Двадцать пятая глава

Меня аж подкинуло! Явился, скотина! – Выйди вон! И не смей даже подходить ко мне ближе, чем на три метра. От тебя ЗППП можно воздушно-капельным путём поймать. Кобель помойный! Тебя ждёт мой лечащий врач! – взвизгнула и нажала на кнопку вызова медперсонала. Кровь вскипела во мне. Сердце бахало, словно я пробежала спринт. Куда только подевалась моя усталость и сонливость. Хотелось крушить, орать, вцепиться в самодовольную рожу Китаева. – Вика, подожди. Я не понимаю, о чём ты кричишь? Может быть, бредишь? С тобой всё нормально? Я знаю, тебе пришлось перенервничать. Но орать, как торговка рыбой на базаре всё-таки не стоит, – Китаев выставил вперёд ладони и говорил со мной как с душевнобольной. Тварь! Выдохнула, стараясь взять себя в руки. Сжала кулаки. Посчитала до пяти и обратно. Пока считала, Китаев решил, что можно, и сделал шаг в моём направлении. – Стой на месте! – зашипела на него. Хотелось бы мне быть холодной и спокойной. Презрением и ледяным спокойствием встретить неверного и предавшего мужа и навсегда холодно и однозначно показать его место в моем сердце. Но… страсть кипела во мне дегтем ненависти. До красной пелены перед глазами. Если бы я могла вставать, то не знаю, что бы сделала! Китаев остановился, вероятно, заметив что-то по моему лицу. изобразил изумлённо-страдающее лицо и показательно опустил свои руки. Актёр! Скоморох! – Вика, девочка, ты напрасно так реагируешь. Тебе не стоит нервничать. Я договорился, и тебя полечат в клинике. Всего недельку. Успокоишься и придёшь в норму. Потеря ребёнка любого выбьет из колеи. Я тоже огорчён и скорблю. Мне очень жаль… – Что тебе жаль, Китаев? Что ты заразил меня инфекцией? Что ты, шляясь по своим девкам, настолько потерял человеческий облик, что посмел, зная о своей срамной болезни, лапать мерзкими руками мою дочь? И лезть ко мне в койку? Илья побледнел и на миг растерялся. А потом, змеиная усмешка пробежала по его губам и скрылась, как не бывало. – Я не понимаю, о чём ты говоришь? Что за бред несёшь? У тебя галлюцинации. – задолдонил он опять, но я снова перебила его, вновь срываясь на визг: – Это тебе нужно лечение! Как же он бесил меня! Всем своим видом. Всем существом. Меня злили его бесстыжие глаза. Они больше не казались медовыми и янтарными. Мне виделось нечеловеческое в них. Желтоглазое чудовище! А взгляд? Как я могла раньше принимать его за мужественный и серьёзный? Он же просто холодный и бездушный! Как взгляд змеи. Или козла! Абрис лица, подвижный порочный рот, капризные и презрительные складки морщин, манеры… Всё в нём было отвратительным мне сейчас. Всё вызывало неприятие и омерзение. Даже его запах для меня теперь отдавал гнилью. Смрадом срамным. Меня сейчас стошнит! И когда вошла медицинская сестра по моему вызову, то мне реально было плохо. – Позовите, пожалуйста, врача! – обратилась я к ней, откидывая голову назад на подушку и стараясь дышать ртом. – Что случилось? – Девушка, позовите врача! – повторила, вкладывая в голос приказ и давление, попросила ещё раз. Блин, ну почему все девки в округе при виде Китаева теряют мозг? Они что, как животные улавливают особые кобелиные флюиды и по запаху узнают друг друга? Эта вон тоже поплыла! Стоит, ресницами хлопает, рот приоткрыла и зависла! – Девушка! Моей жене нужен врач, – мягко проговорил Китаев и, положив ей руку на спину, чуть выше талии, подтолкнул к выходу. Медсестра, словно заворожённая, сделала пару шагов в сторону двери, согласно кивая головой. Затем кокетливо стрельнула в муженька глазками и, очаровательно улыбнувшись, изящно покачивая бёдрами выплыла в коридор. Я смотрела на всё это и удивлялась. Раньше я такое откровенное поведение списывала на галантность и обаяние Китаева. А оказалось, это простое кобелирование. И для этого не нужно ничего. Ни ума, ни сердца, ни совести. Одно голое животное желание. Фонтанирующая похоть. Какая гадость! – Виктория, ты неадекватно реагируешь, согласись! Нормальный человек не кричит, словно потерпевший! Тебе реально нужна профессиональная помощь. Как в прошлый раз, – Китаев повернулся ко мне и говорил, улыбаясь, при этом специально напоминая мне о моей трагедии. Выводил на эмоции. Давил на больное. Урод! Как же он меня злит! Невыносимо. Немыслимо. До белых глаз. – Не старайся, я не соглашусь и ни в какую клинику не поеду! Не мети хвостом, Китаев. Этот номер у тебя не пройдёт. Вернее уже не прошёл, полицейским протоколом подтвердив твоё неадекватное поведение и нанесение мне увечий, повлекшее за собой выкидыш. Тебе самому пора полечится в прекрасном, так понимаю, оплаченном тобой заведении. Мужчина, толкающий беременную женщину, однозначно нуждается в корректировке психики. Пока я митинговала, дверь вновь отворилась. – Добрый день! Вы муж? Пройдёмте, пожалуйста, со мной, я должен с вами поговорить! – сориентировался врач и пригласил жестом Китаева следовать за ним. А я поняла, что мне реально плохо и нужна медицинская помощь. Мир стремительно сворачивался в одну точку. Уши заложило и перехватило горло, не давая толком вздохнуть. Отчаянно ударила по кнопке вызова и отключилась, падая в темноту.