Глава 31

Выбрасывать вещи и ювелирные изделия Лисиль я не стала. За годы, проведенные на острове, научилась уважительно относиться к ценностям. Тут и без описи понятно, что в комнате бывшей Черной леди покоится целое состояние. Хотя было поначалу желание сжечь все к Роху и со злости устроить погром в покоях любовницы Хейла! Но я наряжалась в дорогие шелка и изысканные украшения не для собственного удовольствия. Мне хотелось предстать перед дочерью красивой, не сломленной женщиной. Хотела, чтобы она увидела меня именно той, какой запомнила по изображениям на портретах.

– Это чудо! Такое чудо, – причитала Руата, колдуя над моим образом.

После того, как Хейл заявил о моем появлении в поместье, я вернула свою верную пожилую помощницу на прежнюю должность. Из прислуги только Руата теперь была вхожа в мои покои. Даже Гектора я близко не подпускала, хотя он, казалось, больше остальных обрадовался моему воскрешению.

– Сколько я слез пролила, детонька. Сколько горя мы все тут хлебнули, когда хозяин заболел, а Лисиль взялась за управление, – говорила она без умолку, пока втыкала в мою прическу очередную шпильку.

Я же молча смотрела на свое отражение в зеркале трюмо и морально готовилась к главной встрече своей жизни. Одно дело предстать перед ребенком в виде сиделки Тирии, и совсем другое, вернуться к Солане родной матерью.

– А срам-то какой устроила! Ой! Язык не поворачивается говорить! – Руата просто не знала, что все это время я видела разврат своими глазами. Можно даже сказать, что косвенно в нем участвовала. – Не зря все сиделки больше недели не выдерживали. Вот и последняя куда-то пропала, хотя хорошая была девочка. Я думаю, что дружба с Лисиль ее погубила. И этот ее любовник Терранс куда-то подевался, – я поймала в отражении широкое лицо дорогой нянюшки и улыбнулась. Соскучилась по ее болтовне, но на сердце было так тяжко, что лишних слов произносить не хотелось.

– Хорошо, что этот маг с жандармами уехал. Страшный он какой-то. Жутко от него. Неужели и правда такой сильный, что вылечит любого? Да что там! Я опешила, когда увидела лорда Эгертона на своих ногах! Еще одно чудо! Никогда бы не поверила, если бы своими глазами не увидела! – продолжала она обсуждать минувшие события, а я молчала в ответ. Мои мысли витали где-то далеко за пределами бытия, а сердце рвалось надвое. Я с ужасом понимала, что так будет до тех пор, пока все дети не будут со мной рядом.

Когда Руата закончила с прической, я встала с места и бросилась в объятия уютной женщины. Уткнулась лбом в ее мягкую грудь и едва сдержала слезы.

– Ну… что ты… милая. Теперь все будет хорошо. Самое главное, что ты выжила, девочка моя. Солана так обрадуется.

– Руата, я скучала, – вовсе не это я желала ей сказать. Хотелось облегчить душу и выдать эмоции, как на духу, но я упорно держалась. Никто, даже она, не должен знать о моих мыслях и планах на будущее. Это опасно. Хейл должен поверить, что я смирилась с судьбой и выбрала наш совместный семейный путь.

– О-о-о, солнышко, – расчувствовалась женщина.

Но не было времени разводить сопли! Прямо сейчас Хейл готовит Солану к моему появлению. Мы с ним придумали историю моего чудесного спасения, которая звучала, как сказка. Добрые гномы на волшебном острове заботились обо мне все эти годы, а когда я окрепла, то приплыла домой на корабле.

Так, с мыслями о предстоящей встрече, я вышла из комнаты в коридор, облаченная в шикарное платье небесного цвета. И теперь уже стук моих каблучков раздавался по поместью. Нелепое чувство отторжения накрывало холодными волнами. Чужая я здесь, совсем не к месту. И это даже не связано с тем, что прислуга смотрела на меня, как на призрака. В голову била единственная здравая мысль – надо выбираться отсюда как можно скорее, иначе погрязну в болоте поместья Эгертон. Оно медленно поглощает, пожирает, довольно почмокивая. Казалось, я слышала, как жадно дышат стены и пол зудит под ногами. Это совсем скоро сведет меня с ума. Но я не имела право впадать в безумие. В новых детских покоях меня ждала дочь!

