Глава 39

Айлин

Ближе к вечеру, когда солнце еще не село, я доделала все дела в доме и накрыла ароматный только испеченный сладкий яблочный пирог полотенцем. Выглянула в окно, раздумывая, когда придут Гор с детьми, но интуиция подсказывала мне, что нескоро.

Жизнь в этом городке хоть и была непривычной, не особо гостеприимной, но мне было всё равно, что творилось вокруг. Главное, что мои дети были рядом, находили друг с другом общий язык и привыкали к тому, что у них есть и отец, и мать.

Я же никак не могла избавиться от мыслей о том, что Офелия приворожила Гора, отдалив его когда-то от меня и тем самым лишила нас с ним обоих возможности стать по-настоящему истинной парой, чей союз был предрешен еще на небесах.

Я думала о прошлом и днем, и ночью, но несмотря на то, что понимала, что Гор был околдован, а потому и творил зло, моя обида хоть и поутихла, полностью не прошла.

Я всё равно осознавала, что именно он впустил Офелию в нашу жизнь и должен нести за это ответственность. Смогу ли вообще когда-нибудь простить его, даже сама себе ответить не смогла бы.

Встряхнув головой, отбросила эти мысли из головы, хотя понимала, что это лишь временная мера. Пусть мы с Гором и были до сих пор женаты, но я чувствовала, что супружеской пары, которая могла бы образоваться изначально, у нас не получится. Я всегда буду думать о том, до каких пор он будет ко мне и детям добр и лоялен. В какой момент его снова околдуют, или он приблизит того, кто воткнет между нами клин.

Сидеть дома одной оказалось для меня неподъемной ношей. Чтобы не страдать от чрезмерного нашествия мыслей, я разрезала пирог, обернула тарелку плотнее полотенцем и пошла в сторону речки, ориентируясь по закрепившейся невидимой связи между мной и Гором. С тех пор, как мы оказались здесь, незримые нити связывали нас, казалось, крепче, но не могли заставить ни меня, ни его начать испытывать те самые чувства, которые воспеваются в легендах об истинных парах.

Рузанна была права, когда сказала, что для этого должна прийти любовь, которая не появляется по щелчку пальцев или по одному факту подтверждения истинности.

Мальчишки и Гор сидели на поленьях вокруг маленького костра, на котором жарили рыбу, и их лица были до того воодушевленные, что я не сумела сдержать улыбку.

– Мама! – крикнул Астарот, который заметил меня первым. Вскочил, но замешкался, держа в руках палку с нанизанной рыбине, и замер на месте, не решаясь бросить дело на полпути.

– Как вы тут? Вот это улов! – восхитилась я, увидев два ведра с рыбой.

– Пустой, – хмыкнул вдруг Рагнар, отпинывая от себя пустое ведро, и глянул на меня с вызовом. Словно всё еще ждал подвоха или что я начну его обзывать или третировать за то, что он не отличился.

– Ничего страшного, Нар, ты весь в моего отца, – улыбнулась я вместо этого. – У него слишком мощная энергетика, которая отпугивает рыбу, так что в рыбалке он не мастак. Зато охотник в лесу из него отменный. На зависть всем франтам самой столицы.

Я по очереди приобняла детей и села между ними. И если Астик с удовольствием прижался ко мне в ответ, то Нар как-то неловко похлопал меня одной рукой по предплечью. Но я и этому была рада, ведь это был уже ощутимо заметный прогресс по сравнению с тем, как он рычал и отбивался по началу. Видно было, что ласки ему не были знакомы, и он воспринимал их, как какой-то подвох.

– А когда мы увидим дедушку? – с воодушевление спросил Астарот.

Он в целом с рождения был очень открытым ребенком и любил новые знакомства, никогда не ждал от людей чего-то плохого. С одной стороны, это был результат того, что он не видел горя, а с другой, я беспокоилась за него и его наивность. В отличие от Гора, который уверил меня, что Астик не так прост, как кажется, и уж о чем, а о его безопасности мне переживать не стоит.

