Глава 2
И вот она пятница, четырнадцатое февраля. Сбежав пораньше с работы, я приступила к реабилитации наших отношений. Квартиру отмыла, белье чистенькое шелковое постелила, купила две чахлые розы и ободрала с них лепестки, чтобы создать атмосферу. В шкафу нашлись какие-то свечи, их тоже расставила по всем плоскостям, чтобы в нужный момент поджечь.
По привычке полезла в кулинарную книгу, чтобы приготовить что-нибудь такое эдакое, но потом вспомнила ради чего все это. Чтобы вдохнуть новую жизнь в наши отношения, а не чтобы нажраться и тихо хрюкать. Поэтому ограничилась тем, что сгоняла в магазин в соседнем доме, купила любимого вина и коробочку свежих пирожных.
Намылась, волосы уложила, втиснулась в кружевные стринги, которые в нижнем ящике пылились. Не люблю шнурок между булок, но ради такого случая можно и потерпеть. Ну и платьишко. Красненькое.
Подошла к зеркалу, покрутилась. Для верности живот втянула, попу отклячила. Ну красотка же! Чего этому дураку не хватало? Неужели Инна права, и он меня рассматривает как привычный пельмень. Сытный такой, нажористый, который лежит в морозилке и лишний раз не отсвечивает.
Немножко разозлилась. Пришлось напоминать себе, ради чего я тут как лыска ношусь и вкалываю. Ради нас, нашего будущего и семьи. Значит прячем раздражение, обиды и прочую деструктивную чушь и готовимся встречать мужа во всей красе. Чтобы у него челюсть на пол выпала, и он думать забыл о посторонних курицах.
Заканчивает он в пять, до дома добираться минут сорок, поэтому к назначенному времени я уже была во всеоружии. Вся такая легкая, воздушная, сексуальная, со шнурком в жопе и восторженной улыбкой на губах.
Главное, не начать скандалить раньше времени. Главное не сорваться.
Еще раз посмотрела на свое отражение, подмигнула ему, тихо выдохнула.
— Давай, девочка. Срази его наповал.
И вот я сижу на кровати, нога на ногу, грудь томно вперед, прядь волос кокетливо наматываю на палец. Жду, когда раздастся звук поворачиваемого в замке ключа.
Долго жду. Минуты еле тянуться. Мне кажется, что прошло уже два часа, но на деле три минуты.
Потом еще пять. И еще десять.
Через полчаса у меня затекает поясница, а прядь волос похожа на обсосанный хвостик.
— Черт, — тянуть за телефоном и набираю мужа. Очень надеюсь, что он где-то бегает в поисках цветов для любимой жены, или просто застрял в пробке.
Однако не успеваю его набрать, как вижу входящее в мессенджере.
«Зай. Задерживаюсь. Дела»
Перед глазами начинают пульсировать красные круги.
«Какие такие дела?! Ты же сказал, что вовремя придешь!»
«Работа» — пишет одно слово, будто оно определяет все, и я тут же должна заткнуться, пустить лужу на пол от восторга и смиренно сесть в углу.
Ага. Щас!
Звоню ему. Он скидывает. Я снова ему звоню. Опять сбрасывает. Ну уж нет, я так просто не сдамся. Продолжаю наяривать до тех порт пока в трубке не раздается раздраженное:
— Оль! Я же сказал, что занят.
Звучит так, будто прикрывает ладонью динамик. От бабы своей что ли прячется?
— Ты где?
— Что за вопросы. Работаю. В офисе.
— А музыка откуда?
На заднем плане негромко пиликает попса. Он на миг теряется, потом бодро выдает.
— Так это…радио работает.
— Давно ли ты стал увлекаться радио.
— Это коллеги слушают.
Откуда-то раздается приглушенное «Игорь». Женским голосом, томным таким и одновременно нетерпеливым. Он что-то там шипит, прежде чем вернуться ко мне, и пытается скрыть это шипение за кашлем.
— Кто там? — требую ответа, а у самой уже зуб на зуб не попадает. Потому что я знаю — это оно, то самое. Что прямо сейчас, в этот самый момент рядом с моим мужем крутится какая-то шлюха.
