Глава 10

Соня.

Утро часто приносит разочарование. Солнечный свет не даёт проблемам шанса спрятаться в тёмных углах, изобличает всех наших демонов, что безнаказанно буйствуют в черноте ночи.

Сегодняшнее утро для меня особенно тяжёлое. Оно словно делит мою жизнь на две неравные части, отсекая замечательное «до», полное надежд и светлых чувств, и оставляя мне совершенно пустое «после».

Как только я размыкаю глаза, я поворачиваюсь к соседней пустой подушке. Хочу позвать Лёшку и открываю уже рот, но горло сжимает спазмом, и звук моего голоса застывает в нём напряжённым комом.

Больше нет Лёшки. Теперь только я, холодные простыни и одинокие завтраки. Это так странно после пяти лет брака…

Первую половину дня я слоняюсь по дому, не зная, куда себя приложить и чем занять руки. Занять мысли я даже не надеюсь – так или иначе, они возвращаются к Лёшке и той мерзкой картине в его номере.

Увиденного не развидеть, к сожалению.

Лёша – хороший человек. Возможно, мне хотелось бы подвести черту иначе, запомнить его для себя другим. Но картина из номера стоит перед глазами слишком ярко.

Делаю себе бутерброд и варю слабый кофе.

Врач сказала, кофеином важно не злоупотреблять, но и полностью отказываться нет нужды. Во время беременности важно чувствовать потребности своего тела, потому что через него со мной будет разговаривать малыш.

У меня сейчас только одна потребность – пореветь, свернувшись в постели калачиком. Но нельзя, потому что малыш обязательно почувствует, что мне плохо, а я и без того вчера весь день изводила нас этими эмоциями. Пора начинать думать не только о себе.

Жалею, что взяла незапланированный отпуск на целую неделю. Рассчитывала ведь, что поеду на финал. Но никуда я не поеду. Лучше бы сидела в офисе и делала свои проекты потихоньку – сейчас хоть было бы на что отвлечься.

Надо заняться чем-то полезным.

Например, разводом… Поискать, какие документы нужны, как процесс происходит.

При мысли об этом меня подташнивает.

Прикладываю руку к груди. В ладонь отчаянно лупит сердце – ему больно. И мне плевать, что кто-то говорит, мол, сердце – это просто мышца. Видимо, этих людей никогда не предавали самые близкие.

Отодвигаю в сторону надкушенный бутерброд, вместо кофе залпом опрокидываю в себя стакан холодной воды. Аппетит совершенно пропал.

Мою посуду.

А потом плиту, микроволновку и вытяжку.

Оттираю ватной палочкой стыки между стеной и столешницей.

Уборка затягивает меня с головой, да так сильно, что через пару часов я уже сдвигаю мебель в гостевой на середину комнаты, а ещё через двадцать минут снимаю там обои.

Зачем мне гостевая? У меня и гостей-то не бывает. А вот детская совсем скоро будет очень актуальна.

Обои с приятным треском отходят от стены целыми листами. Там, где не отходят, я брызгаю из пульверизатора водой и подцепляю ножом. В воздухе приятно пахнет… Ремонтом! Новизной!

Да, Сонь, отличная идея – затеять ремонт на второй день после расставания. Прикрой симпатичной ширмой жизнь, разваливающуюся на части! Наклей на сердце, в котором дыра размером с Бразилию, милый пластырь. Создавать иллюзии ты мастер!

Заглушаю ехидный голос в голове громкой музыкой.

Пофиг! Сейчас мне хорошо, и это самое главное!

Ничего, если после всё снова сломается. Надо жить настоящим, словно всё, что у меня есть, – это лишь этот миг.

Я вожусь с комнатой до самого вечера. Прикидываю, как будет выглядеть будущая детская, где именно будет стоять кроватка, какие игрушки и вещи нужно будет купить на первое время.

Может, одну стену сделать другого цвета? Можно покрасить детскую в светло-бежевый, а вон ту стену у окна обклеить обоями со зверями или ещё чем…

Лезу в телефон и смотрю варианты интерьеров. Вдохновляюсь. Сохраняю себе понравившиеся, чтобы потом воссоздать в рабочей программе пару интерьеров на выбор.

Покажу вечером Лёшке, вместе выберем, – думаю я с мечтательной улыбкой.

Застываю.

Улыбка гаснет.

В носу щиплет от подступивших в мгновение слёз.

Господи, почему всё так? Это несправедливо, что я осталась одна именно сейчас, когда особенно остро нуждаюсь в поддержке и сильном плече.

Я справлюсь. Со всем справлюсь. Других вариантов нет.

В дверь звонят. Я вздрагиваю. Глупая наивная надежда вспыхивает в груди и тут же гаснет.

Бегу открывать.

– Ну как ты, Сонечка? – Обнимает меня дядь Саша. Передаёт мне пакет с гостинцами. – Лица на тебе нет.

– Какое там лицо? Вы же всё сами видели… Да вы разувайтесь, чаю попьём.

– Да я на пару минут, дел выше крыши.

– Разувайтесь! – Настаиваю я. Наверное, мне просто очень-очень нужно с кем-то близким сейчас поговорить.

Дядь Саша сдаётся под моим умоляющим взглядом.

Проходим в кухню.

Я прикрываю дверь в раскуроченную комнату, но дядь Саша успевает заметить обрывки обоев.

– Ты что, Сонечка, ремонт затеяла?

– Да, решила обновить комнату.

– Хорошее дело. Ты только не надрывайся сама с мебелью. Давай я кого-нибудь из парней пришлю?

– Было бы здорово. Только…

– Не Лёшку. – Улыбается дядь Саша.

Разливаю по стаканам чай.

Меня так и подмывает спросить, всё ли у Лёши хорошо. Как проходят его тренировки. Где он живёт сейчас вообще…

Сначала мне удаётся гасить в себе порывы любопытства, но потом вопрос сам срывается с моих губ.

– Дядь Саш, как он там?

– Как-как? Плохо! Сегодня по мячу ни разу не попал.

– Как всё не вовремя, у вас финал на носу.

Я должна бы испытывать облегчение или даже злорадство от того, что у Лёши тоже не всё гладко. Но мне отчего-то печально и больно за него тоже. Он долго шёл к этому финалу и просто обязан вывести свою команду на Европу.

– Ой, Соня, не знаю я… Переживаю за него. Вам бы поговорить.

– О чём говорить? Что тут обсуждать?

– Сонь, он молодой ещё, пылкий, глупый. Да, напился. Да, накосячил капитально. Но ведь за ним раньше такого не водилось, а?

– Не замечала. – Рассеянно перемешиваю чай, в который даже не бросила сахар. – А может, я тоже просто глупая. И наивная.

– Нет, нет и ещё раз нет. Ну нельзя из-за одной оплошности семью рушить, тем более такую крепкую, как ваша. Сонь, ты мне обещай, что как остынешь немного, всё же позволишь ему объясниться.

– Это Лёша вас сюда прислал, да? – Догадываюсь я и вскипаю.

Сам струсил явиться? Знал ведь, что дядь Сашу не выставлю за дверь.

– Нет, Сонь, Лёшка не знает, что я здесь. Я за вас переживаю. Просто вы мне как родные, и я очень не хочу, чтобы всё у вас вот так печально кончилось.

Я тоже не хочу.

Но оно кончилось, и я должна как-то жить с этим дальше.