53

Я обреченно усмехнулась в ответ. В душе собралось столько горьких эмоций, что не выдохнуть их, и не выкричать. Только и осталось, что мысленно прощаться с детьми, и истерично улыбаться в лицо той, в чьих руках моя жизнь.

– Твой отец обещал мне… что ты не сможешь причинить мне вреда. Выходит, не вышло у него на тебя повлиять.

– О-о, – злобно процедила Дана, скривившись. – Он пытался! Я думала, что задачу облегчу себе, когда он приедет! А он на старости лет стал слишком сентиментальным!

– Он только что инсульт пережил…

– Да мне плевать! Мне на все это плевать! Я его дочь! А он даже приезжать не захотел, когда я его попросила! Пришлось делать вид, что я пострадала в пожаре! Чтобы он наконец обо мне позаботился! Чтобы приехал сюда! Он должен был быть на моей стороне! А он все тебя выгораживал! Просил, чтобы я тебя в покое оставила!

Она с омерзением осмотрела меня с ног и до самой макушки.

– И что они все находят в тебе?!

Я тоже разглядывала неадекватную девушку напротив себя.

Вуаль паники спала с рассудка. Сопоставляя невероятные факты в своей голове, я только сейчас поняла, что пожар в ресторане возник сразу после того, как Дана сделала мне «предложение» взять детей, и снова уехать. Вернее, после того, как на свое предложение она получила отказ.

Вероятно, Дана уже в тот момент понимала, как неотвратим ее развод с мужем. И как самодурна судьба, вновь устроившая нашу встречу с Макаром.

Конечно, не ломала она никакую ногу. Это вновь была просто уловка. Может быть, для того, чтобы Макар ее пожалел, а может и правда для того, чтобы заставить отца приехать и встать на сторону дочери. Сейчас мне даже жаль старика Альберта Юсуповича. Он один знает – каково это воспитать такое чудовище, и не иметь сил отказаться от дочери всю жизнь манипулирую всеми вокруг, и им, в том числе.

Мне не понять, что творится в ее голове.

Знаю только одно – решение Макара с ней развестись, стало последней капелей. Послужило спусковым механизмом ее сумасшествия.

– Дана, тебе не сойдет это с рук… – попыталась я еще раз воззвать к ее разуму. – Все узнают. Тебя ждет тюрьма. Но еще не поздно одуматься…

Девушка устало потерла свой лоб той рукой, в которой было зажато оружие.

– Нет, – просто ответила. – Никто ничего не узнает. Ты не представляешь, как много могут сделать люди, если им нужны деньги. – Она ухмыльнулась, косясь на подельника. Тот отстраненно слушал нас, не подавая вида, что ему разговор интересен. Просто наемная сила… – Теперь я знаю, как сделать так, чтобы ваши тела никто и никогда не нашел. Я стану безутешной вдовой. А ты… ну тебя и искать никто не будет, – хохотнула она.

«Ошибаешься…» – пронеслось в моих мыслях. И я вдруг согласилась с противным мысленным голосом в голове.

Дана действительно ошибалась. Я всю жизнь думала, что никого, кроме двойняшек у меня нет. И только сейчас поняла, как же сильно я заблуждалась.

Ребята с работы, наше коллектив – мы же с ними семья почти. Мы всегда друг за друга.

А теперь и Тамара Львовна.

О том, что старушка за моей жизнью следит – я долгое время не знала. Но от этого ничего не меняется. Она у нас с двойняшками была. И была давно. И сейчас есть. Я уверена, если что-то случится, она внуков не бросит…

Другое дело, что никто из близких не сможет мне помочь прямо сейчас.

Я жалобно зажмурилась, мысленно читая молитву.

Какие бы доводы не приводила моя загнанная страхом смерти психика, а жить все равно хотелось. Мысли о том, что о детях будет кому позаботиться – мало спасали.

Я хотела обнять их еще хоть один раз. Рассказать, об их отце. Улыбнуться Марусе и поцеловать вечно хмурого, серьезного Митю. Научить, наконец, своих крошек произносить все звуки правильно.

Удивиться тому, что однажды дочурка ткнула пальчиком на незнакомого мужчину в толпе, и попала в самую цель…

Сбоку раздался гортанный, хлюпающий кашель. Я сморгнула набежавшие слезы, и впилась глазами в Макара. Он дернул ослабшей рукой, открывая глаза. Наверное, целую минуту смотрел в потолок, пока мы с Даной не могли оторвать глаз от него.

С болью и перекошенным лицом приподнялся. Было видно, с каким огромным трудом ему каждое движение дается.

Скосил на меня затуманенный взгляд. Дернул рукой, взяв меня за руку и крепко сжимая ладонь.

Я задрожала.

А потом Макар посмотрел Дане в глаза. И вся ее спесь мигом слетела. Задрожали губы.

Не знаю, что происходило до того момента, как меня привезли в этот старый, пропахший сыростью ангар. Но знаю, что Макар истекает кровью сейчас благодаря ей, его бывшей жене.

– Как ты посмел?! – выплюнула Дана, глядя Макару в лицо. – Как ты посмел меня бросить?! – в ее словах было столько обиды. Километры и тонны.

– Я не бросал тебя, Дана, – прохрипел Макар в ответ. – Я никогда не был с тобой.

Он не стал умолять. Ни за себя. Ни за меня. Возможно, это неправильно. Возможно, стоило попытаться договориться. Но, наверное, Макар понимал всю бесполезность затеи. Дана неадекватна. А ее подельник, в голове которого еще остались проблески здорового смысла, готов на все ради денег. Потому не станет слушать никого, кроме Даны.

И надежды на спасение у нас с Макаром почти не осталось.

Но я была рада тому, что сейчас мы держимся за руки. И даже умирать рядом с ним не так страшно…

Лицо Даны перекосило от реплики бывшего мужа, которого бывшим она видеть совсем не хотела. Либо настоящим, либо мертвым. Такого апогея достигло ее сумасшествие.

– Я столько лет была рядом с тобой! – выплюнула она.

– Ты столько лет манипулировала мной, обманывала меня, – хрипел он в ответ, прямо смотря в лицо своей смерти.

Я, не выдержав, всхлипнула. Макар сильнее сжал мою руку. С трудом, но подвинулся ближе.

Дана поднялась на ноги, смотря на нас сверху вниз.

– Ты сам так решил, Макар, – напоследок сказала она и возвела руку с оружием. – Теперь смотри как она умирает!

Я зажмурилась.

– Прости меня… – раздался хриплый шепот над моим ухом. Я знала, что Макар говорит это мне, а не Дане. И знала, что уже через миг эта сумасшедшая выстрелит. – Если бы я только знал, что все обернется именно так, то до конца жизни не посмел бы к тебе приближаться… Но я люблю тебя. Всю жизнь любил. Прости, что не уберег. И не защитил.

Кажется, я обессилено вскрикнула, когда раздался громкий звук выстрела. И еще не успела понять, осознать. Но уже ощутила, как мое тело накрывает тяжесть другого. Тела Макара.

Бесполезно и глупо, но он закрыл меня собой, получая еще одну пулю.

Окостенелыми пальцами я вцепилась в него, распахивая глаза.

Нет… Нет!

А в следующий миг тяжелая амбарная дверь распахнулась, заливая темные внутренности слепящим дневным освещением.