— Я же сказал. Коллеги, — он раздражается еще сильнее. — все Оль, давай. Мне некогда.
Я закрываю глаза. Выдыхаю.
— Во сколько придешь, — давлюсь горечью поражения, а Игорь ничего не замечает и торопливо произносит.
— Поздно. Не жди. Все я побежал.
Беги, козлина, беги.
Спиной приваливаюсь к стене и стекаю по ней на пол. Плохо-то как. Он выбрал не меня, а другую. И с ней проводит этот день влюбленных, а я как дура сижу на полу и пытаюсь не зареветь.
Почему так выходит?
В голове звучит голос Инны «Потому что письку новую захотел».
Скриплю зубами. А я значит старая? Потрепанная и наскучившая? Годящаяся только для вялого перепихона перед сном. Так что ли?
Ни фига не так!
Вскакиваю с пола, решительно иду на кухню и открываю бутылку вина. Прямо из горла выпиваю половину, не чувствуя вкуса и только в конце морщусь и кашляю.
В голову тут же ударяет, и теплый хмель разливается по озябшему трясущемуся телу.
— Что б у тебя там ничего не встало, — шиплю сквозь зубы и набираю Инну.
Та отвечает через десять гудков:
— Готово!
— Что готово? — теряюсь от неожиданности.
— Лось вызван и уже несется к тебе! — отрапортовала подруга, и у меня в тот же миг сердце до коленок провалилось.
— К…как…уже? — прижимая руку к груди, медленно опускаюсь на стул.
— Угу, — гордо подтверждает она, — я ж знала, что ты позвонишь. И как только увидела твою физиономию на экране — тут же отправила запрос. Жди! Скоро твой принц прискачет. Не благодари.
Я не то, что благодарить, я дышать боюсь.
— Эй…Ты там жива или от счастья в обморок упала.
— Почти, — икаю.
— В общем оторвись там, детка.
— Обязательно, — я пока не уверена, что вообще дверь ему отопру.
— Все, Лелька, давай расслабляйся. Вот тебе лось, что бы хорошо еб… жилось, — произносит она и ржет, — жди. Уже скачет.
И отключается.
Я в прострации смотрю в одну точку, медленно откладываю телефон и тянусь за бутылкой. Мне надо больше вина. Гораздо больше!
И когда через полчаса раздается звонок в дверь я, уже изрядно поднабравшись и сожрав все пироженки, иду открывать.
* * *
Хмель во мне плясал дикие танцы, смешиваясь с ревность и желанием отомстить. Я была готова. К чему угодно и как угодно. Хоть боком, хоть раком, хоть в позе буквы Зю.
На крайняк, если мужик в живую не понравится, я просто пошлю его нахрен и захлопну дверь.
В глазок заглядываю — стоит красавец! В темной куртке, руки в карманы, неспешно пинает стену, носом ботинок. Между прочим, свежепокрашенную! Хулиганье.
Оборачивается на лифт, потом задирает рукав и смотрит на часы, и снова тиранит пипку звонка.
— Да иду я, иду, — копаюсь с задвижкой замка. То ли ее заело, то ли руки у меня не из того места, но никак не открывается. Поэтому ору, чтобы лось услышал, — иду!
Наконец, раздается тихое «щелк», и я толкаю дверь, едва не вывалившись на лестничную клетку.
И первое что я вижу, это синие и очень знакомые глаза.
Тот самый мужик, которого я избила шваброй…
Я аж икаю от неожиданности. Коленки тут же начинают трястись и первая мысль в моей шальной головушке, что это маньяк, который меня специально выследил и пришел убивать.
Что он мне там орал, пока гонял по ресторану? Что доберется до меня? Что найдет, из-под земли достанет и на кол посадит, и три раза провернёт по часовой стрелке, чтобы резьбу нарезать
— Здрасте, — хватаюсь за косяк, чтобы не повалиться на пол.
— Добрый вечер, — голос у него приятный, особенно когда не орет дурниной и не угрожает, — вызывали?
Я снова икаю. В этот раз удивленно.
Это что же получается… это он? Мужик по вызову, которого мне подогнала Инна?
