ГЛАВА 13

До сих пор мне не верилось, что я согласилась! Если честно, то все мои переживания о собственной судьбе вдруг как-то резко утихли, стоило подумать об этой несчастной девочке, у которой не было семьи и родных. Может, поэтому я решила помочь, а, может, это был просто такой защитный механизм от собственных проблем, начать помогать кому-то другому. Когда мы приехали по указанному адресу, малышку нам вынесла уже знакомая мне женщина, Анфиса Георгиевна. Она мягко улыбнулась мне, тепло поприветствовала Артема. – Ну, что, Анюта? Поедешь в гости к Артему Александровичу? – спросила она у девочки, сидящей на руках у Ермолина. Та отнеслась к вопросу равнодушно, а я снова вспомнила о том, что у нее есть большие проблемы с психикой, которые нужно как можно скорее решать. – Алиса обещала, что тоже останется с вами, – добавила воспитательница, кивнув в мою сторону. – Помнишь ее? Вы играли вместе в лошадку! – Иго! – обрадовано вспомнила девчушка, а я заулыбалась. – Да, да! Правильно! Иго! Хочешь, мы заедем, купим тебе лошадку тоже? Заметила, какой огонек загорелся в глазах у ребенка, и поняла, что обязательно уломаю Ермолина заехать в какой-нибудь детский магазин. Главное, чтобы он еще был открыт… – Иго! Хочу иго! – подтвердила девочка. – Прекрасно! – сказала с улыбкой Анфиса Георгиевна. – Думаю, Артем Александрович и Алиса справятся с этой задачей. Ну, тогда до встречи! Она помахала ей рукой, а девочка в ответ сделала неопределенный кивок головой. Артем сел за руль, предварительно пристегнув Аню в детском кресле на заднем сиденье. Я устроилась рядом с девочкой. – Иго! – снова пролепетала она, стоило машине тронуться. – Где Иго? – Мы же заедем куда-нибудь? Я куплю девочке игрушку… – сказала я Артему. Тот кивнул. – Тоже подумал об этом. Здесь есть недалеко, как раз минут двадцать осталось до закрытия. К моменту, когда Ермолин припарковался у магазина, девочка уже задремала. Мужчина сказал, что присмотрит за ней, а я помчалась в магазин. Почти сразу же мне попалась девочка-продавщица, которая уже собиралась закрывать кассу. – Мы почти закрылись, – сказала она, нахмурившись. – Почти! – уцепилась я за слово. – До закрытия еще десять минут. Простите, но мне правда очень надо! Лучше помогите, лошадки у вас есть? Девушка вздохнула, но, видимо, смирилась с тем, что быстрее от меня отделаться будет, показав искомое, а потому отвела в отдел, где на витрине были выставлены лошадки самых разных мастей. Недолго думая взяла самую красивую, серебристую в яблоках, с длинной дымчато-розовой гривой, серебристыми блестящими копытами и звездочками-стразами на бедрах. Оплатила ее, поняв, что игрушки сейчас – это далеко не дешевое удовольствие. Уже в машине продемонстрировала тихонько Артему покупку. – Ну как? – спросила я. – Супер! – шепотом прокомментировал он, чтобы не разбудить девочку, и осторожно трогаясь с места. Я не знала, где жил Ермолин. И даже не могла предположить. С одной стороны, судя по его деньгам, он мог позволить себе шикарный коттедж, где-нибудь в уединенном и тихом местечке на берегу реки или озера. С другой, он не был подвержен почитанию роскоши от слова совсем. Так что я бы не удивилась, если бы он привез нас в какую-нибудь небольшую квартирку на окраине города. Однако, Артем умел удивлять! Это была квартира. Большая, просторная, светлая. Дорогая однозначно, здесь было четыре комнаты на втором уровне – его рабочий кабинет и спальня. – Проходите, гости дорогие! – с улыбкой сказал он, широко махнув рукой. У Анечки, что была у меня на руках, еще сонная после машины, это не вызвало почти никаких эмоций. Она вцепилась в уже подаренную ей лошадку, и теперь не замечала больше ничего вокруг. А я вот ответила Артему улыбкой. – У тебя красиво здесь. – Рад, рад… Так, сейчас покажу твою комнату… – Я буду вместе с Аней. Единственное, наверное, у тебя нет детской кроватки, как быть? – произнесла я. Мужчина мягко усмехнулся. – Вообще-то есть. При планировке дома предполагалась детская, – сказал Ермолин. – Я не был против… Когда-нибудь семья будет и у меня, так что… – Ты всегда все любил планировать наперед, – хмыкнула я. – Рад слышать, что это врожденная черта, а не благоприобретенная, – отозвался он. Артем провел нас с Анютой в детскую. Здесь было настолько красиво, светло и уютно, что не только я раскрыла рот от удивления, но и прежде, не проявлявшая почти никаких эмоций, девочка. Обои – свето-синие с серебристыми, розовыми, яркими звездочками. На потолке – фосфоресцирующий парад планет, чудесные ракеты, от которых так же в темноте светился огненный хвост, кометы… Мебель вся нежных, приятных и ярких цветов. Но самое главное – здесь была и детская кроватка, и горшок, и столик, и даже огромная коробка с игрушками. А еще по центру была большая железная дорога. Ничего себе так Ермолин подготовился! Невольно подумала о том, что за все то время, что мы жили вместе с