Глава восемнадцатая "Пропажа"

Роман

Не успеваю договорить, как Женя срывается с места и стремглав несется в ванную.

Неужели я ей так противен?

Ну, еще бы! Вряд ли кто-то после ночи в обезьяннике благоухает розами.

Но не могу же я вызывать такое отвращение на физическом уровне?

Хмурюсь и… только собираюсь сделать глоток вискаря, но отставляю бокал.

В одном Женя права – еще весь день впереди и рано расслабляться.

Один разговор с ней чего стоит!

Она не собирается уступать – это очевидно.

Только ей пора бы вспомнить кто в доме хозяин и прекратить ершиться.

Тоже мне – устроила драму.

Было бы из-за чего.

Как там народная мудрость гласит? «Хороший левак укрепляет брак».

Вот.

А она ведет себя как не знаю кто…

Ну, на Эльку наехала вчера – это я могу понять.

Отправить ее к Жене было рискованно с самого начала, да только выхода не оставалось.

Но так меня подставлять с бабками?

Хмурюсь и в голову приходит отличная идея.

Ее ведь по-любому совесть мучает за то, что муж ночь в кутузке провел.

И она не знает, что полицейское начальство вчера подъехало совсем не вовремя и деньги все равно не пригодились бы…

На чувстве вины можно сыграть.

Компромисс. Ты мне, я тебе.

Закрываем глаза на мелкие прегрешения друг перед другом.

Обнуляемся.

Идея кажется мне замечательной.

Восхищаюсь своим интеллектом в очередной раз.

Варит все-таки голова!

На радостях решаю вознаградить себя глотком вискаря.

Один глоточек. А потом скажу Женьке чтобы кофе сварила.

Проблема кажется практически решеной.

Настроение стремительно прет вверх.

Сейчас бы еще с инвесторами контакт наладить. Уж очень важные переговоры сорвались.

Воспоминаю суммы, которые фигурировали в предварительных расчетах и настроение опять падает…

То, что Элька вчера не привезла из дома просто ерунда по сравнению с тем, что сорвалось у меня утром.

Блять.

И все из-за Женькиной упертости!

Вскипаю.

Что-то долго ее нет, кстати.

Она там жива вообще?

Выхожу из гостиной и до меня тут же доносятся характерные звуки.

Да, выворачивает ее нехило там.

Будто это она, а не я, вчера пузырь вискаря уговорила…

Ротавирус что ли какой подцепила?

Ладно, сама разберется – врач как ни как. Тем более инфекционист.

Улыбаюсь собственной остроте.

Шучу я тоже, кстати, вполне заебись.

– Жень, ты как там? Жива?

Постукиваю костяшками пальцев по двери.

Ну что она там засела, блин.

Мне в душ надо, да на работу двигать.

Женя появляется на пороге ванной комнаты – бледная, измученная.

Кожа поблескивает то ли от воды, то ли от выступившей испарины.

Сердце невольно покалывает жалостью.

– Ты как? – стараюсь смягчить голос и протягиваю руку убрать растрепавшуюся прядь волос.

Она отшатывается от меня будто от прокаженного.

Видеть на ее лице выражение брезгливого омерзения… Ну, такое себе. Это мягко говоря.

– Давай, Шереметьев, дуй в душ, целуй ребенка и убирайся из нашей жизни. Встретимся в суде. На разводе.

Ее дыхание тяжелое, а губы аж посинели от натуги.

Но волнует меня сейчас совсем не ее внешний вид.

Я просто ахуеваю от ее наглости.

– Какой развод, Женя? Что ты несешь?

Напираю на нее.

– Ты забыла, что по твоей милости я вчера в полиции ночевал, с бомжами, алкашами и наркоманами?

– Отличная компания для тебя. По уровню.

У меня аж дыхание перехватывает.

Она всегда была остра на язык, но тут совсем берегов не чувствует.

Или не хочет чувствовать.

– Ты как вообще с мужчиной разговариваешь в его доме?

В глазах Жени читает удивление.

– С мужчиной? – иронично улыбается. – Ты когда это стал придерживаться строгих патриархальных устоев?

– Когда надо.

– А в твоей патриархальной картине мира есть что-нибудь о том, что и мужчина должен быть верен? Или правила работают в одну только сторону?

Бля.

Опять она завелась из-за этой глупой интрижки.

Ну это же херня, в самом деле! Просто спустить пар.

Все эти движения с Элей закончились бы через пару недель. Ну, месяц – край.

Не знала бы ничего и спала бы себе спокойно.

Нет, теперь надо мне нервы трепать.

– Мою, а вернее нашу картину мира мы обсудим с тобой вечером, ясно? Сейчас у меня нет на это времени…

Женя дерзко меня перебивает:

– Можешь не торопиться и оставить свои умные мысли при себе или для своей крашеной блондинки. Максимум что мы будем с тобой обсуждать – это порядок общения с ребенком и алименты для нее.

