Глава 9

Лёша.

Шаг. Наскок. Прыжок.

Нелепо поднимаюсь в воздух, чувствуя себя тяжеленным кулём.

Мяч застывает в моих руках, будто прилип к ладоням.

– Высоцкий, что за балет? – Разносится эхом по залу требовательный голос Саныча. – Ещё раз!

Киваю.

Шаг. Наскок. Прыжок.

Свисток.

– Высоцкий! Ещё одно такое нападение, и отправлю тебя пятиклассниц тренировать! Моя бабушка лучше нападает!

Сжимаю челюсти до скрипа.

Надо просто признать, что сегодня не мой день. Вчера тоже. И все последующие дни будут «не мои», если я не попробую что-нибудь исправить в своей жизни.

Снова нападаю. Косячу.

– Лёша, на минутку. – Подзывает жестом Саныч к себе.

Убираю мяч.

Промакиваю мокрое лицо и грудь полотенцем. Саныч подаёт бутылку с изотоником.

– Совсем тебе херово?

– Я в порядке, правда. – Полощу рот. – Сейчас соберусь.

– Соберись, Лёх. Очень надо. – Саныч свистит, жестом указывает пацанам на подаче «заступ». – Слушай, ты не там и не тут. И везде у тебя по одному месту идёт. Поговорку про два стула знаешь?

– Я обязан быть на финале. – Качаю головой, вспоминая наш с Санычем вчерашний разговор.

Обязан, потому что мне тридцать пять стукнуло. По факту я для профессионального спорта уже неинтересен и неперспективен, меня на пенсию списывать пора. И ещё одного шанса попасть на Европу у меня просто не будет.

Этот год последний, я так для себя решил.

– Хорошо, Лёх, я же только рад, что ты настроен участвовать. Но тогда выбрось на эту неделю Соню из головы. Ты не сможешь быть везде одновременно. Сделать выбор всё равно придётся.

Выбросить из головы Соню?

Пытаюсь вспомнить, а было ли такое вообще у меня когда-то, чтобы мысли не о ней.

Нет, она всегда там. Всегда говорит в моей голове своим нежным голосом что-то поддерживающее и ободряющее. Я и побеждаю только потому, что Соня со мной всегда.

Без Сони мне кажется всё совсем бессмысленным.

– Слушай, перестань себя изводить. Я ведь вижу, Высоцкий, как тебя корёжит. Пацаны видят. Им сейчас настоящий лидер нужен, так что, если не чувствуешь в себе сил, лучше отложи эту затею или прекрати думать о Соне.

– Не могу. Думаю постоянно, как она там. Я ж даже не могу просто позвонить и узнать, как у неё дела.

– Я Соньку одну не оставлю. Хочешь, заеду к ней вечерком?

– Было бы неплохо. Если вам не сложно.

– С чего бы вдруг? Она ж мне как родная, ты это знаешь!

– Знаю. Саныч, вы только это…

– Ты не в курсе! – Вскидывает Саныч руки, предугадывая мою просьбу. – Это моя инициатива.

– Спасибо.

– Давай, сынок. Разбивайтесь на тройки и на блок.

Передаю парням команду Саныча.

Треня сегодня напряжённая, мы пашем до самого вечера, разрабатывая эффективную стратегию против «Соколов».

Остаток тренировки проходит более сносно, хотя я всё равно лажаю, словно новичок. Пацаны к моим косякам относятся с пониманием – все они были свидетелями того, как моя семья распалась на две половины.

И только Малина не перестаёт бросать в мою сторону тяжёлые, мрачные взгляды с примесью явной неприязни и злорадства.

Он мне кажется подозрительным. Я и до этого не питал к нему особой любви, но сейчас хочется в его лице сосредоточить всё зло мира.

У него был мотив, чтобы меня подставить. И мотив, и возможность…

А что? Одним выстрелом двух зайцев: и семью мою разрушил, и карьеру, ещё и место капитана займёт.

Хер!

Только вот у меня нет доказательств.

Наверное, мне просто хочется, чтобы в моём косяке был виноват кто-то другой. Кто угодно, лишь бы не я. Хочется искать крайних.

Сломать бы ему рожу, этому Малинину. Но нельзя… Жаль.

После трени Саныч подмигивает мне заговорщически и уезжает.

Меня же у самого выхода ловит Юля Ленская – дочка директора спорткомплекса. Она всего на пару лет меня старше, но уже у отца на подхвате и вечно вся в делах.

– Высоцкий, подожди! – Машет она рукой, перевесившись через перила второго этажа.

Жду, пока спустится.

– С тренировки? – Она подходит, жмёт мне по-мужски руку.

– Ага.

– К финалу готовитесь?

– Да.

– Мы будем болеть за вас всей семьёй.

– Спасибо, Юль. – Разворачиваюсь.

– Высоцкий, погоди. У меня разговор к тебе есть важный.

– Так. – Заинтересованно тяну я. – Выкладывай.

– Папа ищет тренера для молодёжки.

– При чём тут я?

– Я знаю, что это твой последний сезон. Чем планируешь заниматься дальше?

Понимаю, куда Юля клонит.

– Погоди. Хочешь мою кандидатуру на место тренера предложить?

– Ну, лучше бы тебе самому. Поговори с папой, хорошо? Он против всякого кумовства, и если я за тебя посуечусь, то он только раздражаться начнёт. Но я слышала, как он недавно с Сомовым из волейбольной ассоциации насчёт тренера для юниоров разговаривал. Мелькала и твоя фамилия, но папа к Куликову склоняется. А я за тебя. У тебя и опыта достаточно, и по возрасту ты к ним ближе.

– Юлька, спасибо! Где батю твоего найти?

– Через час папа встречается с Куликовым в центре, в своём любимом баре. Попробуй его опередить, окей?

– Окей. Буду там через пятьдесят минут.

– Ладно, Лёш, удачи. Соне привет!

Юля уходит.

Выхожу на парковку и прыгаю в тачку Романа.

– Домой?

– Погоди, Коротыш, давай сначала в центр. У меня там дело одно нарисовались.

Пересказываю Роману разговор с Юлей. Мы движемся в сторону центра и приезжаем уже через пятнадцать минут.

Сидим в машине, ждём, пока Демид Юрьевич Ленский появится на горизонте.

Вскоре его лысая макушка мелькает на входе в бар. Я срываюсь с места и захожу следом.

Это отличный шанс не остаться потом без работы. Не хочется после завершения спортивной карьеры идти работать физруком в школу, а вот взяться за молодняк – это очень даже почётно.

Выискиваю взглядом Ленского, иду к его столику, но только я собираюсь открыть рот, как звонит телефон.

Номер у меня не определяется.

– Да!

Тишина. Тяжёлое дыхание.

И почему-то мне кажется, что это Соня.

– Алло, кто это?

– Лёш, это… Это я.

Угадал. Соня. И голос у неё такой напуганный.

– Ты в порядке?

– Да, со мной всё нормально.

– Тогда что случилось? Чей это номер?

– Я у баб Люды, соседки. Лёш, ты можешь сейчас приехать?

– Прямо сейчас? – Смотрю на Демида Юрьевича, который вот прямо в двух шагах от меня. И мне очень-очень нужно с ним обстоятельно поговорить, но диалог этот явно не на пару минут.

– Прямо сию секунду сорваться, если это возможно. – Выдыхает Соня.

Я тоже выдыхаю.

Ну, конечно, я могу приехать.

– Дай мне десять минут.

Кладу трубку, разворачиваюсь и выхожу.

Чёрт с ним, физрук так физрук!