– Как только вернемся домой, – ответила я мягко, а сама при этом не знала, когда этот день наступит.

Гор не спешил делиться со мной подробностями военных столкновений Арьялы и Империи, а я старалась не поднимать этот вопрос, когда рядом крутились дети. Уж больно они были любопытные и сообразительные.

– И что, мы ему нужны? – фыркнул Рагнар, относясь ко всему настороженно.

– Вы ведь его внуки, – мягко ответила я, надеясь, что это правда. К тому же, Рузанна смягчилась по отношению ко мне, смотрела в прошлый раз на детей, может, не с теплотой и участием, но и гнева в ее глазах я не увидела.

В этот момент Астик уронил рыбу в огонь, кинулся было взять ее в руки, но Гор среагировал быстрее и не дал тому кинуться в пекло.

– Не касайся огня, Астарот. Вы с Наром еще не драконы, а значит, огонь для вас опасен.

– Почему? В нас же течет драконья кровь, – засомневался Астик, которого Гор поставил около брата.

– До совершеннолетия дети драконов уязвимы так же, как и человеческие детеныши, – уверенно и серьезно ответил им Гор. – Все раны и шрамы, которые вы получите до совершеннолетия, останутся с вами навсегда. Никакая хваленая регенерация после уже не поможет.

– Держи, – великодушно дал свою палку с рыбиной Нар Астароту и взял вторую, нанизав на нее другую рыбу.

Чувствовалось, что Нар понимал, что он старше своего брата, пусть и ненамного, однако относился к нему, как к младшему. Астик не пытался взять на себя главенство, но его глаза как-то странно блеснули, словно его устраивало это положение дел, но когда я глянула на него снова, передо мной снова сидел невинный ребенок. Может, показалось из-за отсветов пламени?

Встряхнув головой, я решила не забивать ее этими глупостями, которые породил своими сомнениями сам Гор до этого, и переключилась на рыбу и пирог с чаем, который я тоже принесла с собой.

Перекусив рыбой, дети с удовольствием накинулись на пирог, а когда стемнело, и к озеру прилетели светлячки, убежали гонять их, оставив нас с Гором за костром наедине.

– Никогда не думал, что у меня снова будут вот такие посиделки с семьей, как в детстве, – задумчиво произнес он и поднял на меня взгляд, в котором отражалось пламя, которое горело между нами.

– Как в детстве? Ты никогда о нем не рассказывал.

– Не хотел вспоминать.

– Почему?

В другой ситуации и в иной день я бы не стала интересоваться или настаивать, пытаясь получить ответы на свои вопросы, но сегодня что-то изменилось. Либо мы оба были более открытыми из-за совместного досуга, либо этот момент и правда давно назревал.

– Мой отец часто брал меня с собой в детстве, куда бы ни шел. Я ждал его в коридоре, когда он был на совещаниях совета, наблюдал за его тренировками на мечах, когда мои собственные заканчивались. Я был его единственным сыном. Пусть и не от любимой женщины, но он меня и правда любил, с этим никто не смог бы поспорить. Он научил меня всему, что я знаю, передал свои знания и умения, уделял мне внимания больше, чем любой другой лорд своим детям. А когда я впервые обернулся, стал брать меня с собой и на охоту, научил добывать пищу в драконьем обличьи в любой среде. И в лесу, и в воздухе, и в воде, и даже под землей. Лучшего отца было не сыскать.

Откровение, которым делился со мной Гор, стало знаковым в нашем общении. Раньше мы никогда не говорили ни о прошлом, ни о семье. Три года назад, когда мы жили на западе, мне вообще казалось, что он круглый сирота с рождения, так как он никогда не затрагивал темы о своем роде.

– А ты? Когда-нибудь думал о том, каким станешь отцом?