На Всякий случай уточняю:
— Олег? Двадцать восемь лет? Высшее образование
— Он самый, — кивает, а сам с интересом рассматривает мое декольте. Вернее, пытается сделать вид, что не замечает, но один глаз отчаянно сползает вниз. — мужа на час вызывали?
Это теперь так называется? Муж на час?
— Вызывали, — отступаю чуть в сторону, чтобы пропустить его в квартиру.
Мысли о том, чтобы отправить его восвояси у меня даже не возникло. Наоборот, стало как-то тяжело дышать, и сладкие мурашки побежали от коленок и выше.
Он зашел в прихожую. Скинул кроссы, куртку повесил на крючок и, закатав рукава, обернулся ко мне.
Хоро-о-ош. Такой прям, кобелина качественный. Фактурный, крепкий, а на его руках я еще в прошлый раз залипла, когда он их ко мне тянул, чтобы придушить.
Стоит, смотрит на меня с интересом и улыбается. И я смотрю, даже не дышу и про шнурок между булок забыла.
Особенно радует то, что он меня не узнал. Иначе мигом бы из глаз улыбка пропала.
Что делать дальше я не знаю. Я должна как-то руководить всем этим безобразием? Задрать подол, развернуться к нему задницей и скомандовать «дрючь!». Или как? Реально как девственница не целованная, которая не знает с какой стороны вообще к мужику приближаться.
Однако нехватка опыта с лихвой компенсировалась пьяной удалью:
— Правда, что вы хорошо владеете языком?
— Ну…ээ…как бы да, — он немного опешил от моего напора, — ели надо могу такой шершеляфам устроить, что закачаешься.
Я сочла это за хороший знак и напрочь растеряла остатки сомнений. Волосики поправила, плечики развернула, живот поглубже втянула и кокетливо улыбнулась.
Ну и что, что проститут. Я ж не замуж за него собралась. Мне для здоровья, блеска глаз и поднятия самооценки. И что теперь не кокетничать?
Пококетничать очень хотелось. Может, будь на его месте кто-то другой у меня бы таких порывов и не возникло, но этот лось мне запал в самое сердечко. Не даром же вспоминала все эти дни наше первую фейеричную встречу.
— Отлично выглядите, — он отвешивает нехитрый комплимент, и я снова смущенно краснею.
Когда мне в последний раз мужчины комплименты делали? Давно! Я уже и не вспомню. Муж не в счет, его сытое «борщ-огонь» вряд ли можно считать усладой женского слуха.
А этот и говорит искренне, и смотрит с восхищением. Моя внутренняя нимфоманка внезапно вышла из затяжной спячки и, хлопая в ладоши, завопила «хочу, хочу, хочу».
— Давайте на ты?
— С удовольствием.
— Меня Ольгой зовут.
— Олег.
— Я знаю.
— Жарко. Не против, если я сниму свитер? — спрашивает Олег.
Ага, товар лицом решил продемонстрировать. Ну что ж, я не против.
— Снимайте! — решительно киваю, а сама за стену придерживаюсь, чтобы не мотаться. Меня уже штормит не только от вина, но и от накатившего предвкушения. Хочу!
Он тем временем стаскивает свитер через голову, а под ним белая футболка. И край ее загнулся, демонстрируя кусок крепкого мужского живота с темной растительность.
Я нервно сглотнула. Это так странно смотреть на едва знакомого мужчину и при этом знать, что сейчас у вас будет секс. Странно, но очень волнительно и, кажется, у меня стало мокро везде где только можно, во рту наоборот засохло, а соски напряглись так, что их стало видно и сквозь кружевное белье, и сквозь красную ткань платья.
Олег заметил. Ухватился взглядом за мои прелести и завис, глядя так, словно был готов сожрать меня прямо здесь и сейчас.
Между нами что-то происходит, и я откровенно млею.
Я предпочитаю не думать о том, что это просто набор профессиональных навыков, и он так на каждую свою клиентку смотрит, чтобы сделать приятное и заставить почувствовать себя желанной. Ну и что! У всех работа разная, не мне осуждать. Главное, что здесь и сейчас он принадлежит только мне. И я откровенно сгораю от желания добраться до самого вкусного.
— Ну что? Где будем трубы чистить?
