Глава 23

Из «Прованса» я выхожу, крепко обнимая своего малыша. Его запах, его голосок, его непередаваемое тепло снова окутывают меня уютным пледом. Я плачу, но совершенно не замечаю этого.

Промозглый осенний воздух вмиг приводит в чувство. Антошка весь продрог и без конца мнет ручками мои груди.

Я спешу к машине, снимаю ее с сигнализации и, забравшись на заднее сиденье, укладываю малыша на колени и даю ему желанное лакомство.

Какое облегчение…

Антошка насыщается молоком, а я гляжу в лобовое окно и с ненавистью проклинаю Ташу.

Измена, опека, похищение – ее ловкие ходы. Корыстные манипуляции.

Я не удивлена ничему и всё же, ради чего?

Увести Эрнеста, женить его на себе, расколоть бизнес и по кускам продать по дешевке? Аронов и Тишин действительно маниакально зациклены на Эрнесте. Его успех для них является катализатором.

И теперь я замешана в этой жестокой игре.

Если я не выполню условия сделки, потеряю ребенка. Для Таши и ее друзей ничего не будет стоить сказать опеке «фас» и подсунуть мой отказ от сына. Да и после похищения, они возьмутся за нас с новым рвением. Таша всё предусматривает…

Ненавижу свою сестру. Настолько, насколько возможно и даже больше.

Перед моей Ауди паркуется Мерседес Эрнеста. С ним из машины выходит следователь. Оба спешат к нам с Антошкой.

Эр распахивает дверь и, увидев, чем мы заняты, загораживает от глаз сотрудника следственных органов.

Тот с пониманием отворачивается и прикуривает. Эр же забирается в салон и, обняв меня, поглаживает сына, который занят важным делом.

– Вы были, где–то неподалеку? – интересуюсь я, глядя на мужа.

– Да. В паре кварталов отсюда. Жаль, не успели засечь похитителей.

Я так и думала. Эрнест не мог усидеть на месте, хоть это было необходимо.

– А брошь? Что–нибудь удалось зафиксировать?

– Изображение смазано. Но Михаил и Павел постараются очистить его от лишнего мусора.

– Ясно.

Молчание. Эр снова и снова трогает Антошку, а меня целует в щеку. Легкий разряд посылает по всему телу лихие импульсы.

– Кто это был? И что ему нужно?

Я заканчиваю кормление, передаю Антошку Эрнесту и окликаю следователя. Тот растаптывает окурок и повисает на открытой двери машины.

– Вот, – отдаю ему бумажку с номером банковского счета. – Они просят десять миллионов.

– Срок какой? – уточняет лопоухий мужчина.

– Не сказали, но я думаю, у нас есть пара дней.

– Вам отдали ребенка на доверии?

Я же не скажу ему, что моя сестра выкатила мне нерушимый ультиматум.

– Да. Потому что уверены, мы перечислим требуемую сумму в ближайшее время.

Следователь недоверчиво прищуривается.

– Отдам бумажку на почерковедческую экспертизу. Мало ли.

Вряд ли найдутся совпадения, но это его работа.

– Вы продолжите вести наблюдение в общественных местах? – Эрнест расцеловывает сына, поглядывая на мужчину, растирающего подбородок.

– Да. Не нравится мне всё это. Слишком просто и складно. Я много лет в органах и знаю, чем может обернуться подобный трюк.

– Отлично. А теперь можно, я отвезу семью домой? – мой муж запросто становится суровым и хладнокровным.

– Конечно. Ребята покинули вашу квартиру, но на всякий случай я попрошу кого–нибудь дежурить у вашего подъезда.

– Спасибо. – Говорю я, не переставая всхлипывать от эмоций. Эрнеста тоже устраивает ответ.

– Насчет денежного перевода…– следователь мнется, обращаясь к Эру. – Я должен сопровождать вас в банк. Сумма не маленькая, потребуется личный визит к менеджеру.

– Да, как только удостоверюсь, что моя жена и сын в безопасности.

Я касаюсь руки Эрнеста. Теплый взгляд его чуть–чуть растапливает.

– Это не шутки, Эр. Если мы не заплатим, то они вернутся.

– Я знаю, Даш. Но я…

– Поезжай. Мы с Антошкой доберемся до дома сами. Обещаю, позвоню, как переступлю порог квартиры. К тому же, господин следователь сказал, что нас будут охранять.

