Глава 18

Дмитрий – Антон, что у нас утром? – я устало потираю глаза, в которые будто песка насыпали. Джетлаг и другие поводы для бессонницы играют против меня тяжелой артиллерией. Я немного не в себе и между приступами мигрени живу исключительно на таблетках. Мой ассистент кладет на колено планшет, смотрит расписание. Мы в машине, едем из офиса компании клиентов, где прошла презентация и переговоры, возвращаемся в отель, чтобы отдохнуть и попытаться выспаться. – В семь трансфер в аэропорт, вылетаем в Гуанчжоу, тур по производственным площадкам. За нами прибудет машина компании и переводчик. – В семь, вот садисты. – Трудоголики. А вообще, у нас будет бизнес-джет, – его голос дрожит от волнения, в первый раз в такой поездке парень, а тем более в персональном самолете, я могу понять его чувства. Хотя китайцы перебарщивают с пылью в глаза. – Ну, вот и наберешься впечатлений, почувствуешь себя настоящим богачом, будешь подружкам рассказывать, – отвечаю почти на автомате, теперь я тру виски и даже не скрываю свои страдания, устал слишком сильно. – Так я… – запинается Седов, – женат. Я открываю глаза и смотрю на него. Пытаюсь понять, как я успел проворонить семейное положение собственного ассистента. – Как женат? Тебе двадцать пять всего. – Да годовщина у нас скоро, почти год уже, – и довольный собой такой. А мне прям серпом по яйцам это заявление. Этот молодой, зеленый, неопытный уже почти год женат, а я продержался… пару часов с церемонии в ЗАГСе? Нет, стоп. Я же не развелся, я до сих пор женат. Даже несмотря на то, что моя жена заблокировала меня в телефоне, мессенджерах и соцсетях, и пытается сделать вид, что знать не знает. Вещи из квартиры начала вывозить. – И как у вас семейная жизнь? – спрашиваю сам, не знаю зачем, у меня и без Антона есть отличные примеры удачных отношений, Воронцов с женой, которые ждут первого ребенка. Между прочим, именно из-за того, что Ромка так психует по поводу беременности Юли, сюда прилетел я, а не он, как предполагалось изначально. У жены его какой-то гипертонус и положили в больницу, а Ромео не смог оставить ее и улететь на несколько дней. А я смог. Хотя у меня, кажется, развод на носу. Ну не дурак? Дурак. Но кто-то же должен? Иначе доверие Воронцова, который все же взял меня на эту должность, я не оправдаю никогда. Я утешил себя тем, что в мое отсутствие Мира остынет и будет готова хотя бы к конструктивному диалогу, а не потоку эмоций. – Все хорошо, спасибо, – Седов сияет как колпак от Роллс-ройса, – мы подумываем, что ребенка пора рожать. Я даже не успеваю открыть рот со словами, что куда им так рано детей, как мы приезжаем в отель. С подземной стоянки поднимаемся на верхние этажи, где расположен наш двухкомнатный люкс. Народу много, время завершения рабочего дня и жизнь кипит, кто отправляется развлекаться, кто отдыхать. Только в номере я скидываю пиджак на вешалку и возвращаюсь к разговору. – И как вы до этого дозрели? До ребенка? – не хочу его обижать словами, что они еще сопляки совсем, кто их знает, вдруг нет. Антон парень очень ответственный, иначе я не взял бы его ассистентом, такого таланта разруливать дела я давно не встречал. Даже не жалею, что не взял вместо него смазливую девчонку. Это было бы слишком провокационно для моей будущей семейной жизни. Черт. Антон вот есть, а семейной жизни нет. Я падаю в кресло в центральной части номера, которая обставлена как дорогая гостиная. – Мы поняли, что пора переходить на новую ступень отношений и продолжать род, – сначала выпендривается Антон, который раскладывает на столе наши планшеты, папки с документами. – А вообще, просто захотелось малыша. Катька моя уже вся размечталась, да и я не против. – Это здорово, – отвечаю на автомате, а самому хочется что-нибудь сломать. Я вот как бы тоже женился. И для этого в том числе. Но у них все замечательно, а у меня полная катастрофа с первых минут. – Мини-бар? – Антон тоже снимает пиджак, – или чай заказать в номер? – Ужин закажи, и я спать пойду, – головная боль делает особенно подлый выпад и бьет меня в затылок. Удар со спины. Пока Седов возится с меню и звонит в обслуживание, я достаю свой телефон и листаю сообщения, которые я без конца отправляю Мире, ни одно не прочитано. Набираю номер, я все еще в блоке. Значит, цветы ее не впечатлили? Даже не хочет отругать меня за то, что я ее матери палату оплатил? Я был уверен, что она сама наберет и выскажет мне все по поводу того, что я пытаюсь купить ее и ее семью. Столько у нас было конфликтов из-за чертовых денег, мелких, конечно, но все же. Бедные и гордые? Хотя на свадьбу, стоящую целое состояние, никто не жаловался. Лицемеры. Они все поголовно были рады моему баблу. Кроме Миры. Наивная, чистая детка, кажется, верит по настоящему, что не в деньгах счастье и что когда по-настоящему любишь, все материальное не имеет никакого значения. С милым рай