Это такой профессиональный жаргон? Звучит не очень, если честно…Хотя плевать. Пусть хоть чистит, хоть продувает, хоть пальцем разрабатывает.
— Идем, — веду его в спальню. Туда, где лепестки, свечи и большая кровать.
* * *
— Вот! — зачем-то указываю на кровать.
Олег немного тормозит. Я не знаю, все проституты такие скромные или только мне достался настолько нежный экземпляр, но он покраснел.
— Вот так сразу?
Я растерялась. Может ночных бабочек принято перед этим кормить? Ну там тарелку борща с хлебушком, компотик… Чтобы он потом сытый и довольный, осчастливил горячим сексом. Хотя вот Игорь как пожрет, так вообще ничего не хочет, развалится на диване и пузо блаженно чешет, тыкая одним пальцем в телефон.
— А что не так? — на всякий случай решаю уточнить. Ну мало ли, может правила какие есть, а я и не в курсе.
— Можем пообщаться для начала, поговорить.
«Цену набивает» — подумала я. Специально время тянет, чтобы не уложиться в отведенный срок и получить больше. Хитрец какой!
— Да на фиг нам эти разговоры, — отметаю его коварную попытку поживиться, — сразу к делу давай!
— Ну…хорошо, — хмурится, но футболку за низ хватает и стаскивает через голову, — без разговоров, значит без разговоров. Я не против.
С смотрю на его плоский, красиво прорисованный пресс и, по-моему, капаю на пол. Причем не только слюной. Это что…все мое? Вот прям все-все? Можно лапать сколько хочу и как хочу?
О, мамочка моя дорогая…А глазищи-то как полыхают! У меня аж колени плавится начинают, еще немного и стеку сладкой лужицей на пол.
Я тянусь к молнии на платье, и в этот момент раздается звонок в дверь. От испуга я подскакиваю словно перепуганный заяц и зажимаю себе рот, чтобы не заорать. Первая мысль — муж-скотина решил вернуться пораньше и обломать мне месть.
— Стой тут, — сдавленно пищу и на цыпочках бегу к двери.
Понятия не имею, как буду выкручиваться. Вроде еще ничего не натворила, а уже стыдно и знаю, что начну мяться и оправдываться перед муженьком, вернувшимся с блядок. Воспитание у меня такое дурацкое — всем должна и все терплю.
Подкрадываюсь к двери и заглядываю в глазок.
Перед моей квартирой стоит какой-то хрен в черном длинном пуховике и болтает по телефону. Я слышу обрывки его слов: через час освобожусь, встретимся в центре, с рекламой услуг разобраться надо.
Не-е-е-е. Это точно не ко мне. Я его не знаю, ни в каких услугах не нуждаюсь и открывать не собираюсь. И вообще у меня дело есть. Поэтому разворачиваюсь и на цыпочках бегу обратно в спальню.
А там Олег бродит по комнате, с интересом рассматривая наши совместные фото с Игорем.
— Муж?
— Бывший, — вру не задумываясь, — вот никак не выкину.
А сама незаметно кольцо с пальца стягиваю и бросаю куда-то в шкаф. Почему-то сейчас я его стыжусь.
— Скучаешь? — быстрый взгляд в мою сторону.
— Балдею! — отвечаю и решительно шагаю к нему, — мы будем трахаться?
— А чтоб не потрахаться-то, — ухмыляется он, и начинает расстегивать джинсы.
У меня от волнения зуб на зуб не попадает, но мысли о том, что надо все это прекратить не возникает. Наоборот, с каждым мигом я завожусь все больше и больше.
— Резинки есть?
— Ты с собой не принес что ли?
— Да как-то не ожидал.
— Я думала у…мужа на час всегда с собой все необходимое.
Смеется. Я невольно улыбаюсь в ответ, уж больно у него улыбка заразительная.
А потом неловкая тишина. Пауза. Улыбки пропадают и напряжение разгорается с дикой силой.
Как назло, звонит телефон, и на экране высвечивается Иннина физиономия. Я отключаю звук и откладываю мобильник в сторону. Прости подруга, но сейчас не до тебя. Завтра я непременно перезвоню и расскажу все подробности этого разврата, а сейчас мне хочется только одного. Мужика, который стоит в полной боевой готовности и пожирает меня взглядом.
