Глава третья «Глядя в глаза…»

Медленно втягиваю воздух.

Выдыхаю.

Повторяю себе, что должна быть сильной.

Отставляю чемодан и спешу встречать «любимого» супруга.

Роман снимает в прихожей свой любимый темно-синий плащ. Тот самый который я дарила ему всего год назад.

Не могу смотреть на него.

Как и чувствовать его запах. В нем не только благородные нотки парфюма, но и терпкий запах пота… и любви чужой женщины.

Просто передергивает от отвращения.

Заслышав мои шаги, оборачивается.

Когда я смотрю на него, мое сердце по-прежнему екает. Наверное, по старой памяти.

Тринадцать счастливых лет так просто ведь не перечеркнуть и не забыть.

Правда, Рома?

Но ты сумел.

Он все также красив: высокий, атлетически сложенный, с мощными широкими плечами и мускулистой шеей, выглядывающей из воротника белоснежной сорочки…

Которую я ему гладила этим утром. Как примерная жена.

Я останавливаюсь не доходя. Не подхожу ближе, не целую, не обнимаю… как обычно.

Но Роме на это все равно – он не замечает этого.

Я совершенно отчетливо понимаю – ему давно все равно. Мои проявления любви для него давно ничего не значат.

Сердце стискивает боль.

По телу пробегает дрожь, и становится холодно.

Очень холодно и одиноко.

– Не спишь? – скользит по мне хмурым взглядом.

Смотрит на меня как на чужого, лишнего человека.

Отрицательно качаю головой:

– Нет, тебя ждала.

Горжусь собой – голос не дрожит. В нем не слышится слез и горечи от предательства.

Хотя, способен ли Рома еще что-то видеть? Ему же настолько все равно.

Под маской ледяного спокойствия внутри меня разгорается огненная ярость.

Хочется закричать на него, дать пощечину, исцарапать лицо – выпустить боль хотя бы так.

Чтобы он обнял и прижал к себе, сказал, что все будет хорошо, а я бы поверила…

Нет!

Мои губы сжимаются, пока я наблюдаю за мужем.

Хватит с меня лжи. Так жить я не хочу.

И не буду.

Пусть убирается на все четыре стороны из моей жизни.

Пока эти мысли проносятся у меня в голове, я продолжаю стоять в прихожей и наблюдать за мужем.

Кажется, он наконец что-то замечает или, скорее, чувствует – у него повадки огромного хищного кота. Льва или тигра.

И такое же чутье.

Оглядывается на меня.

В хмуром взгляде сквозит недоумение.

– Все в порядке?

– Как на работе? – отвечаю вопросом на вопрос.

Его губы сжимаются и уголками опускаются вниз. Такая пренебрежительная ухмылочка.

Разве я могу что-то понимать в его бизнесе? Мое же дело варить борщи и стирать пеленки, верно?

– На работе как на работе, – вздыхает он. – Я о ней думаю постоянно, давай хотя бы дома обойдемся…

– О ком?

Он мгновенно бледнеет и приоткрывает рот, как выброшенная на берег рыба.

Красивое лицо моего мужа искажает гримаса страха.

Всего на долю мгновения, но я все замечаю.

Теперь я вижу все.

Рома отворачивается от меня и идет к бару в гостиной.

Достает низкий бокал с толстым дном и щедро льет туда виски.

Резкий запах алкоголя распространяется по комнате.

– Так о ком ты думаешь постоянно, Ром?

Недовольно морщится и делает глоток.

– Ни о ком я не думаю, что ты зацепилась за эту игру слов. Прекрасно же знаешь, что речь шла о бизнесе, – делает еще один глоток.

Бросает на меня взгляд поверх бокала. Прикрывается им.

Смелости посмотреть на меня открыто не хватает.

Или совести.

Хотя, о какой совести может иди речь? Она давно испарилась. Вместе с нижнем бельем любовницы…

– Сегодня у тебя странное настроение… – начинает он.

О, неужели? Заметил?

Вскидываю бровь и слегка улыбаюсь.

Внутри меня клокочет ледяная ярость.

Я благодарна ей – она хоть как-то приглушает боль.

– Какие-то странные намеки, придирки…

Узнаю своего мужа. В другой ситуации им можно было бы гордиться – быстро оправляется от неожиданно пропущенного удара и сам идет в стремительную атаку.

– Считаешь это нормальным?

Чуть повышает голос.

Я считываю каждую интонацию. И теперь чувствую непривычную, едва уловимую дрожь в его словах.

Лучшая защита – нападение, да, Рома?

– Мне на работе мотают нервы будь здоров! Так ты еще и дома решила добавить? Непонятно вообще по какому поводу.

Делает большой глоток и опять изучающе смотрит на меня.

Еще вчера я бы и подумать не могла о таком разговоре.

Еще вчера я бы почувствовала себя ужасной женщиной, если бы муж сказал что-то подобное…

Но уже сегодня – другая я. Другая жизнь.

Мне еще предстоит собрать себя по осколкам, но угождать и ловить каждое его слово я больше не буду.

Видела я как он «напряженно работает».

– Не понимаю, что с тобой сегодня, – искренне говорит Рома, пожимая плечами.

Это действительно правда – тебе не понять, Ромочка.

Никогда не понять, через что проходит преданная, растоптанная женщина.

– Я хочу поесть, принять душ и спать. Все.

Вдруг отчетливо понимаю, что на самом деле нас связывало последнее время.

Это отнюдь не любовь.

И даже не взаимное уважение.

И совсем не общий, долгожданный и выстраданный у судьбы ребенок! О котором папочка не поинтересовался ни разу, между прочим…

Ему тут удобно.

Просто удобно.

Удобно приходить, когда вздумается: вечером, ночью… когда угодно.

Удобно бросить дежурную отговорку: работа, мол, давай без расспросов…

Удобно, что встречают лаской и окружают заботой. Которую он воспринимает как должное. Просто, как что-то само собой разумеющееся.

То, что появляется вдруг само по себе – просто от его драгоценного присутствия…

Когда же он успел превратиться в такого самовлюбленного эгоиста?

– Только поесть, в душ и спать? – с едва скрываемой издевкой переспрашиваю я. – Больше ничего не нужно? Секс?

Убирает бокал ото рта не отпив.

– Ах, да, секс же ты получаешь в другом месте, да, Ромочка?