ОН / 4

Я до последнего не верил, что она приедет. Кошка моя очень робкая и пугливая. По правде говоря, я и провокаций подобных от нее не ждал, не то, что она согласится приехать. Думал смогу себя сдержать, но мой зверь чуть не напал на нее, как только она появилась на пороге кабинета. Невысокая, хрупкая, нежная. Айя распахнула пальто, показывая, как алая ткань обнимает ее тонкую талию, подчеркивая самое вкусное, наталкивая на порочные мысли. Каждый раз, когда вижу ее, хочется забрать себе, спрятать от всего мира. Я честно хотел просто помочь снять пальто, но даже дурацкая беседа ее не спасла. Как можно было удержать руки, если под пальцами струилась шелковая кожа? Как можно было не коснуться губами острых ключиц? Как можно было не сойти с ума от ее аромата? Она почему-то невыносимо пахла солнцем, пряностями и сладкой вишней. Я попробовал ее губы на вкус и с каждой минутой понимал, что не отпущу. Никуда. Никогда. Ни за что. Чувства, непривычные для меня, выворачивали душу. Незнакомые. Бешеные. Вспарывающие нутро. Сразу захотел ее себе и не ошибся. Других вариантов не предусмотрено. Потому что моя. Плевать на мужа и любые обстоятельства. Я все решу. Важно только ее согласие. Пришлось тормозить на полном ходу, когда она наглыми пальчиками устремилась расстегивать пуговицы на рубашке. Брюки стали болезненно тесными от ее ласки. В груди стало тепло и чуточку больно, когда она вместо изучения пресса уложила свою крохотную ладошку поближе к моему сердцу. Будто успокаивая его сбившийся ритм. В ответ легонечко укусил за нижнюю губу и Айя тихонечко застонала, словно сама пугаясь своих реакций. Нужно было срочно заканчивать с делами и менять наше местоположение, на что-то где не вломятся в любой момент даже в закрытую дверь. – Тиш-ш-ше. Тише, милая. У меня работы еще на час. Я никак не могу это отменить, – шепчу на ухо и на ее коже все волоски становятся дыбом. Моя чувствительная девочка. – Но еще немного и я не смогу остановиться. Слишком сложно оторваться. Мы вроде бы объявили перемирие, но стоило ей, принеся чай, коснуться меня, тут же опрокинул ее себе на колени и целовал лишая кислорода нас обоих. Идеальные ножки манили. Держать руки при себе не вышло. Я медленно оглаживал тонкую щиколотку, изящную голень, бедро и попался в капкан. Она оказалась коварнее, чем я полагал. Мелкая сеточка неожиданно закончилась кружевом. Контраст вышивки на ткани и теплой кожи оказался ошеломительным. Я, кажется, зарычал ей прямо в губы. В этот раз сбежала Айя. Устроилась на диване, подальше от загребущих лап зверя и уже на расстоянии начала дразнить, закинув ногу на ногу, оголяя округлое бедро в разрезе юбки. Работы еще море, но меня волнует хрупкая девчонка в красном платье. Сидел и капал слюной вместо того, чтобы работать. Я еще никогда не хотел так женщину. Пока я выискивал и исправлял ошибки, Айя уснула на диване. Сладкая, теплая, растрепанная. Пока не пришла в себя ото сна, утащил в ее в свое логово. В лифте она так сонно жалась ко мне, что я уже планировал, как уложу ее спать, а сам пойду остывать в душ, но Айя меня снова удивила. Наше безумие началось с порога. Куда-то подевалась одежда, как-то оказались в спальне. И тут пришло время нежности. Трепет ее ресниц, пересохшие от прерывистого дыхания губы, гладкая кожа, покрывающаяся мурашками от каждого прикосновения. Моя нежная отзывчивая девочка. Моя. Моя. Моя! Стягивая чулки с ее ножек, заметил, как она млеет и дрожит, решил немного поиграть и потянуть время. Она тихонечко постанывала и жалобно хныкала от моих пальцев, а от поцелуев, кошка выпустила когти. Она оказалась еще слаще, чем я себе представлял. Опрокинул ее на постель и поделился своим открытием. Она охнула и тут же притихла, а я пожалел, что не включил свет. Хотелось любоваться, как она краснеет, как расширяются зрачки, как она облизывает и кусает губы, когда она почти взрывается наслаждением. Айя в моих руках. Разгоряченная, растаявшая, расслабленная, волнующая, мягкая, манящая. Настоящая. Крохотный треугольник кружев болтался где-то на щиколотке, а я оставлял лиловые засосы на бедре, на белой коже ее животика, на тонкой шейке. Хотелось скорее сделать ее своей. Я забылся в ней до утра. Засыпая только прижал покрепче, чтобы точно не сбежала. Проснулся оттого, что Айя выскользнула из постели. Совершенно нагая кошка лениво потянулась и тут же спрятала всю свою красоту под складками одеяла. Упорхнула в сторону ванны, а выйдя не вернулась ко мне, а ушла на балкон. Я планировал притвориться спящим и напасть, но, похоже, придется эвакуировать мою добычу с балкона. Окно додумалась открыть! Замерзнет же! Аккуратно атакую Айю со спины. – Не хотите кофе? – тону в ее кудрях. – Хочу. Но, может, нам стоит перейти на “ты”? – она поворачивается ко мне лицом и жмурится, будто глядя на солнце. Поиграть решила. Хулиганка. – Ммм… – наклоняюсь к шее и вдыхая аромат ее кожи, целую следы своей страсти. – Нет, на “вы” пока интереснее. – Вот сейчас утащу ее в кровать и со всей вежливостью… Тянусь к искусанным припухшим алым губам, решительно увлекаю ее за собой в поцелуй, но что-то идет не так. Она каменеет в моих руках, и я не сразу понимаю, что ее напугало. Она без оглядки бежит в комнату, не с первого раза, но берет трубку и бледнеет на глазах. -Да мама, – улыбается, но пальцы дрожат. Пытается скрыть испуг, но ни черта не выходит. – Мама? Мама, что случилось? – ее пульс частит, жилка на шее бьется так сильно, что она обхватывает свое горло. Достаточно. Забираю телефон и обнимая Айю за талию, усаживаю в кресло. Сквозь плачь и всхлипы в трубке выясняю, что произошло и накидываю примерный план действий. Сажусь на корточки напротив Айи. В глазах моей девочки застыл целый океан слез. Поток вот-вот хлынет и пока этого не случилось, я должен попытаться ей помочь. – Ая, мы сейчас должны заехать за вещами, и я отвезу тебя домой, – говорю медленно и спокойно, чтобы она хоть что-то услышала. – Домой? Я ничего не понимаю… – На твою съемную квартиру. Ты соберешь вещи. И мы поедем в твой родной город.