Глава 29

Никогда не думала, что драка с Офелией принесет мне такое незабываемое чувство удовлетворения. Когда я вцепилась ей в волосы и потянула вниз, параллельно поднимая ногу и сгибая в колене, ощутила некое облегчение, что наконец-то смогу хоть как-то отплатить ей за ее зло, которое она продолжает сеять вокруг себя, отравляя всем вокруг жизнь.

И если за себя я постоять не смогла, то вот обидеть сыновей ей не дам.

За эти годы я обросла защитной броней и острыми зубами, которыми с удовольствием впилась ей в руку, когда она попыталась вырваться. Даже ударила ее коленом в живот, отчего она согнулась пополам и застонала, явно не ожидая, что я могу ее одолеть. Ведь она драконица с внушительной силой, а я полукровка без единой капли магии, что сказалось и на физической силе.

Вот только я застала ее врасплох, ведь меньше всего она ожидала, что кто-то посмеет напасть на ее венценосную особу. В панике и шоке она кричала, практически не сопротивлялась, а когда, наконец, осознала, что может применить собственную силу, ей помешал Гор.

Он довольно быстро разнимает нас, так что я с удовольствием смотрю на потрепанную Офелию, которая своим бешеным взглядом и красными безобразными пятнами, как от лишая, мало напоминала высокородную леди.

– Ты! – прорычала она и ткнула в меня пальцем с острым ногтем, но я лишь ухмыльнулась, чувствуя, как в груди нарастает гнев.

– Иди к себе в комнату, Офелия! – рявкнул на нее Гор и безжалостно схватил ее за плечо, грубо толкая дальше по коридору.

– Ты почему позволяешь всякой челяди на меня руку поднимать? Ты вообще мужик? Прав был мой отец, когда…

Офелия продолжала открывать рот и яростно вращала глазами, даже жилка на виске билась, вот только мы ничего не слышали. У нее будто отняли речь. Впрочем, судя по страху в глазах, так оно и было. Гор сделал то, о чем, видимо, давно мечтал.

Пусть и прошло три года, но я до сих пор помнила, насколько неприятной и несносной она может быть, если за что-то берется. Сколько нравоучений мне пришлось выслушать от нее, а уж об оскорблениях и вовсе не говорю.

– Мама, что это за тетя? – с интересом вдруг спросил Астарот, который прибежал следом за мной.

– Это женушка нашего отца, – хмыкнул Рагнар и сложил на груди руки. – Неприятная особа, так что держи с ней ухо востро.

Я глянула на Астика, но никаких возражений он не выказывал. Смотрел на Гора с интересом, и я не знала, какие чувства испытывала по этому поводу. На удивление, новость о том, что у него есть отец, он воспринял довольно спокойно, но вопросов пока не задавал. В отличие от Нара, он хоть и был тоже любопытным, но не импульсивным. Предпочитал сначала переварить новость, тщательно продумать всё, а уже затем задавать вопросы, которые его интересовали сильнее всего.

– Рагнар! – рыкнул Гор, но на старшенького его рев не подействовал.

Он, кажется, совершенно ничего не боялся, если был даже готов жить на улице, лишь бы не возвращаться в поместье. И теперь я поняла, почему. Конечно, после того, как узнала, что Офелия не погнушалась продать ребенка в таверну, лишь бы избавиться от него, меня мало чем можно было удивить. Но то, что она продолжает распускать руки, мне категорически не нравится.

– Не кричи на моего сына! – встала я на амбразуру, загораживая Рана и Астика своим телом от взгляда Гора, которого взбесила Офелия. – Что-то не нравится, иди и разбирайся со своей законной женой, а моих детей не трожь. И угомони ее, иначе это сделаю я.

Я сжала кулаки, не собираясь отступать, но во мне сейчас говорил материнский инстинкт, который переборол любые страхи, которые могли бы возникнуть на моем пути. Правду говорят, что женщины после родов меняются, готовые защитить своих детей во что бы то ни стало.

Гор промолчал, видимо, осознавая свою ошибку, и сжал челюсти до такой степени, что на скулах перекатывались желваки.

– Идемте ужинать, – всё, что он выдавил из себя.

