические вторжения. Камни действительно пронизывали демонические чары, много чар. Всюду ощущалась сильная защита, и ничего подозрительного.
Хмыкнув, хотела сообщить Алексу и Рейналу, что возвращаюсь к себе, а они могут заниматься расследованием хоть до посинения, как вдруг в животе опять кольнуло. На этот раз так больно и непредсказуемо, что, не сдержавшись, я вскрикнула и начала оседать.
Муж в одно мгновение очутился рядом и обхватил голову ладонями.
- Что такое? Тебя ранило осколками?
Связь! Сначала ощутил угрозу извне, теперь поймал болевые отголоски и тоже страдает.
- Нет, - прошептала на грани обморока. Живот скрутило с такой силой, что я едва могла дышать. Из затуманенных страданием глаз брызнули слёзы.
- Тогда, что, Розалия? Где болит?
- Здесь, - неохотно, боясь раскрыть свою тайну, прислонила ладонь к животу.
- Роза, - Рейнал тоже оказался рядом и даже попытался подхватить меня на руки, но Алекс опередил, сцапав в объятия.
- Всё еще больно?
- Очень!
Малыш бился в агонии, «рыдал» и то ли рвался к родному отцу, то ли просто кричал, как ему плохо – я разобрать не могла. Меня колотило. Боль в животе нарастала приступообразными скачками, сердце бешено стучало.
- Скорее, в целительскую, - крикнул Рейн и позвал за собой. – Я отведу. Ирвин, Тризан, отцепите место обрушения и сообщите Жеану, пусть займется.
Прижав меня к себе еще крепче, муж шепнул на ухо: что всегда будет рядом и защитит свою пару, и широким шагом отправился за ректором академии во мглу. Я к этому времени уже потеряла сознание.
* * *
Очнулась от того, что широкая и теплая ладонь гладит меня по распущенным волосам. Разлепив мокрые от слез ресницы, поняла, что нахожусь в лазарете. Алекс сидит с краю кровати, держит за руку, мягко перебирая мои пальцы своими, а второй – ласкает шелковистые локоны. Глаза дракона лихорадочно горят. Щеки запали – весь его облик говорил о чудовищном напряжении и внутренней тревоге.
- Как она?
- Опасность миновала, - расслышала уставший шепот Мирель. Суетясь рядом, целительница вливала в моё тело магию жизни. – Беспокоиться не о чем. Никакого насильственного или магического вмешательства я не обнаружила.
- Розалия жаловалась на боли в животе, - грудной мужской баритон был пронизан сомнением. – Почему?
- Профессор сильно переутомилась. К этому добавился стресс после обрушения, всё это спровоцировало спазматический приступ.
- Переутомилась?
Муж впился в мой живот темным взглядом и нахмурил брови. Начал подозревать?
- Совершенно верно. – Мирель говорила нейтрально, боясь сказать лишнее слово и этим выдать меня или себя.
- Я не верю.
- Милорд Кайден, Роза в последние дни была на взводе, это послужило причиной болей.
- Держите меня за идиота? Что с моей… - чуть не рявкнул «женой», но в последний миг поправился, - профессором?
Повисла пауза. Эльфийка, закончив подпитку, сверлила Александра суженными глазами, а он в свою очередь холодно буравил ее, раздувая ноздри и едва сдерживая дракона, желавшего знать правду. От разоблачения спас протяжный стон Лафита в соседнем зале.
Мирель буркнула, что должна уйти, и оставила нас с мужем наедине.
Алекс минуту не двигался, лаская мое лицо жадным взглядом, затем погладил щеку костяшками пальцев. И далее, ни минуты не сомневаясь, занес ладонь над животом, сосредотачиваясь и закрывая глаза. Пытается нащупать излучения малыша? Почувствовать родную кровь?
Я сделала вид, что всё еще дремлю, хотя внутренне была очень испугана.
К радости, ребенок больше не беспокоился и не рвался к папе, успокоенный воздействием эльфийской магии. Чувствовал себя хорошо и вроде бы «спал». Кроме того, нас прикрывал закрывающий артефакт.