Я остановилась у приоткрытой двери, стараясь успокоить дыхание. Услышала тихие голоса и неуверенно переступила порог. Сходу увидела доченьку, сидящую на коленях отца.

Она впилась в меня большими чистыми глазенками и тут же соскочила на пол.

Я шагнула вперед и раскинула объятия.

– Мама! – прозвучало долгожданное и звонкое слово, которое врезалось в сердце и заставило прослезиться.

– Солана! Доченька!

Она врезалась в меня с разбегу и обхватила ноги, зарываясь лицом в юбку платья.

– Девочка моя, я так тебя люблю! – опустилась перед ребенком на колени и заключила ее в тесные объятия.

– И я тебя очень люблю! Верила, что ты придешь! – в этот миг мир вокруг перестал существовать. Меня понесло по волнам нирваны в светлое будущее, где мои детки рядом и счастливы. – Папа рассказал о гномах, мама! Ты в сказке жила? – заверещала моя маленькая пташка, а я не могла нормально говорить. Эмоции захлестнули со страшной силой.

– Да…

Еще долго мы втроем сидели на кровати и говорили о моем чудесном спасении. Конечно же Хейл и словом не обмолвился о том, как я оказалась за бортом. Подумаешь, случайность. Снесло меня штормом в открытое море и все. Нелепость какая! Но ребенок способен поверить в любую ложь, если ее правильно преподнести. Я смотрела на нее и понимала, что все же когда-то расскажу ей правду об отце.

Солана не отходила от меня ни на шаг. Только изредка спрыгивала с кровати, чтобы показать игрушки. А потом и вовсе расправила крылышки и взлетела до потолка, заразительно смеясь. В итоге мы спустились в трапезную, чтобы как и раньше, по традиции, отужинать в семейном кругу. Про Лисиль дочка даже ни разу не спросила. Лишь Тирию однажды упомянула, но я пообещала, что буду сама заниматься с ней танцами, осчастливив малышку окончательно.

– Я уже отправил Корделии письмо, что мы прибудем во дворец для решения наших семейных дел, – оповестил Хейл, отсалютовав мне бокалом.

– Папа! Покажи и ты свои крылышки! – не унималась Солана, ерзая на стуле. От переизбытка чувств она никак не могла усидеть на месте, то и дело сметая приборы со стола.

– Не могу, милая, к сожалению, долгая болезнь отразилась на моем состоянии. Теперь я не смогу перевоплощаться в дракона и крыльев лишился, – если до этого я лишь делала вид, что вовлечена в разговор, то теперь просияла душой. Такого подарка судьбы я не ожидала, но вот он! Это многое меняло! За считанные секунды в голове зародилась мысль, которая могла спасти нас с дочерью.

– Ну… плохо, – расстроилась дочка. – Я так хотела полетать с вами.

– Солнышко, но летать в пределах столицы запрещено, – я намеренно расстроила Солану еще сильнее. – Хейл, а помнишь скалу Тотал? – мечтательно улыбнулась, взглянув на мужа с наносным обожанием.

Она находилась за пределами столицы и свисала высокой глыбой над просторами моря. Помню, как мы с Хейлом после свадьбы прибыли туда, чтобы полетать над облаками, ведь я так скучала по степным просторам родных земель. Именно там, за змеиным перешейком, находилась территория, на которую не распространялись законы империи. Иногда, если сильно повезет, там можно увидеть драконов в их естественной звериной форме. Внизу у порта как раз находится полигон, с которого на войну улетают стройные отряды драконов.

– Давай покажем ее Солане? Невообразимая красота! Я с таким теплом вспоминаю те времена. Заедем туда, а потом отправимся в королевский дворец.

– Да! Да! Я хочу! Папочка! – посмотрела она на отца умоляющей мордашкой, которой невозможно отказать.

– Хорошо, мы заедем на Тотал, но летать я запрещаю. Там слишком высоко для половинчатой трансформации. Твои крылышки еще не окрепли.

– Чудно! Устроим пикник прямо на скале! – мы с дочкой радостно захлопали в ладоши, а я незаметно покосилась на кольцо с блестящим камнем и с облегчением выдохнула.