Задавать этот вопрос было сложно. Даже голос охрип.

– Стыдно об этом вспоминать. Мечты ведь не сбылись.

Он замолчал, а я не стала ничего говорить. Знала, что продолжит, как соберется с мыслями.

– Я хотел во всем всегда подражать отцу. Воспитать сыновей так же, как он воспитал меня. Стать примером для них. Тем, кем они будут гордиться. А в итоге… В итоге стал их самым худшим кошмаром.

В его глазах было искреннее раскаяние и чувство вины, которое беспокоило его и терзало, разрывая внутренности на части.

– Ты знаешь, я сегодня понял, что так и не попросил у тебя прощения. По-настоящему искренне. Все эти месяцы, как понял, что был под приворотом, даже не обвинял себя. Всех вокруг, но не себя. Не взял на себя ответственность за произошедшее, как и должен был. Я никогда не извинялся, Айлин. Не признавал своих ошибок. Считал себя непобедимым и самым-самым, а в итоге… – замолчал он и усмехнулся, качая головой. – Не смог управлять даже собственной жизнью, взял на себя непосильную ношу и подвел и тебя, и детей. Я ведь уже никогда не стану для них тем самым отцом, на которого они смогут положиться. А ты не сможешь мне доверять. Я и сам не могу, если честно.

– Ты ведь сумел побороть влияние чар Офелии в последний раз, хотя она и сняла с тебя твой защитный амулет, – возразила я, не зная, как реагировать на извинения, в которых была его собственная боль.

Я много раз представляла себе, как он сокрушается о том, что предал меня и детей, а когда оказалась в этой ситуации, о которой грезила несколько лет, впала в ступор.

– Дракон проявил себя во всей красе, но я так и не превратился, а значит, до сих пор в зоне риска. И пока я с вами, вы всегда будете в опасности.

Мне не нравилось, куда заводил нас разговор, изнутри поднялся протест, который и саму меня удивил. Вот только я и сама хотела поговорить с ним о том, что вместе быть мы не сможем.

– Ты дашь мне развод и оставишь детей со мной? – спросила я тихо, боясь спугнуть удачу. Больше всего боялась, что он заартачится и будет настаивать на том, что сам будет воспитывать детей.

– Если ты этого хочешь, я согласен.

Он кивнул, и я решила поделиться с ним тем, что его подбодрит.

– Ты не переживай так насчет детей. Они ведь маленькие еще, и у тебя будет еще много возможностей не только завоевать их доверие, но и стать настоящим отцом, к которому они будут тянуться. Скажу сразу, легко не будет, ведь они оба насторожены, а уж насчет Рагнара, ты и сам всё понимаешь. Вот только… Они дети, и больше всего им нужно твое внимание, а не обеспечение. Будь, как твой отец, который стал для тебя авторитетом, и шаг за шагом сблизишься с детьми. Только не упусти свой шанс, пока эта возможность у тебя есть, Гор.

Он кивнул, искренне улыбнувшись, а затем перевел взгляда на Рагнара и Астарота, которые резвились у поймы.

– Я написал завещание, по которому всё мое имущество отходит вам троим в равных долях. Твой отец позаботится о вас, я говорил с ним уже.

Его слова меня не удивили, но не понравились.

– Береги себя, Гор. Не хочу, чтобы мои дети росли полусиротами. И… Ты же знаешь, что если о том, кто они, узнают в Совете, мой отец один с ними не справится.

Я хотела дать Гору стимул, чтобы не рисковал зазря на войне, и, кажется, мне это удалось. Хоть он ничего и не ответил, но его глаза немного засияли, словно я и правда вселила в него надежду.

Этот вечер запомнился мне навсегда. И я вспоминала о нем еще долго, когда утром Гор уехал, попрощавшись со спящими детьми на рассвете. Смотрела ему вслед и молилась, чтобы на нашей земле наступил, наконец, мир.