Разошлась не на шутку. Глаза сверкают, а кожа пошла малиновыми пятнами.

Сейчас она ярко напоминает ту самую Женьку, в которую я влюбился много лет назад.

Я аж залюбовался ей невольно.

Даже слова о разводе пропускаю мимо ушей.

Спохватываюсь, конечно, и…

В кармане брюк вибрирует телефон.

Достаю и, отворачиваясь от Жени, бросаю ей сухо:

– Никакого развода, поняла? Запомни.

Смотрю на экран.

Мой деловой партнер – Виталий Степанович.

Надо ответить – вдруг что-то важное.

– Але, Виталь.

– Рома, ты где?

Он очень взволнован.

Сильно расстроился из-за сегодняшнего срыва встречи… распереживался и сник.

– Дома.

– Рома, ноги в руки и бегом в Москва-Сити. Мне удалось убедить инвесторов на еще одну встречу.

Сердце бешено колотится в груди.

Мощный выброс адреналина, от которого покалывает кончики пальцев.

Я забываю обо всем на свете!

– Понял, Степаныч! Лечу!

– Давай, поторопись, жду тебя тут.

Бросаю трубку.

Прикидываю какие материалы надо захватить с собой, что освежить, о чем не забыть упомянуть на встрече, а о чем тактично умолчать…

Оборачиваюсь и натыкаюсь на ледяной Женькин взгляд.

– Так, Жень, мне некогда сейчас с тобой препираться. Вечером поговорим. Ты давай пока, лечись что ли – дочку своим вирусняком мне не зарази… И меня желательно тоже...

Не обращаю внимания на ее офигевший взгляд – беру за плечи и аккуратно отодвигаю в сторону.

Прохожу в ванную.

Быстро бреюсь и принимаю душ.

Ну вот, совсем человеком стал.

Внутри предвкушение.

Меня определенно ждет какой-то подарок судьбы! В этом я не сомневаюсь.

Чуйка у меня просто волчья!

А с Женей мы все порешаем.

Ну подуется немного, погундит…

Куплю ей кольцо или колье… или что там бабы любят.

Тем более, если выгорит на встрече, то с бабками прям полный порядок гарантирован.

Выскакиваю из душа, переодеваюсь.

Капля любимой туалетной воды…

Бля, капля? После такой ночки, можно и побольше на себя вылить.

Ощущение, что отвратная вонь казенного дома въелась в кожу.

Щедро поливаю себя и, оставляя за собой густой шлейф дорогого парфюма, вылетаю из дома.

Женя не произносит ни слова – как закрылась в детской с Алиской, так и не отсвечивала.

Молодец. Кажется, начинает понимать, какой должна быть хорошая жена – помогать, поддерживать и не мешать.

День закручивается с гиперзвуковой скоростью.

Встреча пролетает как один миг.

Успешно! А как иначе, если за дело берусь я сам.

Настроение – просто огонь.

Ахуительное.

Даже на Женьку не сержусь.

Элеонора обрывает телефон, но сегодняшний вечер я решаю провести с семьей.

Пусть не обижается. Или пусть обижается – похуй вообще.

Тоже мне королева.

И с ней все решим.

Что я, к очередной бабе подход не смогу найти?

Ресторанчик, букетик побольше – и для нее хватит. Даже за глаза.

Лечу по вечернему городу домой.

Закажем доставку из ресторана. Откроем бутылочку хорошего вина.

Я жутко голоден.

И речь не только о еде.

Поговорим с Женей.

Уверен, она уже выпустила основную злость и обиду.

Прикидываю ход разговора в общих чертах. Готовлюсь как перед важной бизнес-встречей.

Как и в бизнесе я абсолютно уверен в себе.

Душевный разговор, точки над «и»… хорошее вино, и наше примирение плавно перетечет в спальню.

Улыбаюсь мыслям.

Женька у меня вполне ебабельная.

Только бы чуть фигурой заняться – после родов все никак не оправится до конца.

Надо будет намекнуть как-нибудь по мягче… Но не сейчас – пусть уляжется эта семейная буря.

Потом. Это вполне может подождать.

Насвистывая какую-то песенку, поднимаюсь в квартиру.

Стучу.

Привычного крика:

– Папа пришел!

Я чего-то не слышу.

Какой-то неприятный холодок пробегает по спине.

Открываю дверь своим ключом.

Темно. Пусто. Холодно.

Полупустые шкафы насмешливо смотрят на меня раззявив створки…

Долго брожу по темной квартире не в силах поверить, что Женка действительно ушла.

Стискиваю кулаки в бессильной ярости.

Ну, погоди! От меня не спрячешься!