* * *
Мы срываемся одновременно.
Просто кидаемся друг на друга так, словно все, что у нас осталось — это последний час жизни, а дальше пиздец и забвение.
Стукаемся зубами от нетерпения, а потом впиваемся друг в друга губами, пытаясь толи зацеловать до смерти, то ли высосать.
Подтекающими мозгами думаю, а прилично ли вообще целоваться с проститутами. Может, не положено? И вообще это дурной тон?
Аааа…насрать! Он пахнет мятной жвачкой, и мне это охренеть как нравится. Мне все полностью нравится. И сильное тело под моими ладонями, и свои собственные ощущения. Плавлюсь и тут же закипаю.
Колени пластилиновые, каждое сокращение сердца — сладкое, томное, тягучее. В голове шумит коктейль из хмеля и похоти.
Олег прикасается, а меня выгибает ему навстречу. Я будто превратилась в одну сплошную эрогенную зону. Шея, руки, живот — неважно. Все полыхает. Ощущение такое, будто я могу кончить не тем местом, которым обычно кончают, а всем своим пьяным и распаленным до предела организмом.
Я до сих пор не верю, что все это происходит со мной. Что Я! У себя дома! С мужчиной по вызову! Это так неправильно, так пошло, и так заводит!
И если честно, о том, что это вроде как месть мужу, я напрочь позабыла. Какая месть? Какой на фиг муж? Когда чужие горячие губы втягивают твой сосок, а пальцы скользят под резинку трусов? Гладят там, размазывая тягучую влагу, потом нагло ныряют внутрь…
Я охаю, выгибаясь навстречу и бесстыдно развожу ноги шире. Здесь некого стыдиться или стесняться. Он пришел затем, чтобы качественно трахнуть меня за деньги, вот и пусть трахает, а я выпущу всех своих демонов на волю и позволю им оторваться на полную программу. А завтра снова стану приличной дамой.
— Горячая такая, — двигает пальцами, распаляя еще сильнее.
Я что-то мычу. Как говорить забыла полностью, могу только издавать нечленораздельные звуки и рычать. Шарю по нему ладонями, трогаю грудь, плечи, руки — они жёстче и крепче, чем у моего Игоря. Или не моего…Да и пошел он….
Меня скручивает от нетерпения, и запустив руку Олегу в трусы, сжимаю ладонью его орудие труда.
Мама дорогая…Это…Это…Похоже, Игорь сравнения не выдержит.
Там такой «нефритовый жезл» — закачаешься. Твердый, горячий, и мне едва хватает пальцев чтобы его обхватить.
Олег тоже рычит и стаскивает боксеры вниз. Освободившись от оков, перед моими глазами покачивается охрененно красивый член. Все на месте: и головка с сочной каплей смазки, которую хочется слизать языком, и вены, и тяжелые, чуть ли не каменные яйца.
Да с него картину можно писать, и потом одинокими вечерами баловать себя шаловливыми пальчиками, рассматривая этот шедевр.
И эта «волшебная палочка» действует на меня просто фантастическим образом. Казалось бы, сильнее возбудится нельзя, но я возбуждаюсь. Между ног все сводит и хлюпает, и я уже могу думать только о том, как бы скорее заполучить его в себя.
— Резина где?
Кое-как изворачиваюсь, вытаскиваю из тумбочки, стоящей со стороны мужа, открытую пачку презервативов. Мне откровенно плевать, что Игорь потом нескольких штук не досчитается. Кто вообще этот Игорь? Я даже не помню, как он выглядит.
Зубами разрываю фольгу и торопливо напяливаю презерватив, раскатывая его по всей длине.
— Иди ко мне, — ждать больше нет сил.
И не только мне. Олег толкает меня спиной на подушки, потом подхватывает под ноги, подтягивая ближе к себе и, взяв член одной рукой. Направляет его в меня. Проводит по губкам, раздвигая, но не погружаясь внутрь.
Я хныкаю и дергаюсь навстречу, пытаясь поймать его. Хрипло смеется и отстраняется.
* * *
— Не терпится? — дразнит, лишь немного надавливая и входя на пару миллиметров.
— Да, — снова двигаюсь на встречу, но он стопорит, придавив меня к кровати.
