Глава 35

Несколько месяцев спустя Разгулявшаяся после холодной зимы весна подарила первое тепло. Я люблю весну, солнце, ранние рассветы и пробуждение природы. Это завораживает. Это показывает нам, что после долгих холодов кажущиеся безжизненными деревья оживают и снова распускают листья, дарят нам свою красоту. Наверное, так можно сказать и о любви. О нас с Демидом. Пройдя боль и расставание, мы заново учимся слышать и понимать друг друга. Я учусь любить его по-новому, а он учится ценить то, что имеет, и преумножать. Я не строю иллюзий. Сегодня я подхожу к нам с трезвой головой и мыслю рационально. Но до чего же порой кружится голова. Когда он рядом, когда целует и провожает до дома. Когда шепчет, как ему не хватает меня, расставаясь со мной на ночь. Дать нам шанс было правильным решением. И еще одним решением, которое я так же считаю идеальным был отказ жить на одной территории. Неожиданно для себя я полюбила это пространство. Не скажу, что счастлива просыпаться в одиночестве. На самом деле, это порой утомительно, когда опускаешь руку на кровать рядом, а там холодная пустота. Я не держу его на расстоянии, но соблюдаю дистанцию. Мне не нужны состязания в рыцарских турнирах, я хочу быть уверенной в том, что следующий шаг будет сделан вовремя и окажется правильным. Возможно… я уже подошла к этому шагу вплотную, как знать. Закончив встречу, я провожаю молодую пару к двери. Они благодарят меня за помощь и уходят. Я выглядываю за дверь и вместо Кристины вижу Демида. – Что ты здесь делаешь? – улыбаюсь, смотря, как он подходит ко мне. – Пришел увидеть мою прекрасную женщину и украсть ее у этого мира. Демид не останавливается на пороге, он напирает и заставляет отступать, пока я не упираюсь спиной в кресло.. Он вытягивает руку и обхватывает меня, не давая упасть. Прижимает к себе и крепко целует, заставляя задрожать от такой страсти. – Ого, что это с тобой? Он проводит чуть влажными губами по моей щеке до самого уха и шепчет, как сильно скучал. – Вот что со мной. – Неужели так сильно? – Я обнимаю его за шею и с улыбкой смотрю в его глаза, разглядывающие мое лицо. – Не представляешь насколько. И так каждый день… каждую минуту. – Слова срываются на хриплый рокот, оседающий в моей груди. – И что же нам с этим делать? – Я провокационно поглаживаю его плечи, словно раздумываю над своим же вопросом. – Я обещал не давить на тебя. – И ты выполнил это обещание. – Пообедаем? – Конечно. Он оставляет на губах еще один короткий поцелуй, после чего отпускает и ждет, пока я возьму сумочку и пальто. До ресторана мы идем, взявшись за руки. Демид шутит и помогает перепрыгивать через большие лужи, порой и вовсе переносит через них на руках. Заняв столик у окна, он садится рядом со мной, как делает с того момента, как мы снова сблизились и гладит тыльную сторону ладони в ожидании заказа. – Люблю это время. – Какое? – Я поворачиваю голову и смотрю, как он завороженно водит пальцами по моим пальцам, обводя каждый из них. – Проведенное с тобой. – Ты напрашиваешься на приглашение выпить после работы чашку кофе? – Я бы предпочел опуститься на одно колено и попросить тебя снова выйти замуж. – Радикально, – тихо посмеиваюсь я, но вижу, как серьезен взгляд Демида. Он опускает голову и приближается к моему плечу с легким поцелуем. – Готов подождать. Ничего так сильно не желал, как снова быть с тобой. – Ты и так со мной, – пытаюсь все же заставить его улыбнуться. Демид берет мою руку и касается безымянного пальца, обводя то место, где раньше