Глебом, мы ни разу не задумались с ним о детях. Может, проблема была и в этом тоже? Качнула головой. Да нет. Дети для скрепления брака – это как-то через чур. Это же не клей для разваливающихся отношений, а живой человечек. Новая маленькая и прекрасная жизнь. – Надо ложиться спать, малышка, – сказала я, погладив девочку по волосам. – А завтра наступит новый день, и ты сможешь как следует все рассмотреть и поиграть в новые игрушки. – Не хочу! – надула губки девочка. – Не хочу новые! Хочу Иго! И прижала к себе лошадку… Я посмотрела на Артема. – Пусть спит с лошадкой. Ты иди, а я помогу ей переодеться. Мужчина кивнул, сказав, что поставит чайник. А я, закопавшись в переданных нам вещах Анюты, нашла подходящую пижамку. С лошадками. Невольно засмотрелась на малышку, пока та играла с новой игрушкой. Все-таки как же она похожа на… На Глеба! Точно! Она очень похожа на Глеба! Вот уж удивительно! Разве может быть природа настолько изобретательна? Невольно улыбнулась. Да уж! Одни загадки вокруг! Глеб Как же пусто дома. Никогда прежде не думал о том, насколько мне важно чье-то присутствие. Не чужого человека, а кого-то близкого, привычного, родного. Да что там! Я хотел только одного, чтобы вернулась Алиса! Хотел смотреть на ее белозубую улыбку, на ямочки на ее щеках, в волосы ее шелковые зарываться пальцами. Целовать… Невольно вспомнил наш с ней поцелуй, когда она пришла за картинами. Ей ведь понравилось тогда… Не сразу же она меня оттолкнула. Разнежилась в моих руках, на миг подчинилась. Чтобы потом снова отскочить от меня разгневанной кошкой. Хорошо хоть глаза не выцарапала, и на том спасибо! И все же сердце ныло так, как будто я был семнадцатилетним мальчишкой. Одна надежда на эти дурацкие курсы. Присоветовала их та самая врач, которая помогла мне тогда справиться с приступом панической атаки. Нашел ее номер, оказалось, что она, как раз, сейчас работает психотерапевтом и консультирует частным образом семьи. Предложила прийти к ней вместе с Алисой. Сказала, что попробует помочь. Усмехнулся. Докатился! Сам не могу добиться расположения женщины, для этого мне требуется чья-то помощь! Хлебнул из высокого бокала. Посмотрел в окно. Даже работать нормально не могу, все мысли об этой клятой ситуации! Кто-то из друзей, бывших в курсе моей проблемы с Алисой, поделился контактами какой-то ведьмы. Вроде как сделает приворот. Если честно, вначале думал, что вся эта магия – шарлатанство и верят в нее только полные лохи, которых удобно разводить, но сейчас нет-нет, да поглядывал на заветную визитку. Наверное, я совсем и окончательно спятил. Разозлился на себя, выкинув визитку в урну. Нет, так не пойдет. Не надо впадать в уныние. Нужно действовать. Осторожно, хитро, но в то же время напористо и властно. Никуда Алиса не денется. Будет снова моей! Залез в смартфон, но, словно издевку, заметил на почте письмо. Повестка на заседание суда… О моем с ней разводе! Адвокат обещал сделать все, чтобы нам дали три месяца на примирение, но, если честно, я уже начинал думать, что этого будет мало. Вместе с этим, пришло сообщение в мессенджере от Майи. “Малыш… Ну, давай все будет как прежде, а?” Усмехнулся. Как прежде! Нет уж! Ни за что! “Прости, но нет”, – ответил я. Получил грустное эмодзи и следующую фразу, заставившую меня поморщиться: “Даже ради собственной дочери? Представь, как ей одиноко без тебя и меня… Мы бы могли стать прекрасными родителями! Но ты, вместо того, чтобы пытаться все наладить, найти ее, воссоздать нашу чудесную семью, пытаешься все еще больше разрушить! Думаешь, найдешь ее без меня быстрее?” От ее бреда меня едва не стошнило. Воссоздать семью?! О чем она вообще? О розовых замках в своей тупой голове?! И моя дочь! До сих пор не было никакой информации, где она. “Раньше за инфу о дочке ты просила деньги”, – напомнил я корыстолюбивой твари-кукушке. “Раньше я была обижена и ревновала ужасно, Глеб! Ну, правда, ну пойми меня! Я ведь тоже женщина! Обо мне ты никогда не думал… А я ведь все для тебя! Все сделаю! Помнишь, как нам было хорошо вместе?” Хотел написать что-нибудь заковыристое, чтобы ее послать раз и навсегда, но мой палец дрогнул. Неизвестно сколько еще я буду ждать информацию о дочери. А Майя действительно что-то знает конкретное. Иначе бы не стала так уперто меня этим шантажировать. Не проще ли схитрить немного? “Помню…” – написал, немного помедлив, в ответ. “И что, не скучаешь?” “Скучаю” – выдавил из себя, хотя едва боролся с рвотным рефлексом. “Встретимся? Приезжай ко мне! Прямо сейчас! Я напомню тебе, что мы созданы друг для друга…” Вздохнул. Лучше Майя напомни самой себе, где моя дочь. Потому что, если я не получу ответов сегодня, могу и разозлиться. “Давай… Приеду”, – написал сухо, но знал, что на лице у бывшей любовницы уже расползается торжествующая улыбка. Она добилась того, чего хотела. А мне вот только предстояло еще выйти из этой битвы победителем.