— Какая нетерпеливая девочка.
Я его сейчас сожру! Нет сначала изнасилую по полной программе, а потом точно сожру. Потому что нельзя так издеваться! У меня вся кровь отхлынула от головы к сосредоточению женственности, а вместе с ней и здравый смысл.
А этот гад продолжает дразнится.
Водит головкой по клитору, то описывает круги, то надавливает и снова немного погружается внутрь меня.
— Хочешь?
— Хочу, — хнычу, царапая его руки, — очень хочу. Пожалуйста…
— Трахнуть?
В постели с мужем у нас такие слова не входу. Мы вроде как любовью занимается, а не трахаемся. И я не представляю, чтобы он мне так сказал. И уж тем более не представляю, чтобы я ему отвечала тем же:
— Да. Трахни. Быстрее, — неторопливо еложу под ним, сама трусь промежностью о горячий ствол, чуть ли не кончая от этого.
Олег снова ведет по мокрым губам, а потом резко толкается вперед, врываясь в мою плоть.
Ох, твою ж мать…
— Так? — двигается, то погружаясь до предела, то почти полностью выходя. Его движения отрывистые, жесткие, в них нет нежности и места для романтических иллюзий. Просто рабочий трах. Такой, как нужен. И такой, о котором, я раньше только в книжках читала.
— Да… — стону и тут же срываюсь в первый оргазм. Такой же острый и резкий как сам секс.
Он самодовольно хмыкает и продолжает вколачиваться в меня. Наши тела шлепают друг о друга с пошлым влажным звуком. Влагалище еще пульсирует и сжимается после первого оргазма, а на подходе уже второй.
Олег просто затрахивает меня. Дерет, как сидорову козу, с силой насаживая на себя, не позволяя проявлять инициативу. Доминирует здесь он, а не заказчица. Впрочем, заказчица не против.
Мозгов у меня нет, памяти тоже, есть только инстинкты, беснующиеся рядом с качественным самцом и ощущение наполненности. Он растягивает меня, заполняет полностью и при каждом толчке, его головка упирается мне в матку, вызывая сладкие судороги.
— Сейчас кончу, — сквозь стиснутые зубы, зажмурившись. Ускоряется, сжимая мои бедра. Наверное, останутся синяки…
Я уже не могу стонать, голос срывается, и из груди вырывается сплошной вой. Так хорошо мне не было никогда.
После нескольких особенно сильных толчков, он замирает и с тихим рычанием, кончает. А я смотрю на него в этот момент. Смотрю и кайфую, видя, как искажается лицо мужчины. Он бесстыдно смотрит в ответ, и большим пальцем руки растирает клитор:
— Давай еще раз, — едва заметно двигается внутри, снова доводя меня до грани.
По-моему, я даже кричала его имя, прежде чем выпасть с пятиминутную кому. Когда пришла в себя, он лежал рядом и пытался отдышаться.
— Ну ты и оторва, — то ли с восхищением, то ли с опаской.
— Да, я такая, — произношу хвастливо, а сама в шоке. Я даже не знала, что могу ТАК! Без тормозов, ненужного смущения и норм приличия. Просто совокупляться в свое удовольствие, безо всяких моральных заморочек.
— Давно я так бодро не трахался.
— Видишь, как тебе повезло, — глупо хихикаю и ложусь на бок, чтобы лучше его рассмотреть. Наблюдаю, как поднимается и опадает красивая грудная клетка. Веду по ней пальцем, потом пишу его имя на животе, спускаюсь к опавшему, подрагивающему члену и невольно облизываюсь.
Инна была права. Комплектация одинаковая, а запчасти разные…
Мне интересно его рассматривать. Второй член за всю мою, как выяснилось, не очень-то и качественную половую жизнь.
Провожу по нему ладошкой, снова пробую в обхвате, потом шагаю пальцами, измеряя длину. М-да, у Игоря член заканчивается на пяток шагов раньше.
А этот ого-го-го. И под моими руками снова начал оживать. Дернулся, расправляясь. Потом еще раз. Потом поднялся от живота, толкая мою руку.
Олег смотрит на часы:
— Так время еще есть. Погнали на второй круг?
— Погнали.