По взгляду было видно, в каком он находился бешенстве, но дракон будто не позволил ему выплеснуть свою агрессию на нас.

Несмотря на произошедшее, вниз дети спускались довольно веселые, даже о чем-то переговаривались между собой, словно происшествия с Офелией и не было, а вот я была загружена множеством мыслей, которые не давали мне покоя.

Мы не сможем ужиться с ней в одном доме, и я не знала, как себе всё это представлял Гор. Хотелось переговорить с ним об этом, но пока дети рядом, придется отложить этот разговор на потом.

Я еле как дотерпела до конца ужина, а как отправила сонных детей обратно в комнату, сразу же направилась в кабинет Гора, куда он сразу же ушел после трапезы. Дверь была приоткрыта, так что сначала я заглянула в щель.

Гор что-то активно писал на пергаменте со сосредоточенным выражением лица, затем дал чернилам высохнуть и прикрыл глаза. А спустя время свернул бумагу и запечатал ее фамильной печатью.

Устав ждать, я постучалась для вежливости и сразу же вошла, не в силах тянуть с множеством вопросов, которые терроризировали мой разум весь этот день.

– Ты хотела поговорить? – спросил он спокойно, вздергивая бровь.

– Ты собираешься наказать Офелию за то, что она сделала с Наром?

Я присела на стул напротив и скрестила под столом ноги, ожидая, когда он, наконец, ответит. Он при этом заговаривать со мной снова не спешил, а задумчиво постукивал пальцами по столу.

– Пока что она будет под арестом в своей комнате.

– А потом? – прищурилась я, чувствуя, что он что-то недоговаривает.

– Отправлю ее обратно на запад. Сейчас такой возможности нет.

– Обозы ходят каждый день, – возразила я, но предполагала, что дело было не в этом.

– Она нужна мне здесь. Другие вопросы будут?

Он дал понять мне, что эту тему обсуждать больше не станет, а я начала подозревать, что дело тут не только в том, что она его жена.

– Если она только посмеет снова тронуть моих детей… – зловеще прошептала я, сжимая ладони в кулаки и впиваясь ногтями в кожу до боли. Желала вцепиться ими в лицо Офелии, чтобы окончательно подрихтовать его. Гнев из меня так и не вышел.

– Не посмеет. Ее из комнаты больше не выпустят. И детям скажи, чтобы не гуляли там. Ни к чему сейчас драконить друг друга.

Он выглядел при этом обеспокоенным, словно переживал о чем-то куда большем, чем нерадивая злобная жена.

– Лучше подготовь Астарота, чтобы завтра на Совете молчал и ни на какие вопросы чужих не отвечал.

– А Рагнар? Его ты с собой не возьмешь?

– Он из вредности будет саботировать совещание и дискредитирует наш род и мое имя. Так что пока он не научится вести себя в обществе, будет сидеть дома.

Ненадолго воцарилось молчание. Я же вдруг решила прощупать почву и понять, какие цели он преследовал.

– Я могу забрать детей и уйти, заручившись поддержкой Дарнистонов. Все эти годы я считала, что я им не нужна, но оказалось, что кто-то из твоего окружения соврал им, что я умерла при родах. Может, я и полукровка, но принадлежность к высокому роду дает мне кое-какие привилегии. Ты сам сказал, что ни один родовитый род не откажется от потенциально способных детей и внуков, какая бы кровь в них не текла. Так что я сделала ошибку, что не обратилась к отцу сразу же, как только ты и Офелия выгнали меня из поместья, истекающую кровью.

По лицу Гора прошла судорога, и он ненадолго прикрыл глаза. А когда снова посмотрел на меня, его взгляд ничего не выражал, будто он скрыл все свои эмоции за пеленой равнодушия и хладнокровия.

– Ты права, Айлин. У рода Дарнистон в столице больше влияния, чем у моего рода. Вот только твой отец находится при смерти, не забывай об этом.

Меня будто ошпарили огнем. Он ведь был прав.

Почему-то мне казалось, что после моего выпада он откажется от поездки в поместье к отцу и моей мачехе, но на удивление этого не произошло. Словно он и сам хотел знать, что сейчас происходит с лордом Харольдом Дарнистоном. Просто так драконы не хворают.