Эр хмурится. Идея не кажется ему удачной. Но выбора нет.

– Хорошо. Но сдержи свое обещание.

– Конечно.

Вручает мне Антошку, который топает ножками по моим ногам и вылезает из салона на воздух. Следователь склоняется, прежде чем пройти за Эрнестом.

– Вы уверены, что ничем не хотите со мной поделиться?

– О чем вы?

– Встречу назначили вам. Ребенка отдали без каких–либо вопросов. Человек, который пришел в ресторан, был подготовлен и знаком с нашими хитростями.

– Вам мало того, что мы потеряем десять миллионов рублей?

– Деньги зачастую прикрытие. Если есть что–то еще…

– Нет. Простите, я несколько дней провела как в бреду. Хочу отдохнуть и побыть с сыном.

– Естественно. Но следственные действия не прекращаются. Похитители должны быть задержаны.

– Да, верю, что вы найдете и задержите их.

Я кручусь, размещаю Антошку в кресле, перебираюсь за руль и завожу двигатель. Задняя боковая дверь закрывается. Пару секунд смотрю на уходящего мужчину и перевожу взгляд на ресторан. Сердце стремиться выпрыгнуть из груди.

Антошка пищит, и я успокаиваюсь. Мое солнышко со мной. Пусть следователь продолжает выполнять свою работу, и надеюсь, он схватит Ташу и ее верноподданных без моей помощи до того, как моя жизнь окончательно рухнет.

***

В квартире приятное затишье. Только грязь кругом. Эти специалисты из следственного комитета не удосуживаются прибрать за собой. Я усаживаю Антошку в манеж и набираю свекровь.

Эмма вскрикивает со слезами, узнав о возвращении внука. Клянется приехать через сорок минут.

Я прохожусь по комнате, растираю лицо обеими руками и продумываю дальнейший план.

Полиция рано или поздно выйдет на Ташу. Правда вскроется, и гной выльется наружу.

Но сейчас мне надо думать о разводе. Точнее о том, как убедить в нем Эрнеста, не открыв истину.

Он никогда нас не отпустит. Будет бороться до последнего. Но я должна разорвать этот круг и преподнести Таше своего мужа на блюдечке с голубой каемочкой.

Раздается звонок в дверь. Наверняка свекровь. Мельком взглянув на Антошку, спешу к входной двери.

Да, я угадываю.

– Где он?! – сходу спрашивает она.

– В гостиной, играет с любимыми игрушками.

Эмма несется мимо меня и с радостными возгласами хватает Антошку в руки.

– Мой маленький! – целует его. – Мой лапочка! Бабуля так за тебя переживала.

– Эмма Георгиевна, мне неудобно вас просить, но как видите после визита двух айтишников, дома царит бардак…

– Уладим в два счета. И никогда не стесняйся, о чем–либо меня просить.

– Спасибо.

– Давайте, собирайтесь, погостите у меня, пока девочки наведут лоск в вашей квартире.

Я быстренько скидываю необходимые вещи в спортивную сумку и переодеваю Антошку.

– Таня в курсе, что внук вернулся к родителям?

Мама…я обязана с ней поговорить.

– Нет, я ей еще не сообщила.

Встречаться с ней не хочу, но слова Таши засели в голове мертвым грузом.

– Прости меня Даш, но твоя мама будто бы проживает в другой реальности. И кстати, она съехала с квартиры, которую приобрел Эрнест.

– Да?

Пока я пребывала в туманном состоянии, мама, оказывается, совершает еще один удивительный поступок. Я глубоко поражена.

– Я не знаю, что ее мотивирует так поступать, но факт есть факт.

Интересно, где она сейчас.

– Эмма Георгиевна, – застегиваю курточку Антошки. – Вы не против, если я приглашу маму к вам? Мне нужно с ней поговорить, а от Антошки я теперь ни на шаг.

– Да, пожалуйста. Дом большой, я найду, где уединиться.

– Спасибо.

– Ну, всё? Готовы? – Эмма стряпает смешные рожицы моему сыну.

Я поднимаю Антошку, чмокаю его в пухлую щечку и иду в коридор. Эмма звонит администратору своей клининговой компании и просит ее прислать пару сотрудниц на мой адрес.

Уже в лифте, я набираю маму, и она мгновенно снимает трубку. Без долгих прелюдий прошу ее подъехать в особняк Эммы. Точные координаты скидываю сообщением.