Глава 32. Она

— Что хотели эти двое?

— Ничего хорошего. Саш, вам с Мишей придется уехать. Чем скорее, тем лучше.

Сердце пропускает положенный удар, сначала — один, потом — второй, спотыкается на третьем ударе и с трудом справляется с положенным четвертым рывком, совершая его через огромные нечеловеческие усилия.

Сергей поднимает на меня взгляд и смотрит внимательно. Пожалуй, впервые за долгое время смотрим друг другу в глаза, не скрываясь. Понимаю, как сильно его ломает осознанием вины и потерей семьи, буквально корежит и выворачивает наизнанку.

— Это как-то связано с теми двумя?

— Да, — кивает, не скрывая неприглядных подробностей. — Напрямую связано.

— И с этой… женщиной тоже?

— Я бы не хотел тебя впутывать это, но уже впутал по самое не хочу. Лена оказывала интимные услуги, втерлась в доверие к моей маме, выведала у нее сведения о нашей семье… Вообразила, что достойна большего. До недавнего времени Лена находилась в больнице.

Сергей делает паузу, объяснив:

— Не я ее туда отправил, клянусь. Лена вообразила, что если оставит свой бизнес, я начну с ней серьезные отношения. Ее поставили на место… Но ненадолго. По словам этих двоих она сбежала и наплела им, будто я ее заставлял оставить бизнес.

— Вот гадина! Это же не так? — спрашиваю с надеждой.

— Не так, конечно. Не думал я ничего подобного, не хотел! Клянусь.

— Она нарочно позвонила Мише, чтобы он пришел в тот вечер домой, — срывается у меня с губ.

— Что?!

Взгляд мужа мрачнеет, становится жестоким и холодным. У меня мороз по коже. Может быть, я зря это сказала? У Сергея стал такой вид, будто он готов убить голыми руками.

— Миша рассказал мне, я тебе не говорила, столько всего навалилось… Из головы вылетело, и, мне казалось, что она оставила нашу семью в покое, поэтому я не рассказала сразу, как только узнала.

— Не оставила в покое, как видишь. Тебе и сыну нужно уехать, Саш. Это не обсуждается. Я не хочу подвергать вас даже малейшей опасности. Я поищу билеты, а ты пока собери ваши вещи. Самое необходимое.

— Сереж.

— Что?

— Не делай того, о чем потом придется пожалеть. Я очень тебя прошу.

— Все будет хорошо, Саш. Обещаю…

Сергей невесомо касается пальцами моего живота, но по коже теплой волной бегут мурашки.

— Ты останешься на ночь? Квартира большая, места много, — добавляю сразу же, что бы муж не вообразил слишком много.

— Останусь.

***

Он

Уехали…

Словно груз с души свалился от осознания, что жена с сыном вне опасности.

Саша обещала писать почаще, Миша был подавленным. Мы прощались, с трудом сдерживая эмоции, рвущиеся из глубины сердца.

Впервые за много лет в браке, мне приходится расставаться с семьей, и ощущения — сложные, непередаваемые.

Но так будет лучше.

Для всех нас…

Помимо прямой опасности, Саше нужно отдохнуть и сменить обстановку. Здесь, увы, нам не дают покоя даже… родные. Слишком много тягостных воспоминаний. Нет, хорошего тоже хватает, но в последнее время ощущение, что каждая улочка моего города наполнена тоской и буквально сочится гноем нарывающих ран.

Впервые задумываюсь о том, чтобы сменить город.

Не так, на время, а навсегда…

Даже начинаю перебирать варианты из тех городов, где мы бывали во время путешествий.

Конечно, будет непросто, но в глубине души шевельнулась уверенность, что так будет правильно.

Обсужу это с женой немного позднее, а пока стоит заняться поисками Лены…

Не верится мне, что эти двое типчиков были от менеджера Лены. Где это видано, чтобы менеджер шлюхи, а если называть вещи своими именами, то сутенер, отправлял вышибал к клиентам на разборки.

Поначалу я был ошарашен их появлением, но стоило включить холодную голову, отстраниться от эмоций, как вылезли на свет нестыковки. Сутенер бы просто проучил шлюху, которая решила уйти из бизнеса и судя по тому, как была избита Лена, именно это и произошло.

Я выстраиваю в своей голове цепочку событий.

Потом я навестил Лену и дал ей понять, что очередная попытка влезть в мою жизнь, к моей семье, может стоить ей жизни.

И после этого ко мне наведались эти два подозрительных субъекта, нахраписто разговаривали, смотрели недобро и поигрывали мускулами.

Хотели нагнать страха, но его нет. Я боюсь только за Сашу с Мишей и нерожденного малыша, но сейчас они далеко, и мне бояться нечего. Не за свою же шкуру трястись, она мне осточертела…

Подозреваю, что этих двоих ко мне подослал никто иной, как сама Лена. Решила отомстить и наняла кого-то или попросила своих знакомых. Не суть, важно другое: пока она еще дышит, так и будет гадить, отравлять жизнь…

Становится ясно одно — своими силами отсюда не выбраться, придется обратиться за помощью. Благо, есть один знакомый, который как-то вскользь упомянул, что решал довольно скользкую ситуацию на личном фронте, обратившись к проверенным, надежным людям.

Я немедленно ему звоню и прошу о срочной встрече.

***

Немного позднее

— Здравствуй, Серый. Что с лицом? Ты как будто только что с похорон, — усмехается Васильев Савелий. — Что, пошутил неудачно? Кхм… Вот и жена говорит, что шутки у меня паршивые.

— Как жена, семья?

— О, — оживляется он, подтянув к себе телефон. — Дочери недавно исполнился год, эта красотка просто веревки из меня вьет, до чего же милая, у меня просто нет слов. Кажется, я буду исполнять ее малейшие капризы. Попроси она радужного слона, и я его достану.

— Уже болтает?

— Балакает понемногу, — расплывается в улыбке и с гордостью листает фотографии, одну за другой, показывая своих девочек — жену и крохотную дочурку.

Вспоминаю их семью. Савелий и Люба — красивая пара. Савелий — постарше меня, его жена — на несколько лет младше моей Саши. Мы пересекались на совместных мероприятиях. Савелия я знаю еще с универа, вместе участвовали в мероприятиях, вращались в одной компании. В целом, у нас довольно длительное, проверенное годами знакомство. Плюс, я не замечал за ним откровенной подлости, поэтому решил обратиться к нему за помощью.

— В общем, хватит разглядывать мое сокровище, сам-то не хочешь попробовать снова? Понимаю, у вас ситуация непростая, но…

— Уже. Саша беременна.

— Мои поздравления! — жарко трясет мою руку, сжав ее своей.

— Спасибо. Но все не так просто. Есть сложности… Сведешь меня кое с кем…

Я напоминаю Васильеву о его серьезных промахах в прошлом, и по лицу знакомого становится понятно, что он не любит об этом вспоминать.

— Похоже, дело грязное?

— Как Авгиевы конюшни, — говорю как есть. — Сав, дело серьезное.