Глава 22

В просторной комнате слишком тесно. Михаил и Павел держат руку на пульсе, ожидая нового сообщения от «Детдомовки». Я выпиваю кружку кофе и сдираю шкурку вокруг ногтя, смотря на главную страницу электронной почты.

Стены вокруг сжимаются, сдавливают, убивают последнюю надежду. Тотчас на экране мерцает входящее письмо. Я бледнею. Парни синхронно кивают мне, и я открываю его.

«Ресторан «Прованс». Ровно через час. И будь одна, Дарья»

– Что мне делать? – срываюсь со стула. – Что?!

– Собираться на встречу. – Отвечает Михаил и сразу же дает команду Павлу. – Отследи IP–адрес.

Павел пробивает информацию по своим каналам, созванивается с кем–то и через пять минут говорит:

– Невозможно отследить. Письмо отправлено с компьютера одного кафе в центре города.

– Черт, – Михаил достает телефон. – Свяжусь со следователем. Игра началась.

– Игра? Какая игра? – я мечусь взглядом от них к Эрнесту, который ни на шаг от меня не отходит.

– Успокойся, это их профессиональный сленг. – Слегка равнодушно отвечает Эр.

– Итак, ждем большого босса и готовимся к выходу.

Михаил смотрит на меня пульсирующим взглядом. Будто лазером прожигает насквозь.

Я срываюсь и бегу в спальню. Мне нужно несколько минут одиночества. Меня выбирают в качестве связующего звена. Почему? Полиция и в том числе я, думаем о мести Эрнесту. Но…всё совсем иначе.

– Даш, – Эрнест стучит в дверь и меня чуть колышет от вибрации. – Открой.

– Я сейчас выйду.

– Следователь уже на полпути к нам.

– Хорошо.

Но все определенно кошмарно!

Я быстро переодеваюсь, выбирая самые обычные джинсы и белый свитер, и распахиваю дверь. Эрнест оглядывает меня с ног до головы, растирая лопатками стену напротив комнаты.

– Я не хочу отпускать тебя одну. – Низким, чарующим голосом говорит Эр.

– Без Антошки я не вернусь.

Молчит.

– Господа Самойловы. – Следователь шагает к нам из гостиной, не удосужившись снять куртку и обувь. – Мы теряем время. Идемте.

Разрываем с Эрнестом зрительный контакт и переключаемся на мужчину с короткой, почти нулевой стрижкой, широким подбородком и немного оттопыренными ушами.

– Объясните, пожалуйста, мои действия.

Вся моя слабость, трусость куда–то исчезает. Я намерена вернуть своего малыша, ценой собственной жизни.

Вернувшись в комнату, заполненную техникой и не очень приятными людьми, мне по слогам разжевывают ситуацию.

Во–первых, мой ребенок и похититель в городе. У них не было плана покидать его пределы. Осели на дно и выжидали подходящего момента.

Во–вторых, если они где–нибудь мелькнут, их сразу же поймают.

В–третьих, человек приславший письмо на почту, знает, чего хочет. И это я. Не Эрнест.

– Запомните, мы будем вас слышать и видеть, благодаря крошечной камере в брошке.

Брошь прикрепляет Михаил. Он же проверяет обзор и качество изображения.

– Я поехала? – спрашиваю, оглядев всех мужчин по очереди.

– Да. И не бойтесь. Они вас ничего не сделают. Хотели бы, давно уже бы нашли способ навредить вам.

Заверения следователя меня совсем не радуют и не подбадривают. Ведь похитители уже мне навредили. Они забрали самое ценное, что у меня есть.

– Даш? – я оборачиваюсь на зов Эрнеста. – Будь осторожна.

Я знаю. Если бы он мог, поехал бы со мной. Но ему надо находиться в квартире на непредвиденный случай.

– Пока.

***

Чувствую себя героиней боевика и триллера одновременно. Ведя машину, почти не слежу за дорогой. Чудо, что не попадаю ни в одну аварию.

Возле ресторана «Прованс» в меня вселяется хладнокровный демон. Я сделаю всё по схеме. Я смогу!

– Здравствуйте, у вас заказан столик? – хостес в узком черном платье встречает меня напускной улыбкой.

– Да, – я замираю, обнаружив взглядом Ташку. Легкие слипаются от не хватки воздуха. – Вон та девушка меня ждет.

– Замечательно. Проходите.