- Мрак подери, - тряхнув головой, из-за чего тугая коса упала на твердую мужскую грудь серебрящейся лентой, Алекс поморщился и отнял ладонь.
Сам не верит в то, что пытается нащупать? Знал бы мой нелюбимый дракон, что проклятие давно разрушено,… и он скоро станет отцом.
Уединение прервал крик Нейтара из холла:
- Глава! Мы обнаружили кое-что интересное. Тебе надо взглянуть.
Муж недовольно зарычал.
- Скоро буду.
Не хочет оставлять жену одну?
Не успела об этом подумать, дракон склонился и неожиданно впился в мой рот поцелуем. Чувственно и нежно, будто просил прощения за всё, что натворил в первые недели супружеской жизни.
Я замерла, ошеломленная страстным порывом Алекса.
Сама не поняла, как не вскрикнула и не оттолкнула его, а просто осталась неподвижна, принимая эту ласку.
- Знаю, ты мне не веришь, - отпрянув ото рта, муж зарылся носом в изгиб моей шеи и прорычал, - и не простишь. Но я буду за тебя бороться. Ты моя жена. Я люблю тебя, и никому не отдам.
Порывистый рывок, пряный мужской аромат рассеивается, и Алекс исчезает за стеклянной дверью.
Ахнув, резко села и приложила руки к животику.
Мысли скакали от нетипичного поведения Кайдена к приступу у крыльца Академии. Что, леший возьми, произошло?
- Пока ничего ужасного, подруга.
Из соседнего зала вернулась Мирель. Скользя походкой лебедя и придерживая шелковые летящие одежды, она села на стул и зачесала золотистые локоны за острые уши.
- Малыш все последние дни рвался к отцу-дракону, борясь с магическим воздействием закрывающего артефакта. Это опустошило его, подорвало силы и в итоге спровоцировало кризис.
- Кризис?
Я смертельно побледнела.
Мирель коснулась моих коленей и продолжила:
- Всё позади. Ребенок в порядке. Но…
- Такое может повториться? – С ужасом пролепетала.
- Да. И тут два варианта. Либо извлекать из тебя артефакт, но тогда дракон мгновенно учует сына, и я не берусь предсказать дальнейшие последствия. Либо устраняться от отца как можно дальше, чтоб малыш перестал его ощущать и рваться к родной крови.
- Опять бежать? – Покачала головой. – Но мне некуда, Мирель. Академия стала домом.
- Понимаю, - подруга грустно вздохнула. – Но это всё, что могу предложить.
Да уж, ситуация. Закрыв глаза, облизнула пересохшие губы:
- И сколько у меня времени?
- Дня три-четыре. Но ты должна знать, Роза. Откат растёт. В следующий раз «спазм» будет сильнее и, вполне возможно, навредит тебе или ребенку. Вплоть до выкидыша.
Ужас колючим холодом пробрался в душу.
Раздавленная безрадостной перспективой срываться из Академии поздней осенью – куда глаза глядят, хотела подняться, но опытный «лекарь» запретил:
- Куда это вы собрались в два часа ночи, профессор? До утра останетесь в лазарете. Под моим наблюдением. И никаких «не хочу». Вот, - мне протянули целебное зелье, - это укрепит силы мамы и малыша. Пейте и ложитесь. Буду поблизости.
Я взяла протянутый стакан.
- Спасибо.
- Не за что, - эльфийка направилась к выходу, но на полпути обернулась и подмигнула. – Кстати, твой муж очень хорош собой. Для темного дракона. И, по-моему, действительно в тебя влюблён.
- С чего ты взяла?
- Мужчина не будет сидеть возле бесчувственной жены пять часов подряд и держать ее за руку, если она ему безразлична. Уж поверь.
С этими словами Мирель вернулась к Лафиту, чтобы сделать перевязку, а я откинулась на кровать и зажмурилась.
Может, рискнуть и оставить опасный артефакт в собственном теле? В конце концов, рано или поздно дознаватели вычислят преступника и покинут Гратан. И тут же хмыкнула. Кого я обманываю? Алекс ни за что не оставит жену в покое, теперь после того, как разыскал и грезит воссоединением.
Все Святые! Что мне делать?