7

Где-то на другом конце города

Разговор двух мужчин в вип-зоне элитного бара

— Ты чего довольный такой?

— Встретил музу.

— Кого?

— Женушку Демида.

— Пф! Тоже мне муза. На кой она тебе?

— Нет, ты пойми. Вся зареванная, с чемоданом. Кажись, Караевы крупно поссорились, что она в гостиницу от него сбежала. Еще и с вещами.

— О, пахнет дележом.

— И мы в нем поучаствуем.

— Ну ты же понимаешь, все бабы дуры. Истерички. Сегодня она уходит, завтра приходит. У них черт знает, что на уме.

— И это прекрасно. Этим мы и воспользуемся. Пока Демид с женушкой будет разбираться, мы у него бизнес отожмем.

***

Квартира у Оксаны светлая, просторная с дизайнерским ремонтом. Паркет из темного ореха резко контрастирует с белыми фасадами. На светлых стенах висят современные картины, всюду цветы и красивые декоративные статуэтки, которые можно рассматривать часами.

Ксю всегда нравились статуэтки. Она привозила их из каждой поездки. Я и сама подарил парочку, когда мы с Демидом ездили в Индию и Тайланд. Сердце замирает. От воспоминаний о тех днях мне становится тошно.

Раньше они приносили тепло на душе, но теперь все кажется ненастоящим. Лживым, надуманным. Все испачкано грязью, которую Демид принес в нашу спальню.

Я выдыхаю и стараюсь отвлечь себя рассматриванием квартиры, где проведу следующую неделю в заботах о Тире.

Тирой зовут девочку-корги. Ей год, она милое и нежное создание с шелковистой бело-рыжей шерстью. Встречает нас гавканьем, но быстро умолкает. Она легко привыкает ко мне, и когда сажусь на кухне-студии на длинный угловой диван, сидит у меня на руках.

Я испытываю небывалый прилив нежности к Тире. Меня так переполняет, что хочется затискать ее в объятиях.

— Кофе будешь? — предлагает Ксю.

— Да. Американо, без сахара.

— Хорошо.

Подруга вертится у столешницы, а я думаю, как построить планы.

— Когда ты улетаешь в Питер? — спрашиваю.

— В понедельник.

— За вещами пойдем тогда завтра. Хорошо?

— Да, — Ксю оборачивается. — Слушай, а у тебя много вещей? Как спакуем?

Я задумываюсь, но решение приходит моментально. Вещей у меня не так много. Подарки оставлю ему. Украшения, шубу, дизайнерские платья. Пусть делает с этим что хочет. Я возьму то, что купила на свои деньги и то, что мне дорого.

— Да не очень много. Освобожу свой чемодан и…

— О, у меня есть пара коробок, — Ксю указывает на кладовку.

— Этого хватит, — отмахиваюсь, продолжаю гладить Тиру. Она приносит мне успокоение.

Ужин проходит так, как будто мы с Оксаной вновь стали школьницами. В те годы, мы собирались у нее квартире, смотрели мультики, играли в настолки, иногда брали косметику у мамы Ксю и красили друг друга.

Вот и сейчас почти так же. Только нам под сорок, смотрим турецкий сериал вместо мультика, пьем чай и лежим на диване с тканевыми масками на лицах.

Мой телефон выключен. Не хочу, чтобы что-то врывался в этот чудесный вечер и портил его.

Ночь проходит ужасно. Я долго не могу заснуть на новом месте. Прислушиваюсь к каждому шороху и вглядываюсь в темные силуэты.

В голову опять лезет Демид, но я гоню его. На смену приходит мать, врач из женской консультации и все проблемы наваливаются разом. Становится так тяжело, будто меня прикопали на пару метров под землей. Дышать трудно.

От нечего делать встаю, брожу по квартиру полутьме и наталкиваюсь на стеллаж с книгами. Беру попавшуюся и начинаю читать. Она посвящена тому, как наладить жизнь после развода. Удачный выбор.

Тем не менее, книга помогает мне взглянуть по-новому на ситуацию и увидеть перспективы.

Надо подать заявление на развод.

Думаю я и смотрю на ноутбук Ксю. Я могу это сделать прямо сейчас, но откладываю. В уведомлении с госуслуг Демиду придет письмо с почты, где будет указана дата и время. Не хочу, чтобы он знал, что я не спала ночью и писала заявление о разводе. Еще представит, что я тут рыдаю сутками напролет. Как бы не так.

Заявление о разводе я подаю утром за завтраком. Вижу сообщение о регистрации и испытываю приятное удовлетворение. Это кажется мне по-настоящему серьезным шагом. Теперь мое желание уйти не просто слова. Мое желание обретает настоящие последствия.

Брачного договора у нас нет. Демид так любил меня, что отказался от этой идеи. По-моему, он даже уволил юриста предлагавшего ее.

Но мне от Демида ничего не нужно. Детей у нас нет, никакого имущества я требовать не хочу, хоть и имею право на половину, как супруга. Пусть подавиться.

За вещами мы выезжаем в полдень. Быть может другая наплевала бы на них, но среди моих вещей есть то, что мне хотелось бы сохранить. Чайная пара, подаренная мне бабушкой на восемнадцатилетние. Вязаная шаль, которую дедушка привез из командировки. И остальная мелочь, что содержит в себе приятные воспоминания о тех людях, которых со мной больше нет.

Квартира встречает тишиной. Никого, и я облегченно вздыхаю. Не будет лишней нервотрепки.

Мы с Ксю действуем быстро. С несвойственным мне хладнокровием я открываю шкафы и выкладываю нужные вещи. Подруга собирает в чемоданы. У нас их два и большая коробка.

На сборы уходит час. Я стою возле приоткрытой входной двери, надеваю туфли и слышу доносящиеся с лестницы женские голоса.

— Сейчас, девочки, вы увидите самую шикарную квартиру, — голос Юленьки я узнаю сразу. — Теперь я здесь живу.

Ксю смотрит на меня с волнением.

— Просто уходим, — выдыхаю я, чувствуя подступающую головную боль.

Вчера Демид хотел, чтобы я с ним поехала домой, а сегодня заселил любовницу? У меня вырывается смешок.