Глава 20. Олеся

Со времени нашей первой совместной прогулки прошло целых две недели.

Эти две недели были наполнены нашими встречами по работе и за ее пределами. Поначалу я опасалась гулять вместе с Арсением, помня о неприятной встрече с его матерью.

Но его решимость и уверенность сделали свое дело.

Он меня убедил и, честно говоря, вел себя безупречно, поэтому я с осторожностью согласилась, и мы встретились.

Арсений идет рядом, его присутствие чувствуется куда сильнее, чем прежде. Каждый шаг отдается эхом внутри меня, мыслей невероятно много, самых разных от страха и сомнений до светлой, тихой надежды.

В глазах Арсения я вижу что-то новое — спокойное, но полное решимости. Кажется, в его взгляде горит признание, которое он готовится произнести вслух, и мне остается только ждать.

Мы останавливаемся на скамейке, и он, наконец, поворачивается ко мне. Его рука мягко касается моей, как бы невзначай, но я чувствую, как искра пробегает между нами.

— Олеся, мне нужно с тобой поговорить, — начинает он, и в его голосе звучит решительность, перемежаемая нотками волнения.

Я молча киваю, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее. И вот, с его губ срываются слова.

Они начинают заполнять тишину между нами.

— Прости меня. За прошлое! — говорит он, пряча лицо в ладонях на мгновение, прежде чем продолжить. — Я был так ослеплен ложью, что не видел правды.

В его глазах — сильные переживания, вместе с болью, и мне сложно оставаться равнодушной.

— Твои анализы неслучайно были плохими.

— Что ты такое говоришь?

— Моя мать... она подстроила все то, что произошло с тобой, — признается Арсений, его голос слегка дрожит. — Хотела, чтобы я оставил тебя. Думала, что ты для меня недостаточно хороша.

Я в шоке.

Мое сердце будто расколотили на тысячи осколков.

Я всегда знала, что не очень нравлюсь своей свекрови, но и предположить не могла, что настолько!

Это же какой-то кошмар. В прошлом я считала, что врачи просто ошиблись и рискнула, оставив малыша.

Боже, а если бы я их послушала, у меня бы никогда не было моего сыночка!

Я не знаю, что сказать. В шоке от услышанного, я могу лишь смотреть на Арсения и чувствовать, как все это время тени прошлого накрывают нас в настоящем.

— Я не могу поверить... — выдыхаю я. — Это слишком жестоко! А как же…

— Та измена? — спрашивает глухо. — Я сам виноват в том, что пошел в дешевый бар и нажрался там с девицей легкого поведения. Но меня вели и это не шутки. Она… мой самый родной и близкий человек, о котором я всегда заботился, устроила все это! Позднее она пыталась устроить мне знакомства с подходящими, по ее мнению, девушками, чтобы создать выгодный союз. Но я был непреклонен и от всего отказывался. Тем более, я больше не пил так, чтобы не помнить, где и с кем провожу время, — говорит он, его слова звучат ярко и искренне. — Мне было сложно тебя отпустить, но я понимал, что должен это сделать. Потому что виноват перед тобой. Каждую ночь, когда я ложился спать, я представлял твое лицо. Всякий раз, когда мельком видел что-то, напоминавшее о тебе, я чувствовал, как в груди оживает разбитое сердце, словно ты не даешь мне покоя. Но я не искал тебя, не мог… Чувство вины не позволило бы мне сделать это. Слишком больно осознавать, что свое счастье разрушил ты сам!

Арсений ловит мой взгляд, и я чувствую, как его слова пробиваются сквозь стены, которые я так долго и упорно строила вокруг своего сердца.

— Я совершил ошибку, но ты должна знать... я никогда не смог тебя забыть.

Во взгляде бывшего мужа пылает жажда, и я ощущаю, как воздух становится густым.

Неожиданно Арсений склоняется ближе, его рука ищет мою, сжимает кончики пальцев. Беглый касание, жаркий взгляд — притяжение, которое все еще живо, вопреки всему.

Я не могу сдержать легкую дрожь, когда он слегка сжимает мою руку, и в этот момент понимаю: что бы ни говорил разум, сердце говорит обратное.

— Олеся, — шепчет он, и в его словах слышится надежда. — Дай нам шанс.

На мгновение я закрываю глаза, ощущая тепло его присутствия.

Меня разрывает на части противоречия.

Могу ли я ему довериться? После всего!

А его слова про вмешательство матери…

Она так живо прискакала в то утро, после нашей ссоры, и явно подливала масла в огонь.

— Почему именно сейчас? — спрашиваю я, пытаюсь быть благоразумной и не спешить.

Я не должна наломать дров именно сейчас, когда моя жизнь более-менее налаженная, когда есть успех и сын подрос.

— Думаю, в конечном счете, она поплатилась за содеянное. Своим душевным здоровьем. Все эти годы ей становилось все хуже и хуже. Недавно случился приступ, и я был в больнице, с ней, нашел ей сиделку, все. Но она уже была как не в себе, говорит гадости, подозревает всех кругом в воровстве и покушении на ее жизнь. Ее рассудок угасает, и когда она увидела нас вместе, гуляющими в парке, это было последней каплей. Она так старалась избавиться от тебя в моей жизни, но сама судьба свела нас вместе. Я ведь не искал тебя нарочно, и ты — тоже.

Он смотрит на меня с надеждой.

— Я все время думаю, что, если бы мы не встретились? Мне даже подумать страшно. Я больше не хочу тебя потерять, хоть и понимаю, что тебе сложно будет мне доверять. Я прошу дать мне шанс. Один маленький шанс, чтобы доказать серьезность своих намерений.

— А как же твоя мама? — беспокоюсь я. — Если она не в себе, то от нее можно ожидать чего угодно! Набросится на меня или на Никиту, если он, по ее мнению, рожден от недостойной.

— Я дал распоряжение, ее отвезли в клинику. Врачи подтвердили мои опасения. Она будет находиться под постоянным медицинским присмотром, под неусыпным контролем. Она не навредит больше. Клянусь.

Я не знаю, соглашаться или нет.

Слова Арсения тронули меня за сердце, но он уже обманул однажды мое доверие…

Я не уверена, что у нас есть будущее, которое мы все еще можем создать вместе.