Глава 37

Снежные хлопья Его губы такие горячие, такие требовательные и в то же время нежные. И я парю где-то в бесконечности, чувствуя прикосновения всем телом, сейчас превратившимся в оголенный нерв. Я уже и забыла, что так бывает. Я забыла… Олег чертит своими губами замысловатые узоры на моем теле. Спускается от груди к животу, заставляя не дышать. А внутри у меня зреет взрыв, грозящий смести на своем пути все: разум, чувство сохранения, порядочность, мысли о том, что я все еще замужем. Только он. Только разливающаяся по венам нега. – О, боже, – шепчу я. Земля начинает разгоняться, раскачиваться словно маятник. Мне кажется, что я – это уже не я. Что все мое тело – просто комок желания.– Пожалуйста, пожалуйста. Не мучай меня. – Ну что ты, Лира. Моя Лира,– его дыхание обжигает мои бедра. Мой стон кажется мне самой оглушительным.– Никогда в жизни. Его язык проникает в меня, ласкает нежно и в то же время напористо. Я выгибаюсь, тихо поскуливая. То, что вихрится сейчас во мне – разрушительно и прекрасно. Это не просто похоть. Это восторг в чистом виде. Он вдруг отстраняется, и мне хочется рыдать навзрыд от разочарования. Сильное мужское тело перетекает снизу вверх. Его глаза, похожие на стальные озера, смотрят прямо в мои. Мне хочется впиться ногтями в его грудь, чтобы быть точно уверенной, что он не исчезнет больше. – Ты восхитительна, Лира. Сладкая моя девочка. – Я взорвусь сейчас,– шепчу я. Мне и вправду кажется, что так и произойдет.– Олег, умоляю, прошу тебя… – О чем, Лира. Что ты хочешь? – Возьми меня. Черт, зачем ты заставляешь меня просить тебя меня трахнуть? Я же… Губы. Огненные накрывают мой рот. На них мой привкус. В голове мутится. Чувствую проникновение. Сначала медленное. Растягивающее. Позволяющее мне не сойти с ума от свившейся в животе похоти. – Я не жил без тебя, – шепчет он с придыханием,– я помню только тебя. Не отдам никому, ты слышишь меня. Не отдам. – Не отдавай, – хриплю я. Его движения становятся резкими, и я умираю от восторга. Да. До боли, грубо. То что нужно. То, что помогает мне жить сейчас. Кричу. Тело скручивает оргазм. Невероятный. Это реально взрыв, способный погрести под собой все, что я шесть лет выстраивала. Мне кажется в моем организме не осталось ни одной целой кости. Мир искрит. И его стон переходящий в рык кажется мне самой восхитительной музыкой. Он замирает, насадив меня до упора. Выгибается, достигнув высшей точки как раз в самый пик моего восторженного безумия. И кажется небеса рушатся на землю. – Не отдавай,– шепчу я, чувствуя тяжесть тела мужчины. Которого, оказывается, продолжала любить все эти годы.– Никому. – Никогда. Обещаю. Зачем все это? Зачем мы лжем друг-другу. Иллюзия. Конечно он не сможет сдержать обещания. Потому что все перемолото давно. Потому что у нас разные жизни. Потому что я жду чужого ему ребенка. И еще миллион потому что… Но сейчас, хоть ненадолго, хоть лживо я хочу быть счастливой. Пусть это счастье иллюзия. Но… – Я снова хочу тебя,– шепчет Олег. Я совсем не против. Я так давно не испытывала даже толики такого восторга. – Я мечтал о тебе. Не могу насытиться. Здесь и сейчас. Мы здесь и сейчас. – Так чего же ты ждешь, Болмосов,– счастливо улыбаюсь я. ***** Смятая постель, похожая на всклокоченные облака. И она, его Лира. Сидит поджав ноги, и маленькие трогательные ступни выглядывают из-под шелка простыни, в которую она завернулась, словно в кокон. И ему хочется снова и снова обладать ею, но… Но пришло утро. Он пообещал ей, что не отдаст никому. – Нам пора, Лира. Собирайся,– Олег поднялся с кресла, стараясь не смотреть на растерянную женщину. Потому что еще немного и он останется, чтобы снова ее любить. – Ты обещал не отпускать меня,– прошептала его Лира, уставившись в окно, за которым начали плясать крупные белые хлопья.– А теперь пытаешься избавиться. – Я обещал так же, что буду тебя защищать. Пожалуйста, послушай меня. Я сдержу каждое данное тебе обещание. Ты мне веришь? – Олег, мы не сдержим свои обещания, поверь,– скривила она губы, так горестно, что у Олега сжалось сердце.– Ты будешь смотреть на моего ребенка и постоянно думать, что он чужой. А я… Я, даже любя тебя до безумия, предпочту его. Понимаешь? В конце концов ты просто уйдешь. Снова разрушишь меня. Это в твоей природе. Нам не суждено просто… – Одевайся, Лира, у нас мало времени,– Олегу казалось что его ударили в солнечное сплетение. Даже мушки заплясали перед глазами от боли и страха снова потерять эту женщину. Такие же как вихрящиеся на улице снежинки. Ледяные и колкие. – Нас уже ждут. – Куда ты меня отвезешь? – в ее голосе нет интереса. Равнодушие и монотонность.– И почему считаешь, что там мне будет лучше? – Просто поверь,– улыбнулся Олег. Сердце пропустило удар. Он с трудом представлял, как будет существовать без своей Лиры.– И еще, запомни раз и навсегда, нельзя любить женщину и не любить ее продолжение. Это невозможно. И не реви, глупая. Одевайся. Я подожду в холле. – Что ты там не видел то?– всхлипнула Лира, улыбнулась сквозь слезы разгоняя сразу все его страхи. – В том то и дело. Я боюсь, что тогда мы вообще никуда не уедем. Просто сойдем тут с ума. И будем заниматься любовью забыв о еде и воде. Какая сладкая и прекрасная смерть. Рановато, не считаешь. У нас еще есть куча дел. Например, жизнь вместе. – Иди уже,– прохрипела Лира, легко соскочив с кровати. Болмосов прижал ее к себе, смял губы поцелуем. Простыня, струясь, упала на пол. – Думаю за полчаса ничего не случится,– прошептал он в макушку любимой женщины. На столе завибрировал мобильник. Требовательно и настойчиво. Но они его не слышали.