был ободок обручального кольца. Дыхание перехватывает от мыслей о прошлом, настоящем и будущем. – Ненавижу эту пустоту на твоем пальце, – говорит он безрадостным голосом. – И пустоту в доме, в нашей постели… В моей душе, когда ты не рядом, Мариш. – Тогда попроси меня снова… – Попросить? – усмехается он, не веря, что все так просто. – Попробуй. Он отстраняется, затем, целует мою кисть и смотрит с сомнением. – Возвращайся домой, любимая, – голосом, сотканным из нежнейшего шелка, просит он. Я киваю. – Да? – не веря, переспрашивает он, а я улыбаюсь. – Сомневаешься? – Хочу, чтобы ты озвучила свой ответ. – Я сказала тебе: «Да». – Может, тогда поженимся сразу? – Эй, – толкаю его в плечо, – не так быстро! Он смеется и крепко целует. Раз, второй… На третьем я его останавливаю и накрываю губы ладонью, которую он тоже целует. – Прекрати, боже. Мы же на людях. – Никто не помешает мне быть счастливым. – Демид обнимает меня и наконец успокаивается. – Спасибо, что снова стараешься мне довериться. – Спасибо, что не подводишь. А теперь давай поедим. Киваю на принесенную еду, и он наконец садится и берет в руки приборы. Знала ли я заранее, что Демид не станет ждать ни дня с переездом? Конечно, знала. И потому, когда он проводил меня к офису и сказал, что приедет вечером, чтобы забрать меня с чемоданами или без, не удивилась. И не была против. Сейчас я заканчиваю с вещами и смотря на счастливое лицо Демида улыбаюсь. Порой он ведет себя как мальчишка. Бурно радуется. Как и сейчас. Я чувствую его нетерпение и сама напитываюсь им. Разумеется, я собираю далеко не все. Потому что дома меня уже ждут Алла Николаевна и тетя Яна. Не представляю, как они обе счастливы моему возвращению. Да и я сама… Мы садимся в машину Демида, и всю дорогу к дому он не отпускает моей руки. На каждом светофоре то целует кисть, то тянется и оставляет жгучий след губ на моей щеке. Переступив порог, я сразу чувствую себя лучше. В душе разливается тепло, и эйфория радости ощущается каждой клеткой тела. – Она приехала, Алла! – слышу голос тети Яны и ее шаги. – Здравствуйте, – только и успеваю сказать, как она меня обнимает. – Ну наконец-то, Мариночка. Наконец-то дома. Стоит ей отойти, как бывшая свекровь со слезами на глазах притягивает меня в свои материнские объятия. Она ничего не говорит. Наверное, слова тут действительно не нужны. Демид поднимается с чемоданами наверх, пока мы проходим в гостиную. Но не успеваем даже сесть на диван, как мой телефон звонит где-то в сумочке. Вынимаю и вижу незнакомый стационарный номер. – Да? – Марина Евгеньевна? – Да. Простите, с кем я говорю? – Врач областной больницы Константин Емельянович Павлов. Вы мать Демьяна Демидовича? – Врач… – Я теряюсь и слышу, как стучит мое сердце. – Да… Да, это мой сын. В чем дело? – Он попал в аварию. Вам лучше приехать. Он дает адрес больницы и отключается. На меня смотрят три пары глаз и ждут ответа на безмолвный вопрос. – Демьян попал в аварию, – произношу бесцветным тоном. Как доезжаем, не имею понятия. Мои мысли обращены к небу и богу. Это мольба. Это крик матери. Я не знаю, что случилось, но сердце не на месте. Нас провожают к врачу, который мне звонил. Судя по его лицу и тону, мы вряд ли услышим что-то хорошее. Медицинские термины пролетают сквозь меня. Я не понимаю ровно ничего до последних слов. – Травмирован позвоночник. Это серьезно. Если не найти хорошего нейрохирурга и не провести операцию, которая опасна сама по себе, ваш сын останется в инвалидной коляске до конца жизни.