Глава 33 · Дмитрий

Выхожу из квартиры. Я должен дать ей время и свободу. Если начну давить, она снова начет закрываться.

Хотя бог свидетель, как же мне сейчас хочется прижать их к себе и больше никогда не отпускать. Жену свою и нашего малыша.

У меня есть сын. С ума сойти.

Сынок.

От любимой женщины.

И этой ночью моя любимая женщина отдалась мне. Потому что хочет меня все так же сильно. Потому что за этот год у нее никого не было. Теперь я понимаю почему. Она ведь сына моего носила. Рожала. Кормила. Ей не до мужиков было.

Девочка моя.

Она ведь такая красивая. Чувственная такая.

Это просто чудо, что ее никто не присвоил. Мне идиоту просто повезло!

Но больше я не буду дураком. Ни за что не оставлю их. Всегда рядом буду. Докажу, что достоин ее. Я готов душу дьяволу продать, лишь бы с ними остаться. Лишь бы она снова впустила меня в свою душу. Я больше не подведу. Клянусь.

Жаль, что не в моих силах стереть ошибки прошлого.

Ошибку. Всего одну грёбанную ошибку.

Я бы никогда в жизни не поехал на тот корпоратив. Не стал бы там пить. И уж тем более не остался бы там на ночь.

Но я ведь никогда так и не делал. Потому до сих пор поверить не могу во все случившееся.

Допустим, я мог напиться. И даже остаться в отеле, если чувствовал себя плохо. Но тогда я бы предупредил охрану, чтобы они сообщили Рите, чтобы она не волновалась.

И уж точно я бы не стал тащить с собой в номер какую-то сотрудницу. К слову, эта девица меня немало раздражала. Потому что нередко вела себя довольно навязчиво. У меня даже уже было в планах уволить ее после корпоратива, потому что с субординаций у нее были явные проблемы. Но я и подумать не мог, что это может нести столь масштабную угрозу для моей жизни.

Знал бы, выгнал взашей сразу же.

Естественно ее я и уволил первой, как и собирался, после корпоратива. Вот только разводиться из-за этой дряни я не собирался. Затем еще нескольких сотрудников «сократились», за распространение сплетен с того вечера. Потом полетели головы охранников, которых признаться я несправедливо уволил за собственный косяк.

Я виновен. Да.

В том, что поехал.

В том, что позволил себе напиться до потери контроля.

В том, что остался там ночевать.

В том, что отпустил охрану веселиться вместе со всеми. Мол, корпоратив же для всех.

Я даже этого не помню. И это в любом случае не оправдание. Мне вообще нет оправданий.

Выхожу из подъезда и пытаюсь сообразить, что мне делать дальше. Что делать дальше, чтобы вернуть жену?

Сажусь тут же на лавку и глаза прикрываю. Не хочу уходить.

Перед глазами она в легком халатике на голое тело, к груди нашего сына прижимает.

Любимая.

Что же мне сделать, чтобы видеть это каждый день?

Она позволила мне видеться с сыном, это уже много для мудака вроде меня. Но я хочу их обоих. Себе. Навсегда. А не быть с ними время от времени в качестве воскресного папы.

Ненавижу себя. Ненавижу за то, что все проебал. Жизнь свою проебал.

Хочу сорваться на ком-нибудь. Себя ведь не отпиздишь.

А в кармане очень кстати продолжает назойливо вибрировать телефон.

Вот и жертва.

Надеюсь это кто-то из моих ребят, и сейчас я устрою им знатную взбучку за то, что они вчера проебали основной конфликт, из-за чего моей жене пришлось изрядно поволноваться, когда эти утырки огрели меня по голове.

Вытаскиваю смартфон и пялюсь на экран.

Номер незнакомый.

Да похуй. Мне сейчас без разницы на ком срывать злость.

Беру трубку.

— Алло, — цежу, желая услышать кто там такой настойчивый.

— Доброй… ночи, — слышу пьяный голос в трубке, — то есть утро, Дмитрий Сергеич. Вы извините, что так поздно… то есть… рано… Но я должен вам сказать…

— Слава, ты что ль? — хмурюсь, пытаясь разобраться в его невнятной речи.

— Ага, Дмитрий Сергеич, он самый. Ваш покорный слуга, — мычит он невнятно. — То есть непокорный… Но одумавшийся! Хоть и поздно.

Хочу было послать его ко всем чертям. Еще не хватало пьяный бред своих бывших работников выслушивать. Но уже следующей фразой он максимально привлекает мое внимание:

— Маргарита Алексевна, — мычит бывший начальник моей охраны. Из тех самых, кого я уволил после нашего с Ритой развода, — я сегодня как увидел ее — не узнал. Жизнь у нее по наклонной пошла видать, — он всхлипывает, будто плачет.

Мне бы послать его и трубку положить, но он ведь ночью с Ритой общался. Вдруг узнал больше, чем я.

— Все из-за меня, — вдруг говорит Слава. — Я так виноват перед вами, Дмитрий Сергеич. И перед женой вашей замечательной. Простите старого дурака. Бога ради, простите. Я так виноват.

— Что ты несешь? — отмахиваюсь. — Успокойся уже и спать иди.

— Не могу спать. Как увидел вас обоих ночью, так понял, что жизнь вам испортил. Вы ведь такой парой красивой были. Как эти… неразлучники. А я…

— Что ты? — требую раздраженно. — Заканчивай уже. Не до тебя, Слав!

— Я… алкоголик, — выдает.

— Тоже мне новость, — фыркаю, прекрасно зная, что у него были проблемы еще когда он работал у меня, хотя в своем личном деле он умудрился это скрыть, так и на службу ко мне попал.

Насколько я знаю, злоупотреблять он начал с тех пор как супругу похоронил. И как-то даже жалко его было. Я ему потому даже лечение оплачивал. Обычно этого на какое-то время хватало. Но потом он опять срывался.

Работе это обычно не мешало, пил он только в свободное время. Поэтому я не увольнял. Ведь такой опыт руководства как у него — не пропьешь.

— Если это все признания на сегодня, то иди спать, Слав. Я тебя прощаю и отпускаю с богом…

— Не все… — отвечает он. — Не все. В ту ночь… Дмитрий Сергеевич, — он мешкает, но ощущение такое внезапное, что я прекрасно знаю о какой именно ночи идет речь, — в ту ночь вы… вы велели машину подать.

Обмираю, весь обращаясь в слух.

— Вы не собирались там оставаться, — продолжает каяться он. — А я пьяный уже был, потому отвезти вас не мог. Вызвал вам такси, но за город оно долго ехало. И вы в номере решили подождать, чтобы протрезветь хоть немного. Там и уснули. А я просто… забухал, — огорошивает меня признанием. — Но вы один в номер пришли. Могу поклясться!

— Почему ты сразу все не рассказал? — спрашиваю в полном ауте от этого откровения.

— Потому что думал вы меня убьете за то, что соврал, — отвечает вполне резонно. — Я ведь жене вашей сказал, что вы нас всех отпустили, и что я с вашего позволения к корпоративу присоединился. Но это не так. Мне просто стыдно было. Я знал, что вы мне так просто этого не спустите. С волчьим билетом бы выставили и я бы потом совсем работу не нашел. А мне дочке помогать надо было, вы же знаете. У нее после смерти матери только я…

— Значит так, — прерываю его попытку давить на жалость. — Я все еще способен испортить жизнь и тебе и всем твоим близким, клянусь. Если ты сейчас же не приедешь и не расскажешь моей жене, все что сейчас сказал мне. Понял⁈

— Понял-понял! Уже выезжаю!