Ноги свинцовые, по спине пробегает лютый холод.

– Ты…

Сходу говорю я, подойдя к столику. Наташка улыбается. Вызывающая насмешливая поза активизирует во мне всю ненависть.

– Присядь, сестренка. Разговор будет тяжелый.

Я отодвигаю стул и сажусь на него. Сердце бьется, словно за секунду до смерти. Ташка внимательно изучает меня и заостряет лукавый взор на броши.

– Дай–ка сюда. – Вытягивает руку и жамкает пальцами. Я срываю украшение и кладу ей на ладонь. – Ромчик меня предупреждал, что ты нацепишь какую–нибудь хрень, в которую можно запихнуть камеру.

– Какая же ты…дрянь.

– О, прибереги комплименты на потом.

Бросает брошь на пол и раздавливает ее каблуком. Хрясть и одна пыль.

– Где Антошка?

– В машине, с моими друзьями.

– Тишиным и Ароновым? – я немного наклоняю корпус вперед. – Ты сошла с ума?

– Не угадала, Дашуля. Я как раз таки в своем уме. А Юра и Рома во всем этом принимают лишь косвенное участие. У всех так сказать, своя выгода.

– Какая? Что тебе нужно?

В горле Сахара. Передо мной стоит бутылочка минеральной воды, но я не хочу ее пить. Ташка может, что угодно в нее подмешать.

– Обо всем по порядку. Слушай и решай. Только быстрее. Антошку я тебе отдам, когда ты сделаешь выбор.

– Говори. – Скриплю зубами.

– Ты должна развестись с Эрнестом. В кратчайшие сроки. Он должен стать свободным. Придумай, как это сделать.

– Ты всё никак не успокоишься? Хочешь стать мной?

– Не–а, – Ташка на «коне». – После развода он будет страдать. Забросит бизнес, пытаясь понять, какого черта остался без семьи. Государственный контракт пойдет по одному месту и, внимание, достанется моим знакомым. А я, я моя любимая, сестренка, ворвусь в его жизнь спасительным ветерком и подарю ему долгожданное счастье.

Мне просто нечего сказать. Я гляжу на Ташку и не понимаю ее.

– За что ты меня так ненавидишь?

– Наша мамочка тебе так и не призналась?

– В чем? – я сжимаю кулаки, унимая дрожь.

– У нее спроси.

– Верни мне сына.

– Сначала подпиши вот этот документ.

Толкает ко мне подготовленный лист бумаги, ранее придавленный чашкой с кофе.

Я не трогаю эту бумагу, читаю так. И от каждой строчки прихожу в ужас.

– Ты больна, Таша! Я никогда его не подпишу!

– Тогда забудь о сыне. Отвезу ее в глухую деревеньку и оставлю возле церкви.

– Нет! – я обхватываю голову руками. Слезы рвутся из глаз. – Нет!

– Я же сказала, выбор за тобой. Либо сын, либо муж и его благополучие.

Она кидает мне автоматическую ручку и постукивает пальцами по столешнице. Я качаюсь вперед–назад, мысли сбиваются в табун.

– У тебя минута. – Накаляет Таша.

Я хватаю ручку и расписываюсь рядом со своей фамилией.

– Прекрасно. Теперь, если ты не выполнишь мои условия, Антошка отправится в Дом малютки. Я позабочусь об этом. У меня есть связи в опеке, и они с радостью заберут ребенка, мать которого подписала отказную и профукала ребенка в торговом центре.

Я не верю. Никто не может отнять ребенка у достойной матери. Но Таша…она способна не только на хитрость, но и на самую гнилую подлость. Я уже убедилась.

– Антошка, я хочу его видеть.

С торжествующим видом набирает номер на телефоне и отдает короткий приказ.

– Забыла сказать. Жду перевод на десять миллионов, вот на этот счет, – чиркает цифры на салфетке. – Чтобы все думали, будто дело в деньгах.

Я комкаю ее, засовываю в карман и слышу крик своего мальчика. Стул валится, когда я несусь к нему навстречу и забираю его у рослого парня с пластырем на носу. Теперь мир существует только для нас двоих.

– Поговори с мамулей. Заодно передай от меня приветик. – Таша хлопает меня по спине перед уходом. Я молюсь, чтобы ее лицо зафиксировала камера в брошке до превращения в ничто.

– Ма–ма–ма–ма…– хнычет Антошка, и я рыдаю, крепко прижимая его к себе.