Глава 28. Время начинать жить

— Выглядело все так, что твой Влад — весь такой погруженный в свою разработку, чем он там занимался, напомни… — попросила Лора.

— Криптографическая защита связи, — ответила я.

— Так вот, вечно погруженный в себя, в свое дело, весь сосредоточенный на своей цели. И это, конечно, хорошо. Но! С другой стороны — ты, одним лишь Владом живущая. Ничего кроме него не видящая, вся погруженная в него. Только бы Влад чувствовал себя нужным, только бы не сомневался в себе. Так?

Я задумалась, хотя думать тут особо было не над чем. Лора была права.

— Так.

— Я тебе больше скажу, если бы не ты, если бы не твоя безусловная вера в него, если бы не твоя поддержка и не твоя женская энергия, ни черта бы у него не вышло. Чего-то он, конечно, добился бы. Скорее всего «купи-продай» — такой бы бизнес у него был. Но то, чего он по итогу достиг, наполовину твоя заслуга. И вот, твой Владик, когда все у него стало замечательно, вдруг обнаружил, что человек, который его любит, который всегда шел с ним рука об руку, оказывается! — Лора многозначительно тыкнула указательным пальцем в потолок. — Оказывается! Имеет какие-то свои желания. Как-то по-своему видит свою жизнь и, возможно, теперь — когда он всего достиг, задумался о том, чего хочет сам.

Каждое ее слово отзывалось во мне. Отзывалось хоть и болью, но картина понемногу прояснялась.

— И что сделал Влад, когда узнал, что ты, оказывается, тоже можешь чего-то хотеть, даже если это всего лишь желание, чтобы личная жизнь не была постоянно на виду, если хочешь хоть немного покоя и передохнуть от бесконечной гонки? Он тут же нашел другую, ох, бедный Влад, как же он измучился, да? Так измучился от того, что ты ничего кроме него не видела, что поскорее забрался на другую женщину. «Понять и простить», ага! — подытожила Лора.

Наверное, слова Лоры должны были меня успокоить, но они еще сильнее разбередили душу. Я снова заплакала.

Эта измена просто вывернула всю меня наизнанку. Последствия измены тянулись в будущее, опутали мое настоящее как паутина. Нет чтобы забыть, ведь больше полугода прошло, сколько можно это пережевывать. Но вот тебе ребенок от этой шлюхи, и она будет мелькать теперь постоянно снова и снова. Вот тебе психотерапия травмы — сиди, расчесывай внутренние раны. Вот тебе понимание, что ты — полный ноль, наслаждайся.

Лора подсела ко мне и обняла меня. Она сказала:

— Ты это выплачешь. А потом мы займемся твоей жизнью.

На следующий день я сидела за рулем своего «порше» и ждала начбеза Игоря Сергеевича. Лору я попросила остаться с Данилом и несмотря на то, что мое отношение к ребенку она назвала послеродовой депрессией, я злилась на себя. Злилась за то, что сейчас чувствую себя намного лучше, когда Данила нет рядом.

— Привет, Лиза, — услышала я.

Я еще немного опустила боковое стекло.

— Вы взяли?

— Взял, только я буду следить за тобой, учти, — Игорь Сергеевич сел рядом на пассажирское сиденье.

Он распахнул полу пиджака и показал мне пистолет в кобуре.

— Отлично! — я завела двигатель.

— Если хочешь пострелять, почему не поехать в тир? Что за ребячество?

— Скучно в тире, — я утопила педаль газа в пол, двигатель взревел, даря мне невероятное ощущение контроля над мощью и скоростью.

Игорь Сергеевич даже бровью не повел. Еще бы, он сам учил меня экстремальному вождению.

Мы ехали молча. Час-второй. Выехали за город, я свернула на проселочную дорогу. Искала поле. Искала безлюдье и тишину. Во мне бурлила злость, но она была не разрушительной, а веселой. Бесшабашной.

Я перестала ныть. Мне просто стало весело. От безысходности. И мне это нравилось. Игорь Сергеевич напевал себе под нос песенку-бурчалку, и это тоже меня веселило.

Но через какое-то время я заметила, что он будто на нервах. Постоянно поглядывает то в зеркало заднего вида, и даже повернул его на себя, то в боковое.

— Что-то не так? — спросила я его.

— Глянь, — он поправил зеркало заднего вида, чтобы мне было видно.

За нами на всех парах несся черный наглухо тонированный вместе с лобовым стеклом «внедорожник».

Я пожала плечами, не понимая, что здесь необычного.

— С самого начала за нами едет.

— Это плохо? — спросила я.

— Ничего хорошего. Я так и не вычислил, кто был за рулем той машины, что пыталась тебя задавить. И поджог тоже не ясно, чьих рук дело, но что-то мне подсказывает — тот, кто за нами едет, точно имеет ко всему этому отношение.

Я крутанула к боковой дороге, сбросила скорость и ушла с трассы. Внедорожник так и пронесся мимо, не сбавляя скорости.

— Ну, вот, нормально все, — я даже успела расстроиться, что пришлось притормозить.

— Береженого бог бережет, Лиза, — многозначительно произнес Игорь Сергеевич.

Теперь мы ехали лесом-полем. Дорога была пустынна. Вокруг ни души, ни домов.

И каково же было мое удивление, когда уже через пару минут в зеркале заднего вида я заметила нашего преследователя, а в том, что это преследователь, я уже не сомневалась.

Во мне закипела такая злость, что в ней тут же растворился весь страх. Я больше не собираюсь бояться. Не собираюсь куда-то бежать. «Пора уже брать свою жизнь в руки», — подумала я и свернула в поле. Машину затрясло. Внедорожник упорно шел за нами. Я ударила по тормозам и остановилась.

— Что ты делаешь, Лиза? — Игорь Сергеевич весь подобрался, готовясь к любым неожиданностям. Он все оглядывался на нашего преследователя и не успел перехватить мои руки.

Я выхватила пистолет у него из наплечной кобуры и выскочила из машины. Сняв пистолет с предохранителя и передернув затвор, я решительно шла к остановившейся за нами машине, наставив ствол на лобовое стекло.

Игорь Сергеевич выскочил следом.

— Лиза! — крикнул он, и в этот момент водительская дверь внедорожника открылась, и оттуда с поднятыми руками и с кривой улыбкой недоумения на лице появился Влад.

— В голову, Лиза. Сразу в голову, чтобы наверняка, — сказал он, видимо, надеясь, что я опущу пистолет.

Но я, как он и попросил, продолжала целиться ему в голову.

А вокруг ни души на много километров. Только бездонное небо над нами.