в шалаше. А с немилым в квартире на две сотни квадратов не рай? Даже слушать не хочет, вещи забирает! Черт бы ее… Сжимаю телефон. Я неадекватен. Нельзя так. Но как же меня душит досада и обида на то, что она меня даже слушать не хочет! Я ей честно во всем признался! Что я еще могу сказать? Этого не должно было произойти, но произошло! Я, отправляясь на мальчишник, не планировал, что выйдет все так, как вышло. Я не собирался звонить Альбине и уж тем более не собирался с ней спать! Даже мать ее понимает, что бывают вот такие ошибки в жизни мужчины. Никто не идеален, я уверен, что даже Седов не ангел ни разу. Почему Елена смогла это понять, а Мира нет? Я после звонка тещи так воспрянул духом, надеясь, что и жена моя оттает, что меня понесло творить добро. Случайно… или специально обмолвившаяся о больнице теща отправилась в VIP-палату, а тестю я по-тихому закрыл кредит, который он брал на новый телевизор. Просто, без задней мысли всех купить с потрохами. А потому что захотелось. Не такой я распоследний мерзавец, которым она меня воображает. Когда она соглашалась за меня выйти, она видела, какой я на самом деле! Видела! А сейчас будто ослепла. Сажусь и подпираю голову руками, не могу обо всем этом не думать, хотя должен был бы читать документы на завтра. Не читается, в мыслях только она. Моя нежная, воздушная девочка, которая меня ненавидит. – Дмитрий, – Антон касается моего плеча, – может, вам что-то от головы? Заботливый ты мой. – Топор есть? Самое то. – Топора нет, но есть таблетки разные, мне жена собрала. А еще могу местному врачу позвонить, тут в отеле есть. – Не надо, после ужина выпью твои таблетки. Ты иди отдыхай, как принесут еду, услышишь. Я тут подожду. Отправляю его в спальню, нечего надо мной нависать. Сам не ухожу в свою комнату, чтобы не отключиться раньше времени, еще есть незаконченные дела. Набираю московский офис, нам еще рабочий день, соединяюсь с начбезом. – Батурин, не в службу, а в дружбу, есть у тебя кто из парней выходной? Нужна небольшая услуга за хорошую благодарность, – намекаю на деньги. – Хм, а что за услуга? Я не против, Дмитрий Иванович, но хотелось бы знать… – Просто поторчать у дома моей жены и последить, кто к ней ходит. От одного воспоминания, что мне рассказал курьер, я готов к Мире выслать отряд спецназа, чтобы отвезти ее в мою квартиру. Курьер, когда отчитывался о доставке, сказал, что Мира была с молодым человеком. По описанию это чертов Арсений! Уже там! Пронюхал, что она от меня вещи увезла? Быстрый гаденыш! Приеду, лично закопаю! Мою жену обхаживать! Я-то не слепой, я вижу, что ему от нее надо! – Ну если просто поторчать, посмотреть, то можно. Сейчас просмотрю расписание дежурств и отберу добровольцев. – Я не поскуплюсь на благодарность, ты меня выручишь. Скину все данные тебе текстом, хочу отчет два раза в день. Прощаюсь, прислушиваюсь к шуму, Антон кажется в душ пошел. Мне тоже нужно. Но… кручу телефон в руке, хочу позвонить Мире. Я без нее как в ломке, одна мысль, что она меня больше не любит, выкручивает меня в такие узлы, что выть хочется. Оказывается, любовь вызывает такое жесткое привыкание, что подохнуть хочется, если резко и болезненно вырвать ее. Зубы без наркоза вырывать гуманней. Звоню со второй, рабочей симки, тоже в блоке. Чем ты там занимаешься без меня, девочка? Не этот ли урод утешает тебя? Придумал! Позвоню с номера Седова! Его она еще не заблокировала. Вламываюсь в ванную комнату и бесцеремонно заставляю голого и смущенного Антона разблокировать его телефон пальцем. Прости, парень, ты знал, к кому на работу идешь. Это еще цветочки. В гостиной набираю по памяти номер Миры. Детка, возьми трубку. Выдыхаю, слушаю гудки и собственное сердце. Как пацан волнуюсь. – Алло? – ее голос в трубке и я вспоминаю, как дышать. – Мира, детка, не бросай трубку. – Титов! – возмущенно, – я же сказал, не звони! – А я сказал, что все равно буду. Я только о тебе и думаю, мне тяжело тут без тебя, – сам не верю, что говорю это, но факт. – Ну хватит… – она прерывается и я слышу голос за заднем фоне, не пойму чей. – С кем ты? Ты сейчас дома? У тебя Арсений? – меня несет, я закипаю, ревность бурлит, и хочется рвать и метать от мысли, что он там. – Это все, что тебя интересует? – с горечью и обидой в голосе. – Нет, не все! Я просто хочу услышать тебя, я скучаю, не кричи. Просто скажи мне хоть что-то хорошее. – Хорошее? Ты серьезно? Тебе мало хороших новостей? – Мне? Ты про что? – я перебираю в голове все, что произошло с моего отлета, хорошего там не могу найти. – Ну как… о том, что ты станешь отцом! Поздравляю! Лучше быть и не могло! Ловко же ты! – в ее голосе уже неподдельная злость. – Не звони мне больше. Сбрасывает вызов ровно в ту секунду, как я шокировано выдыхаю в трубку. – Отцом?! Гудки. Перенабираю. В блоке. Отцом?! Тахикардия. Мигрень. Полный паралич. Я буду отцом? Мира беременна?!