Измена. На острие боли

— Он подал на развод, — сказала Зинаида. Голос — ровный, почти ласковый. Так говорят с умирающими. — Бумаги у адвоката. Подпишешь — или нет, без разницы. Через полгода разведут автоматически. Он знает - ребенок не его! — Нет. Это ложь!... — Да. — Нет! Это неправда! Он любит меня! Я ношу его ребёнка! Зинаида улыбнулась. Этой её улыбкой — тонкой, ядовитой, от которой хотелось содрать с себя кожу. — Его ребёнка? — она склонила голову набок. — Милая, он всё знает. Мы все знаем. Твои измены. Твои кражи. Ты получила то, что заслужила. — Я не изменяла! Я ничего не крала! — Это расскажешь судье. Хотя вряд ли он поверит. Доказательства железные. Подписи, счета, свидетели. Всё как полагается. Она встала. Поправила пальто. Одёрнула перчатки — тонкие, кожаные, наверняка стоят больше, чем я зарабатывала за месяц. — Я предупреждала его, — сказала она. — С самого начала. Детдомовская кровь. Нищета. Безродность. Это в генах, это не вытравишь. Ты можешь надеть дорогое платье, жить в хорошей квартире, но внутри ты всегда останешься тем, что есть. Грязью. Которая липнет к чужим ботинкам. Я молчала. Не могла говорить. Горло сжалось так, что не проходил воздух. — Не пиши ему больше, — добавила она уже от двери. — Он не читает. Я сжигаю твои письма, не распечатывая. *** Предупреждение читателям: в тексте много несовпадений и несоответствий. Но они не так уж существенны и на общий смысл не влияют.